Книги в жанре «Короткий любовный роман» по тегу «russkie-romany»
✅КНИГА ПОЛНОСТЬЮ ЗАВЕРШЕНА
✅САМАЯ НИЗКАЯ ЦЕНА ТОЛЬКО СЕГОДНЯ!
— Вадим, этот голос… он идеален! — стонала от восторга Настя.
— Теперь он твой, — холодно ответил мой муж. — Я пересадил его ювелирно.
— А Оля? — вкрадчиво спросила свекровь. — Она не устроит скандал?
— Кому она нужна, немая и жирная? — муж звякнул льдом в стакане. — Будет варить борщ в тишине. Ей больше нечем нам возразить.
Я стояла за дверью, касаясь свежего шрама на горле. Мой муж-хирург украл моё сопрано, чтобы сделать звезду из своей любовницы...
✅САМАЯ НИЗКАЯ ЦЕНА ТОЛЬКО СЕГОДНЯ!
— Вадим, этот голос… он идеален! — стонала от восторга Настя.
— Теперь он твой, — холодно ответил мой муж. — Я пересадил его ювелирно.
— А Оля? — вкрадчиво спросила свекровь. — Она не устроит скандал?
— Кому она нужна, немая и жирная? — муж звякнул льдом в стакане. — Будет варить борщ в тишине. Ей больше нечем нам возразить.
Я стояла за дверью, касаясь свежего шрама на горле. Мой муж-хирург украл моё сопрано, чтобы сделать звезду из своей любовницы...
💚🤍💚 КНИГА ЗАВЕРШЕНА! 💚🤍💚
— Катерина, ты старая. Ты мне больше не нужна.
Тридцать пять свечей на моём торте ещё горят, когда муж объявляет при всех гостях, что подаёт на развод.
Он перечисляет мои морщины и лишние килограммы, когда в дверях моего дома появляется Она — двадцать пять лет, красное платье, полтора года тайных встреч.
Гости бесшумно исчезают, словно их никогда и не было. Дочь плачет у мамы на коленях.
Олег наклоняется к моему уху: «Улыбнись, Катя. Не позорься».
Он думает, я сломаюсь. Он забыл, что тринадцать лет брака — это не только борщи и сериалы. Это знание всех его тайн.
Я задуваю свечи.
И улыбаюсь.
Самое интересное только начинается.
— Катерина, ты старая. Ты мне больше не нужна.
Тридцать пять свечей на моём торте ещё горят, когда муж объявляет при всех гостях, что подаёт на развод.
Он перечисляет мои морщины и лишние килограммы, когда в дверях моего дома появляется Она — двадцать пять лет, красное платье, полтора года тайных встреч.
Гости бесшумно исчезают, словно их никогда и не было. Дочь плачет у мамы на коленях.
Олег наклоняется к моему уху: «Улыбнись, Катя. Не позорься».
Он думает, я сломаюсь. Он забыл, что тринадцать лет брака — это не только борщи и сериалы. Это знание всех его тайн.
Я задуваю свечи.
И улыбаюсь.
Самое интересное только начинается.
Говорят, в этом поселке сама земля пропитана тоской.
Лилиана Смирнова лишь одна из многих, кому суждено сгинуть в нищете и безысходности.
Здесь орудует маньяк, от которого уже много лет не могут защитить местных девушек. Здесь прошлое хранит страшные тайны.
Но однажды ночью в ее жизни появляется Глеб Темнов, режиссер, который видит в ней не жертву обстоятельств, а девушку, способную на многое.
Он открывает ей дверь в другой мир, но плата за этот билет: ее сердце, тело и правда о ее семье.
Сможет ли невинная героиня довериться этому мужчине, и не сгореть в пламени его темных тайн?
Или ночь, подарившая им встречу, станет для нее последней?
Лилиана Смирнова лишь одна из многих, кому суждено сгинуть в нищете и безысходности.
Здесь орудует маньяк, от которого уже много лет не могут защитить местных девушек. Здесь прошлое хранит страшные тайны.
Но однажды ночью в ее жизни появляется Глеб Темнов, режиссер, который видит в ней не жертву обстоятельств, а девушку, способную на многое.
Он открывает ей дверь в другой мир, но плата за этот билет: ее сердце, тело и правда о ее семье.
