Книги по тегу «бывшие»: ""
ЗАВЕРШЕННАЯ ПОВЕСТЬ!
Муж обвинил меня в измене, а потом... изменил сам?
И без лишних слов подписал заявление о разводе как раз тогда, когда я собиралась сказать ему, что беременна.
Мы встретились снова через несколько лет. Что ему теперь от нас нужно?
Муж обвинил меня в измене, а потом... изменил сам?
И без лишних слов подписал заявление о разводе как раз тогда, когда я собиралась сказать ему, что беременна.
Мы встретились снова через несколько лет. Что ему теперь от нас нужно?
– Будешь няней! – безапелляционно заявил бывший.
– Нет! – глядя на него в упор, произнесла я. – Ни за что не свяжусь с предателем!
– Придется, Кать! Я знаю о твоей проблеме и могу помочь!
– Как? Найдешь мне быка-осеменителя, может? – с губ сорвался нервный смешок.
– Зачем? – он словно искренне удивился. – Зачем тебе кто-то, если есть я?
– У тебя жена, ты скоро и так станешь отцом! – закричала я ему в лицо.
– Родители учили помогать ближнему, – ответил тот, кто однажды предал меня. – Завтра в восемь и попробуй только не явиться!
Он бросил меня, заявив, что не готов к семейной жизни. А спустя полтора года я узнала, что у него невеста и он вскоре станет отцом. А еще ему нужна срочно няня! Но я не готова к такому, потому что, кажется, до сих пор люблю этого мерзавца.
– Нет! – глядя на него в упор, произнесла я. – Ни за что не свяжусь с предателем!
– Придется, Кать! Я знаю о твоей проблеме и могу помочь!
– Как? Найдешь мне быка-осеменителя, может? – с губ сорвался нервный смешок.
– Зачем? – он словно искренне удивился. – Зачем тебе кто-то, если есть я?
– У тебя жена, ты скоро и так станешь отцом! – закричала я ему в лицо.
– Родители учили помогать ближнему, – ответил тот, кто однажды предал меня. – Завтра в восемь и попробуй только не явиться!
Он бросил меня, заявив, что не готов к семейной жизни. А спустя полтора года я узнала, что у него невеста и он вскоре станет отцом. А еще ему нужна срочно няня! Но я не готова к такому, потому что, кажется, до сих пор люблю этого мерзавца.
— Здагсте. А вы чей папа? Кгасивый дядя…да, мама? — голос дочери нарушает тишину детского сада.
Поднимаю глаза, чтобы увидеть, с кем разговаривает Марта и весь воздух со свистом вышибает из легких.
Даниил…совсем близко.
— Мы не виделись раньше? — его низкий голос заставляет вздрогнуть, — ваше лицо кажется знакомым.
И я понимаю, что этот вопрос адресован мне!
***
Случайная связь и рождение дочери изменили мою жизнь. Спустя пять лет я встречаю своего бывшего и отца своей дочери, но он не узнает меня. А ещё мой бывший — МИНИСТР! И теперь он преследует меня…
Поднимаю глаза, чтобы увидеть, с кем разговаривает Марта и весь воздух со свистом вышибает из легких.
Даниил…совсем близко.
— Мы не виделись раньше? — его низкий голос заставляет вздрогнуть, — ваше лицо кажется знакомым.
И я понимаю, что этот вопрос адресован мне!
***
Случайная связь и рождение дочери изменили мою жизнь. Спустя пять лет я встречаю своего бывшего и отца своей дочери, но он не узнает меня. А ещё мой бывший — МИНИСТР! И теперь он преследует меня…
Одержимость? Да, она сжигала изнутри.
Единственный выход – вырезать её из сердца. Убедить себя, что все чувства были пустой иллюзией.
Три года подыхал, безуспешно пытаясь залечить раны, стереть её имя из памяти.
Но одна встреча – и все рухнуло.
К её ногам? Нет, иллюзия.
Она разрушила планы, подорвала авторитет, мои принципы… Разбудила то, что с таким трудом было похоронено.
Я предупреждал: не стоит попадаться мне на глаза. Но, теперь даже благодарен за это.
Настал её черед склониться передо мной.
Мой ад станет её адом.
Черновик
Единственный выход – вырезать её из сердца. Убедить себя, что все чувства были пустой иллюзией.
Три года подыхал, безуспешно пытаясь залечить раны, стереть её имя из памяти.
Но одна встреча – и все рухнуло.
К её ногам? Нет, иллюзия.
Она разрушила планы, подорвала авторитет, мои принципы… Разбудила то, что с таким трудом было похоронено.
Я предупреждал: не стоит попадаться мне на глаза. Но, теперь даже благодарен за это.
Настал её черед склониться передо мной.
Мой ад станет её адом.
Черновик
В глазах Марка мелькает блеск узнавания.
