Книги в жанре «Короткий любовный роман» по тегу «novinki»

Мой муж срочно умотал на встречу с клиентами на моей машине, оставив мне записку: «Лен, ключи от моей на кухонном столе. Артёма не забудь!»
Не забуду, конечно. Никогда не забываю.
Завела двигатель и потянулась к навигатору, чтобы быстро проложить маршрут до школы.
Экран навигатора загорелся, показывая последние маршруты. И тут мои глаза устремились в экран.
«Дом» – наш адрес на Ленинском проспекте. Ничего удивительного.
«Дом 2 ❤️» – адрес на Автозаводской, на другом конце города.
Сердечко. Маленькое красное сердечко рядом с адресом.

— Только не говори, что твой опять в баню пошёл! — бесцеремонно заявляется ко мне лучшая подруга, пока я накрываю праздничный стол.
— Ты же знаешь, у них традиция с парнями, ещё с института. Раз в неделю они собираются попариться.
— Ну-ну, ты смотри-ка, ни разу не пропустил за всё время. Сколько лет вы там уже женаты?
— Двадцать пять, — автоматически отвечаю ей. — К чему все эти разговоры?

Вместо ответа она протягивает мне телефон. На экране фото. Мой Егор. Сидит на краю большого дубового полока в парилке. Лицо раскрасневшееся, довольное. В одной руке — бокал, а рядом…
А рядом две девушки. Почти голые. Так, прикрыты фиговыми листочками. Молодые...

— Присаживайтесь, — говорит мужской голос, и мне не нужно видеть лицо, чтобы понять, кто это.
Восемь лет брака.
Одна измена. Развод, в котором я ушла беременной — и промолчала.
Потом авария. Кровь на ладонях. Мамина рука, которую я держала до последнего. И крик врача о моей малышке…
Он стоит у окна, спиной ко мне, будто всё здесь уже его.
Тимур Русланович Ходжаев. Мой бывший муж.
— Кира Игоревна, — произносит, читая папку.
Ровно. Холодно. Официально.
И тише: — Синицина...
— Семь лет, — говорит он спокойно.
У меня взрывается в памяти: чемодан, ночь, тест с двумя полосками, его “это ничего не значит”.
— В анкете указано: “разведена”, — продолжает он. — Детей нет.
Детей нет… Если бы он знал...
— Вы ошиблись, — говорю я ровно.
Он наклоняется чуть ближе — и его голос становится ниже.
— Я редко ошибаюсь, Кира.
Пауза.
— И ещё реже отпускаю то, что однажды было моим.
Прекрасно…вот только этого мне и не хватало сейчас.

🧡❤️🧡 КНИГА ЗАВЕРШЕНА! 🧡❤️🧡

— У меня дочь, Вита. От другой. Смирись, — холодно бросает муж, глядя на меня так, будто перед ним пустое место.
Я стою посреди собственной гостиной.
В руках дрожат документы с его подписью.
А внутри всё леденеет от осознания, что последние три года моей жизни были всего лишь мерзкой ложью.

Он целовал меня. Говорил, что любит. А в это время другая женщина носила его ребёнка.
Теперь глаза этой девочки, огромные и зелёные, смотрят прямо мне в душу, навсегда разбивая её на осколки.

Что делать, если самая страшная тайна мужа не просто разбила мою семью, а уничтожила всё, во что я когда-то верила?

- Кость, остановись. Я прошу тебя, остановись, - прошу мужа, когда он убивает меня изнутри, разрывая душу в клочья.
- Альбин. Ты уже не маленькая девочка, прекрати, - с уставшим сожалением продолжает добивать меня муж. - Я тебе все сказал. Хочешь, не верь, твое право. У меня другая женщина, я больше тебя не хочу и подаю на развод.
Я глотаю слезы, но стараюсь взять себя в руки.
- Знаешь, Кость, ты изменил не мне, а самому себе. Ты сделал свой выбор двенадцать лет назад. Мы даже с тобой повенчались, и теперь нам еще надо развенчаться, потому что я не хочу быть связана с тобой на небесах.
- И чего ты хочешь добиться этими словами, Альбин? Мне на это плевать.

