Книги в жанре «Короткий любовный роман» по тегу «russkie-romany»

— Ты взрослый человек, — сказала Нина. — Ты сделал свой выбор и ты имеешь на это право. Брак — это не рабство и не кабала. Если ты понял, что полюбил другую, — сядь вот так напротив и честно всё выложи. Да, мне было бы больно. Но зато сразу. Резко. А не так — собирать по крупицам какие-то признаки, несоответствия, улики. Полгода, Паша. Полгода я жила с этим. Полгода я гадала — сама с собой, потому что спросить боялась. Боялась услышать.
— Я боялся тебя ранить, — тихо сказал Павел, поднимая глаза. — Я думал, что так будет лучше...
— Боялся! — Нина резко оборвала его. Впервые в голосе прорвалась эмоция — не злость даже, а что-то более острое, более горькое. — Вот именно — боялся! Но не за меня. За себя. Ты боялся потерять свой уютный дом, свою привычную жизнь, своё спокойствие. Ты не меня жалел — ты себя жалел.
Эта непростая история — о слабости, предательстве, о том, как трудно сохранить любовь в быту. И о том, что иногда, чтобы понять ценность человека, нужно его потерять

Я возвращалась с церкви когда мне позвонила любовница мужа с требованием отпустить его к ней.
— Кто такая Диана, — спросила я у мужа вечером.
— Диана, моя любимая женщина, — нагло глядя мне в глаза сказал Игорь.
— Тогда забирай чемодан, — сказала я. — И уходи прямо сейчас к ней.
— Знаешь что, Маша? — голос его вдруг стал злым. — Ты мне так надоела. Скучная, неинтересная, расплывшаяся баба, которая только и умеет, что печь куличи да стирать носки.
И он ушел хлопнув дверью.
Вот так в свои сорок семь лет я стала брошенной женой с разбитым сердцем.
Но жизнь — непредсказуемая штука и может подарить новую любовь там, где ты её совсем не ждёшь. Главное — вовремя собрать чемодан и сесть в самолёт.

– Кирилл, мне немного не хватает на продукты на следующую неделю, – тихо произнесла я. – И за квартиру я в этом месяце свою часть внести не смогу.
Он посмотрел на меня с легким укором.
– Надя, надо просто лучше планировать бюджет. Мы же много раз это обсуждали. Я не обязан содержать взрослого дееспособного человека. Если не можешь заработать, экономь. Делай покупки на распродажах, можешь сесть на диету, это всегда полезно.
– Я в декрете, – напомнила я, – Я не работаю, потому что занимаюсь нашим сыном.
– Миша — наш общий ребенок. Ты же тоже родитель, это и твоя ответственность, – спокойно парировал муж. – Если ты сейчас временно просела по доходу, я могу перекрыть твои обязательства. Дам в долг до лучших времен. Запишу в таблицу, отдашь, когда выйдешь на работу и начнешь нормально получать.
---
До свадьбы мы с мужем договорились делить расходы 50/50, и когда я родила, он не собирался менять условий. Тем более, что я для него давно не единственная женщина.

- Если бы я мог, я бы тебя удавил! – сказал, как плюнул, а я не дрогнула, я смотрела без страха в его глаза и просто упивалась его болью.
- Не нравится да? – я тоже была очень зла, но душа уже не болела, за эти пять дней, что он был в «командировке» всё выгорело там дотла. – Так это тебе око за око, зуб за зуб.
- Что ты несёшь, Тань? – ощетинился, стоит, как скала и обиженного из себя строит.
- Это тебе за Людочку, - дёрнулся, как от удара, и покраснел. – Она меня сама просветила о ваших любовных отношениях, вот я тебе и отомстила!
- Дура! Там же несерьёзно всё было, я просто один раз контроль над собой потерял, а ты!
Да я изменила своему мужу! Своему единственному и любимому, без которого не могла прожить ни одной минутки…, а он контроль один раз над собой потерял?
- А я не один раз! Я тебя, Свердлов, не-на-ви-жу! – мне хотелось расцарапать его красивое лицо в кровь, за то, что он сделал с нашей семьёй. – Твои вещи вон у порога, уходи! Только рогами за дверной косяк не зацепись.

