Книги по тегу «босс»: ""

Он привык контролировать всё — бизнес, людей, желания.
Я привыкла скрывать главное — свою невинность.
Но в эту ночь контроль даст трещину.
И один незакрытый гештальт изменит нас обоих.

"Он открыл дверь, и передо мной развернулось пространство огромного номера — роскошный представительский люкс. Да, я сама бронировала эти номера для руководства… но видеть его вот так, изнутри, было странно и интригующе. В глубине — спальня. Белоснежная, нетронутая постель, словно ждущая. Но Кирилл Игоревич не пошёл туда. Он остановился в кабинетной зоне. И аккуратно, но без всяких сомнений, уложил меня на коричневый дубовый стол.
Я застыла.
Взгляд в его глаза.
Сердце — где-то в горле.
И одна-единственная мысль, пульсирующая в висках: «Боже, он хочет... прямо на этом столе?..»

— В субботу вечером встреча с зарубежным заказчиком в ресторане “Палермо”. — черные глаза Филиппа буравили меня насквозь. — Вы будете с нами. Это приказ.
— Я буду. — ответила я тверже, чем ожидала.
— Кстати, если наш заказчик захочет продолжения встречи, она будет у него в номере.
— Что? — выдохнула я, и с недоверием, даже непониманием, уставилась сначала на одного, а потом на другого, надеясь, что они шутят. — Вы… вы серьезно?
— Вполне. Мы не можем потерять тридцать миллионов, а вы… — брови Филиппа угрожающе надвинулись на глаза еще ниже. — Вы, я надеюсь не пойдете против и не потеряете то, что у вас есть.
— Мы знаем, что вы одиноки. — Данила Сергеевич встал и теперь, они оба, как коршуны, готовые вцепиться в свою жертву, сверлили меня своими страшными взглядами. — К тому же вы умная, красивая и идеально подходите на роль, которую мы вам предлагаем.

— Юлия, войдите в мой кабинет! — прорычал мужской голос из-за большой деревянной двери.
— Сейчас, сейчас, Ярослав Сергеевич! — промямлила я и быстрее начала мешать сахар.
Ярослав Сергеевич очень красив: накаченные руки, выразительные глаза.
Но как только моя нога ступила за порог, я почувствовала, что падаю…
Кофе взлетел в воздух красивым коричневым фонтаном и приземлился ровно на меня — на белую блузку, на юбку, на волосы.
Я встаю. Моё тело дрожит.
Как только я оказываюсь во весь рост, начальник округляет глаза и смотрит на меня. Я закрываюсь руками.
— Поздно, Юлия, — усмехается он. — Я уже всё видел.

Лина Волкова привыкла выживать. Коммуналка, бедность, работа, где её талант недооценивали, и тело, за которое её постоянно осуждали, научили её одному — не ждать от жизни ничего хорошего. Но всё меняется, когда она получает странное предложение: стать дегустатором в закрытом ресторане одного из самых влиятельных и опасных людей города — Андрея Ветрова.
Он — миллиардер с шрамами прошлого, одноглазый владелец гастрономической империи, человек, который не чувствует вкус и не доверяет никому. Она — единственная, кто способен «чувствовать за него». Их связь начинается как холодный контракт, но очень быстро превращается в опасную игру, где еда — лишь предлог, а каждое прикосновение — испытание границ.
В мире, где вкус становится властью, а честность — оружием, Лине предстоит понять, что страшнее: потерять работу… или потерять себя в чувствах к человеку, который не умеет любить наполовину.

Когда твой школьный обидчик возвращается в твою жизнь не мальчишкой с дурным характером, а взрослым, богатым и слишком уверенным в себе директором завода, приходится быстро выбирать: снова расплакаться и сбежать или показать ему, как сильно он ошибся.

Всё бы ничего, но в дело вмешиваются любовь, химия, от которой не спрятаться, и наглый ворон Крош.

Даша приехала покорять Москву, но ей не повезло: вместо учебы пришлось работать уборщицей. Кто бы мог подумать, что поворотным моментом в ее судьбе, станет встреча с рыжим котом? Ведь, благодаря ему, на Дашу обратил внимание босс фирмы по фамилии Котиков!

Она ненавидит его за наглость, перекрытую парковку и вечную ухмылку «хозяина жизни».
Он считает её колючей выскочкой, которую так и подмывает проучить.
Судьба (или неисправный трос) запирает их в стальной ловушке между этажами.
У них есть всего несколько часов в замкнутом пространстве, где ненависть плавится, превращаясь в первобытную жажду. Но что произойдет, когда двери откроются? Ведь завтра утром она придет на собеседование в компанию своей мечты...

Что делать привлекательной девушке, если в ней видят только красивую куклу из провинции, и не хотят брать на серьезную работу переводчиком? Правильно, сделать из себя гадкого утенка и устроить уборщицей. Временно. А еще влюбиться в босса.
Только вот Максим думает, что знает двух разных девушек.
Как же будет выкручиваться Даша?

— Вы мне не подходите для зала.
— Это вы по моему лицу поняли или по размеру?
Шеф медленно поднимает на меня взгляд. Холодный, тяжелый, такой, от которого хочется либо сбежать, либо сказать что-нибудь дерзкое.
— По характеру, — отвечает он. — Слишком острый.
— Зато честный.
— Вот это и проблема.
Я пришла в его ресторан за работой, а не за мужчиной с каменным лицом и руками, которые умеют держать кухню, людей и меня — слишком уверенно. Я полная. Не удобная картинка для открытой кухни. Не та, кого ставят рядом с шефом перед важными гостями и камерами. Но почему-то именно меня Давид оставляет возле себя, когда все летит к черту: сорванные поставки, чужие интриги, слухи, его тяжелая семья и женщины, которых рядом с ним считают куда более подходящими.

Звуки из спальни не прекращаются. Они становятся громче. Наглее. Женщина уже не хихикает — она постанывает. Артём что-то рычит ей в ответ.
Они так увлечены процессом, что не слышат, как я вошла.
Стою на пороге и смотрю.
Мой муж и какая-то блондинка на нашей кровати...
Единственное, что я могу в этот момент — я чувствую это физически, как прилив адреналина, — это взять что-то тяжёлое и швырнуть в них.
Артём подскакивает. Весь в поту. Глаза бешеные — секунду назад в них было желание, а теперь чистый, неподдельный ужас.
Он смотрит на меня. Я смотрю на него.
Блондинка визжит — тонко, по-поросячьи — и хватает одеяло. Она натягивает его до подбородка, будто ей так стыдно, что я увижу её тело. Будто не стыдно утешаться с чужим мужем в чужой постели...
— Даша… — выдавливает он наконец. Голос севший, чужой. — Даша… это не то, что ты подумала.