– Юля? – выдыхает, – я не знал, что прием ведешь ты. Но как? У тебя же была другая фамилия…
– Сменила с замужеством, – отвечаю с холодной улыбкой.
Понимаю, что не смогу с ним контактировать. Даже спустя столько лет. Потому что некоторые раны не заживают никогда.
– Рада видеть тебя, Марк. Знаешь, у нас в центре есть другие отличные психологи. Я перенаправлю вас. Думаю, это не совсем этично.
– Нет!
Марк подходит к моему столу, хватается за его край руками. Он бледен, между бровей – хмурые морщинки.
– Юль… Я хочу, чтобы с моим сыном работала ты. Мне советовали тебя как лучшую в своем деле. Говорят, ты творишь чудеса. Помоги. Помоги исцелить моего сына.
***
Человек, который заставил меня поверить в сказку, а потом эту веру уничтожил, появился на пороге моего кабинета спустя семь лет.
Он привел своего сына, который перестал говорить год назад.
Господи, почему? Почему среди тысяч детских психологов он пришел именно ко мне?
– Юля? – выдыхает, – я не знал, что прием ведешь ты. Но как? У тебя же была другая фамилия…
– Сменила с замужеством, – отвечаю с холодной улыбкой.
Понимаю, что не смогу с ним контактировать. Даже спустя столько лет. Потому что некоторые раны не заживают никогда.
– Рада видеть тебя, Марк. Знаешь, у нас в центре есть другие отличные психологи. Я перенаправлю вас. Думаю, это не совсем этично.
– Нет!
Марк подходит к моему столу, хватается за его край руками. Он бледен, между бровей – хмурые морщинки.
– Юль… Я хочу, чтобы с моим сыном работала ты. Мне советовали тебя как лучшую в своем деле. Говорят, ты творишь чудеса. Помоги. Помоги исцелить моего сына.
***
Человек, который заставил меня поверить в сказку, а потом эту веру уничтожил, появился на пороге моего кабинета спустя семь лет.
Он привел своего сына, который перестал говорить год назад.
Господи, почему? Почему среди тысяч детских психологов он пришел именно ко мне?
- Попалась, воришка клубники! – хватаю мелкую в смешной панамке за пухлую ручонку.
- Я не воррришка! – старательно выговаривает сложную букву, и с вызовом заявляет, - Это мы с мамой посадили!
Таращит на меня свои карие глазища. Мордашка вымазана ягодным соком.
Эта мелочь совершенно не боится грозного дядьку!
- И кто же вам разрешил сажать ягоды на моем участке? – хмурю брови.
Недовольно выдергивает липкую ладошку и гордо ставит руки в бока.
- Это не твой участок, а моего папы!
Вернувшись в родную деревню, обнаруживаю в своем доме жильцов.
Одну из них я пытался забыть все эти годы.
А о существовании второй даже не подозревал...
- Я не воррришка! – старательно выговаривает сложную букву, и с вызовом заявляет, - Это мы с мамой посадили!
Таращит на меня свои карие глазища. Мордашка вымазана ягодным соком.
Эта мелочь совершенно не боится грозного дядьку!
- И кто же вам разрешил сажать ягоды на моем участке? – хмурю брови.
Недовольно выдергивает липкую ладошку и гордо ставит руки в бока.
- Это не твой участок, а моего папы!
Вернувшись в родную деревню, обнаруживаю в своем доме жильцов.
Одну из них я пытался забыть все эти годы.
А о существовании второй даже не подозревал...
-Ты же понимаешь. Мы оба этого хотели. У нас был тяжелый вечер, эмоции, адреналин.
-Давай без этого, -решил снять с нее бремя объяснений. Я понимал, что от Артика она она не уйдет. –Ты хочешь еще повторить сегодняшнюю ночь?
Варя молчала, прикусив губы.
-Думаешь, нам стоит?
-Я ничего не думаю. Я хочу конкретно знать, хочешь ли ты быть со мной, -кровь закипала. Мое малодушие взбередило старую рану, которая оставила Варя. Она хотела красивой жизни, она ее получила. А я сейчас пытаюсь сменить пластырь на подорожник.
-Илюш. Мы не сможем остаться любовниками. Я не смогу.
-Любовники. Как пафосно ты обозвала наш перепихон, -попытался разрядить обстановку, но кажется, Варя несколько обиделась.
-Блин, Илья. Ты знаешь, что я сейчас чувствую? Он заботится обо мне, содержит, с женой готов развестись, а не каждая любовница может этого дождаться. Артур сделал мне предложение, а я… Переспала с водителем.
-Давай без этого, -решил снять с нее бремя объяснений. Я понимал, что от Артика она она не уйдет. –Ты хочешь еще повторить сегодняшнюю ночь?
Варя молчала, прикусив губы.
-Думаешь, нам стоит?
-Я ничего не думаю. Я хочу конкретно знать, хочешь ли ты быть со мной, -кровь закипала. Мое малодушие взбередило старую рану, которая оставила Варя. Она хотела красивой жизни, она ее получила. А я сейчас пытаюсь сменить пластырь на подорожник.