Людмила, мать-одиночка, отчаянно ищет работу. На собеседовании в строительной империи она сталкивается с Матвеем Волгиным — отцом её трёхлетнего сына, который четыре года назад исчез после одной ночи, оставив деньги. Он не забыл её и готов на всё: шантаж, принудительный брак, война за ребёнка. Сможет ли ненависть перерасти в любовь, когда под угрозой будущее их семьи?

Одна случайная встреча на заброшенной стройке. Один свидетель, который не должен был выжить. Но Лютый решил иначе. Теперь я его пленница, его личная загадка и его слабость, которую он еще не осознал. Выжить рядом с ним сложно. Сбежать от него невозможно.

Телефон мужа тихо вибрирует.

Я даже не беру его в руки — просто бросаю взгляд на экран, чтобы понять, срочно ли это. Не испортит ли это сообщение наш первый за долгое время совместный ужин.

Но сообщение выбивает почву у меня из-под ног.

«Еще раз извини, что все накрылось. Завтра наверстаем! Готовься, котик, я тебя съем! Целую, скучаю.»

Каждое проклятое слово этого сообщения причиняет мне боль. Как будто в груди снова и снова проворачивают острый кинжал.

Но я перечитываю снова и снова. Заставляю себя.

Смотри, смотри, смотри! Это твой муж, Ира. Смотри и запоминай.

Чтобы не позволить ему найти объяснения. Не позволить себе простить и вернуться в комфортный мир, в котором жила до этой минуты.

— Тот черный комплект с прорезью... надела? До отеля еще пара часов...
Голос моего мужа звучал приглушенно, но каждое слово впечатывалось в мозг раскаленным клеймом. Он изменял мне. С моей бывшей подругой.
Я прилюдно отвесила ей пощечину, хотела швырнуть ему в лицо обручальное кольцо, растоптать лживую иллюзию нашей идеальной семьи, но один звонок из больницы перечеркнул все.
Наш сын болен.
Спасти его может лишь один телефонный звонок.
Но этот контакт есть только у одной женщины — любовницы моего мужа.
— Ох, как ты запела, Весточка, — торжествующе скалится она, глядя на мое отчаяние. — Его номер телефона стоит гораздо больше, чем твое жалкое «извини». Что угодно сделаешь ради сыночка?
— Что угодно... — шепчу я, сжимая в кармане кулаки до боли в костяшках.
Какой бы непомерной не была цена, я заплачу любую.
Как и много лет назад. Когда я даже не знала, что своим разбитым сердцем расплатилась за чужие грехи.

— Давид, — голос срывается. — У тебя будет ребёнок от другой.
Он лишь отмахивается.
— Я разберусь с этим.
Эти слова режут по живому, и я почти кричу:
— Ты предал меня, Давид! Как ты мог? Я же любила тебя, доверяла!
— Не раздувай. Да, это уже случилось. Но я повторюсь: между нами всё останется по‑прежнему.
— То есть для тебя это пустяк?
— Маленькая оплошность.
Внутри будто что‑то рвётся, и Давид решает добить меня окончательно:
— Все мужчины имеют левые связи, — продолжает он спокойно, словно лекцию читает. — Верность я тебе никогда не обещал. Ты не должна была узнать, что я тебе изменил. Что ж, считай, это было твоим боевым крещением.
Однако я не простила предателя и ушла, не сказав о том, что тоже беременна. Спустя 18 лет мы встречаемся в кабинете директора, потому что наши дочери подрались… даже не подозревая о том, что они — сестры. А бывший так и не узнал, что все эти годы у него росла ещё одна дочь.

✨Меня разыграли подруги. Я пришла на встречу выпускников в костюме горничной — а оказалась единственной в дурацком наряде. Посмешищем.
Я сбежала, хлопнув дверью. Думала, хуже уже не будет.
Ошибалась.
Меня затащили в квартиру к миллионеру, который принял меня за настоящую горничную. А потом я… раздела его.
И знаете что? Он не разозлился. Он сделал мне предложение, от которого я не смогла отказаться. Правда, к руке и сердцу оно не имело ни малейшего отношения…
Теперь я чиню его пиджаки, сушу штаны и завязываю галстуки — а он смотрит на меня так, будто я продала душу дьяволу. Или продала свою душу ему. Еще не понятно.