Двенадцать лет брака закончились в один миг. Мы развелись, он так и не узнал, что я беременна. Я уехала, начала новую жизнь без него. Но прошло одиннадцать лет, и он ворвался в мою жизнь как ураган, сметая все на своем пути.

Моему стартапу нужны деньги. Его империи — мой прорыв. Сделка: месяц на его закрытой станции. Никаких свидетелей, только мы и воздух, который станет чище. Но я не знала, что этот ледяной циник окажется живым. Что у него есть шрамы, которые он прячет. Что его «оставь меня» на самом деле значит «останься». И что в его прошлом — женщина, которую он не смог спасти. Теперь я стираю границу между «никогда» и «навсегда». Честно, будоражит, трогает до слёз — и не отпускает даже после последнего фильтра.

— Альбин, не плачь, — говорит он глухо. — Давай… давай послушаем врачей. Они видят такое. Они знают. Зачем нам… зачем нам эта обуза на всю жизнь?
Слово «обуза» повисает в воздухе, тяжелое, уродливое. От него меня физически тошнит. Я пытаюсь приподняться, и тело отвечает дикой болью — разрыв тканей, потеря крови, швы. Все горит. Но я должна видеть его глаза.
— Ты с ума сошел? — вырывается у меня хриплый, не мой голос. — Марк, это НЕ ОБСУЖДАЕТСЯ. Это НАШ сын. Ты трогал мой живот, когда он пинался! Ты говорил ему «привет»! Это наш долгожданный малыш!
Он отводит взгляд. В его глазах я вижу не боль, а панический, животный страх. Страх перед ответственностью, перед чужими взглядами, перед жизнью, которая вдруг стала черно-белой и страшной.
— Выбирай, — говорит он вдруг, и голос его становится чужим, плоским, металлическим. — Или он. Или я.

❤ЗАВЕРШЕН. МИН.ЦЕНА
— Ты остаёшься женой. С фамилией. Со статусом. С домом. С деньгами — всё как и было восемнадцать лет. Я обеспечиваю тебя, как обеспечивал. Просто… без претензий.
— Без претензий, — повторила я и почувствовала, как внутри что-то обваливается.
— Ты всегда была умной, не делай из себя жертву. Ты выиграешь больше, если не будешь ломать, — он наклонился ко мне, голос стал жёстче. — Я всё предусмотрел.
— Ты предусмотрел всё, кроме одного, — я подняла на него глаза. — Моего отказа, развода и полного раздела имущества.
Миша посмотрел так, будто я вдруг стала непредсказуемой вещью.
— Ты пожалеешь.
— Возможно, — ответила я. — Но тебя это уже не касается, Воронов.
Я выбрала развод и себя. Больно только, что дети приняли сторону отца и вычеркнули меня из жизни, а моя мать отказалась от дочери, которая не стала терпеть «развлечения» мужа.
И хотела бы сказать, что дверь захлопнулась — и стало легче.
Но спустя три года, бывший муж стоит на коленях и просит второй шанс

– Валя, – я узнала голос Алины, официантки, которая только сегодня к нам пришла. – Когда ты скажешь жене правду о нас?
Я застыла. Облокотилась на стеллаж подсобки.
– Нос свой не суй куда не надо, – рыкнул он. – Моя жена обязательно узнает. Обещаю.
– Когда? – Алина буквально взмолилась. – Сколько можно тянуть?
– Когда надо будет, тогда и узнает! – рявкнул мой муж. – Ты на себя много берешь.
– Валя! – буквально закричала она.
Сначала я застала мужа, целовавшего другую за столиком в ресторане, а теперь - этот разговор.
Муж мне изменял.
- Ты какая-то другая в последнее время, - муж окинул меня взглядом вечером. - Я стал плохим мужем?
- Ты хороший муж, - ответила я.
Или был им.
Я не стала кричать, и выяснять отношения.
Я нашла другой способ выяснить правду и вывести изменника на чистую воду.

В первый же день в новой клинике я пошла против протокола самого Аслана Керимова — гениального хирурга и тирана, которого здесь все боятся. Я думала, он меня уволит. Вместо этого он начал войну. Ледяные придирки в операционной, его тяжёлый взгляд везде, куда бы я ни пошла... А потом ночью в тёмном коридоре на меня напали — и он появился из ниоткуда. Спас. Приказал идти домой. И с тех пор не отпускает.