Сможет ли невинная героиня довериться этому мужчине, и не сгореть в пламени его темных тайн?
Или ночь, подарившая им встречу, станет для нее последней?
— Ты переводил ей деньги?
— Кому?
— Моей сестре.
Он молчит. Секунда. Две.
— Ясна, давай без истерик…
— Семь лет, — перебиваю его. — Семь лет ты водил меня за нос.
— Это не то, что ты думаешь.
— А что это? Благотворительность?
Он раздражённо выдыхает и отводит взгляд. И в этот момент мне уже не нужны никакие объяснения.
Я открыла общий счёт, к которому он сам меня подключил. Увидела переводы, даты, суммы. Годы. Пока я считала деньги и слушала про «тяжёлое время», он содержал мою сестру.
Муж оказался не просто предателем. Он жил двойной жизнью.
И теперь он уверен, что я соглашусь на его условия и тихо уйду ни с чем.
Вот только он не знает главного.
Я уже вижу, как забрать у него всё.
— Кому?
— Моей сестре.
Он молчит. Секунда. Две.
— Ясна, давай без истерик…
— Семь лет, — перебиваю его. — Семь лет ты водил меня за нос.
— Это не то, что ты думаешь.
— А что это? Благотворительность?
Он раздражённо выдыхает и отводит взгляд. И в этот момент мне уже не нужны никакие объяснения.
Я открыла общий счёт, к которому он сам меня подключил. Увидела переводы, даты, суммы. Годы. Пока я считала деньги и слушала про «тяжёлое время», он содержал мою сестру.
Муж оказался не просто предателем. Он жил двойной жизнью.
И теперь он уверен, что я соглашусь на его условия и тихо уйду ни с чем.
Вот только он не знает главного.
Я уже вижу, как забрать у него всё.
Я — сирота, живу в общаге, никому не нужна. А он — генерал, который однажды схватил меня под дождём и назвал чужим именем — Аня. Потом я узнала правду: я — точная копия его погибшей любви, моей матери. И он запер меня в своём особняке, чтобы смотреть на её лицо в моих чертах.
— Ты видишь во мне только её призрак? — кричу я. — Отпусти!
Вадим сжимает мои плечи:
— Будешь делать так, как я сказал.
— А если нет? Зарежешь?
С этого момента начинается моя война с тюремщиком в погонах. Но когда ночью он приходит в мою комнату и стирает все границы, я понимаю: бежать я уже не хочу. И хуже всего — он знает об этом. Потому что теперь я не пленница. Я — его одержимость. И живое напоминание о той, кого он не смог спасти.
— Ты видишь во мне только её призрак? — кричу я. — Отпусти!
Вадим сжимает мои плечи:
— Будешь делать так, как я сказал.
— А если нет? Зарежешь?
С этого момента начинается моя война с тюремщиком в погонах. Но когда ночью он приходит в мою комнату и стирает все границы, я понимаю: бежать я уже не хочу. И хуже всего — он знает об этом. Потому что теперь я не пленница. Я — его одержимость. И живое напоминание о той, кого он не смог спасти.
— Твои мемы увидят три человека, включая твою маму, — отрезала Марина. — Это несерьёзно.
— А твои листовки окажутся в урне через пять минут после раздачи, — парировал Тимофей. — Это неэффективно.
Они уставились друг на друга. Марина сверлила его взглядом, Тимофей отвечал ей своей фирменной улыбкой, от которой у неё почему-то всегда портилось настроение.
Они ненавидят друг друга, но судьба решила иначе. Когда агентство получает заказ на продвижение фестиваля «Валадай-Вкус», начальству приходит в голову «гениальная» идея — назначить их соруководителями.
Сможет ли Марина удержать контроль, когда её идеальный порядок рушится, а от улыбки этого наглого SMM-щика по коже начинают бежать совсем не рабочие искры?
В тексте вас ждут:
🔥 От ненависти до любви
💼 Вынужденное сотрудничество
🐕 Очаровательная «четвероногая звезда»
😂 Много юмора, офисных курьезов и тепла
❤️ Хэппи-энд гарантирован!
— А твои листовки окажутся в урне через пять минут после раздачи, — парировал Тимофей. — Это неэффективно.
Они уставились друг на друга. Марина сверлила его взглядом, Тимофей отвечал ей своей фирменной улыбкой, от которой у неё почему-то всегда портилось настроение.
Они ненавидят друг друга, но судьба решила иначе. Когда агентство получает заказ на продвижение фестиваля «Валадай-Вкус», начальству приходит в голову «гениальная» идея — назначить их соруководителями.
Сможет ли Марина удержать контроль, когда её идеальный порядок рушится, а от улыбки этого наглого SMM-щика по коже начинают бежать совсем не рабочие искры?
В тексте вас ждут:
🔥 От ненависти до любви
💼 Вынужденное сотрудничество
🐕 Очаровательная «четвероногая звезда»
😂 Много юмора, офисных курьезов и тепла
❤️ Хэппи-энд гарантирован!
Она - мастер с золотыми руками, душа районных гаражей, которая ставит диагноз машине по звуку двигателя. Он - владелец сети идеальных СТО, привыкший, что деньги и стандарты решают всё. Их столкновение неизбежно: её мир — это хаос, тосол и человеческие судьбы; его — стерильность, отчёты и эффективность.
– Не смей устраивать истерики! – шипит мой муж прямо в коридоре роддома. – Я последние два года жил на две семьи, потому что мне нужна была нормальная женщина. Способная родить.
Мой мир разбился вдребезги. Пятнадцать лет брака оказались иллюзией. Пока я вымаливала у небес ребенка, чувствуя себя виноватой, муж нагло врал мне в глаза.
И сегодня его молодая любовница родила ему сына в роддоме, где работаю я.
– Я подам на развод!
– Ты – бракованная. Смирись с этим. Кому ты нужна, кроме меня?
Муж уверен, что я никуда не денусь. Что я «обабившаяся» и сломленная, буду терпеть дальше и не пойду на развод. Но он ошибается…
Мой мир разбился вдребезги. Пятнадцать лет брака оказались иллюзией. Пока я вымаливала у небес ребенка, чувствуя себя виноватой, муж нагло врал мне в глаза.
И сегодня его молодая любовница родила ему сына в роддоме, где работаю я.
– Я подам на развод!
– Ты – бракованная. Смирись с этим. Кому ты нужна, кроме меня?
Муж уверен, что я никуда не денусь. Что я «обабившаяся» и сломленная, буду терпеть дальше и не пойду на развод. Но он ошибается…
Долги по кредитам и невыносимый босс- убойное сочетание. Вот только деваться некуда. Значит придется сцепить зубы и терпеть, уговаривая себя немного подождать. Или на самом деле все не так плохо?
Лене 30, и она тяжело переживает расставание со своим бывшим. Ян - молодой воздушный гимнаст, приехавший с цирком на гастроли. Их случайное знакомство позволяет Лене снова почувствовать себя желанной и начать новую жизнь.
— Я в цирке многому научился, не только на трапеции работать.
— А еще чему? — спросила Лена, чувствуя, как на губах сама собой появляется улыбка.
— Жонглировать могу. Хотите, покажу?
— Прямо здесь?
Ян оглядел пустой зал.
— Нет, лучше не здесь. Может быть... у вас дома?
Ян слегка наклонил голову и в его голубых глазах загорелся лукавый огонек. Пауза затянулась. Лена смотрела на него и понимала, что он сейчас не кокетничает, не играет. Он просто предлагает. Без давления, без скрытых смыслов. И она, кажется, очень давно не делала того, что хочется, не думая о последствиях.
— Хорошо, — сказала она.
— Я в цирке многому научился, не только на трапеции работать.
— А еще чему? — спросила Лена, чувствуя, как на губах сама собой появляется улыбка.
— Жонглировать могу. Хотите, покажу?
— Прямо здесь?
Ян оглядел пустой зал.
— Нет, лучше не здесь. Может быть... у вас дома?
Ян слегка наклонил голову и в его голубых глазах загорелся лукавый огонек. Пауза затянулась. Лена смотрела на него и понимала, что он сейчас не кокетничает, не играет. Он просто предлагает. Без давления, без скрытых смыслов. И она, кажется, очень давно не делала того, что хочется, не думая о последствиях.
— Хорошо, — сказала она.
Русские романы
Выберите полку для книги