-Илюш. Мы не сможем остаться любовниками. Я не смогу.
-Любовники. Как пафосно ты обозвала наш перепихон, -попытался разрядить обстановку, но кажется, Варя несколько обиделась.
-Блин, Илья. Ты знаешь, что я сейчас чувствую? Он заботится обо мне, содержит, с женой готов развестись, а не каждая любовница может этого дождаться. Артур сделал мне предложение, а я… Переспала с водителем.
Что вы знаете об опасной любви? Какого это, когда тебя преследует бывший? Человек, которого ты ненавидела всем своим сердцем, вычеркнула из своей жизни, ты просто хотела забыть его, как страшный сон. Спустя несколько лет, по классике жанра, этот Дьявол стучится в твою дверь и, стоя у порога, ехидно улыбается.
Эта история о кровожадном, бессердечном, жестоком развратнике, которого все прозвали Призраком Лондона. Каждую ночь он выходит на охоту, где ищет себе новых жертв и превращает жизни людей в настоящий Ад.
Я пишу о тебе, Гаспар Дюваль, о человеке, нет, о чудовище, чье имя боится произносить каждый. Как жаль, что я смогла похоронить тебя только в своих мечтах, но у мечт есть одна особенность - им свойственно сбываться, а значит, во второй раз, я доведу дело до конца и лично принесу цветов на твою могилу.
Твоя цель - жажда мести, а моя - спасти этот мир от тебя. Как Бог уничтожил огнем «Содому и Гоморру» так и я, буду заживо сжигать твое тело на костре, ликуя поражению Дь
Эта история о кровожадном, бессердечном, жестоком развратнике, которого все прозвали Призраком Лондона. Каждую ночь он выходит на охоту, где ищет себе новых жертв и превращает жизни людей в настоящий Ад.
Я пишу о тебе, Гаспар Дюваль, о человеке, нет, о чудовище, чье имя боится произносить каждый. Как жаль, что я смогла похоронить тебя только в своих мечтах, но у мечт есть одна особенность - им свойственно сбываться, а значит, во второй раз, я доведу дело до конца и лично принесу цветов на твою могилу.
Твоя цель - жажда мести, а моя - спасти этот мир от тебя. Как Бог уничтожил огнем «Содому и Гоморру» так и я, буду заживо сжигать твое тело на костре, ликуя поражению Дь
– Ты же говорила… что никакого ребёнка не было! – он смотрит на девочку с такими же глазами, как у него.
– Его и не было! – отрезаю уверенно, хотя всё внутри сжимается от боли и не зажившего до конца шрама на сердце… шрама от предательства.
– Неужели?! – в меня впивается яростный взгляд. – А сколько тогда лет твоей дочери?
– Это совершенно не ваше дело! Будьте добры покинуть моё купе! – берусь за дверь, но моя девочка, соскользнув с полки, встаёт передо мной, внимательно разглядывая… своего отца.
– Сколько тебе лет, малышка? – он присаживается перед ней на корточки.
– Мне пять, – она наклоняет голову, улыбается, не обращая внимания на то, что мужчина судорожно вдыхает. – А вы кто?
– Я начальник этого поезда.
– Значит, это вы везёте нас к маминому жениху, да?
Ловлю на себе взгляд человека, ставшего моей самой большой любовью… и уничтожившего её. И понимаю, что, кажется, у меня проблемы.
– Его и не было! – отрезаю уверенно, хотя всё внутри сжимается от боли и не зажившего до конца шрама на сердце… шрама от предательства.
– Неужели?! – в меня впивается яростный взгляд. – А сколько тогда лет твоей дочери?
– Это совершенно не ваше дело! Будьте добры покинуть моё купе! – берусь за дверь, но моя девочка, соскользнув с полки, встаёт передо мной, внимательно разглядывая… своего отца.
– Сколько тебе лет, малышка? – он присаживается перед ней на корточки.
– Мне пять, – она наклоняет голову, улыбается, не обращая внимания на то, что мужчина судорожно вдыхает. – А вы кто?
– Я начальник этого поезда.
– Значит, это вы везёте нас к маминому жениху, да?
Ловлю на себе взгляд человека, ставшего моей самой большой любовью… и уничтожившего её. И понимаю, что, кажется, у меня проблемы.
- Решила испортить мою помолвку? - задыхаясь от ярости процедил Амбер, делая шаг в мою сторону. - Как ты посмела приехать? Отвечай!
Странное чувство овладело мной, словно и не было тех восьми лет разлуки. Он был все так же прекрасен.
- С каких это пор ты возомнила себя аристократкой? Леди, которую нигде не принимают после смерти мужа! И сейчас ты приехала сюда в надежде все вернуть? - насмешливо произнес дракон. - Недолго же ты расстраивалась, после того, как мы расстались. Вижу, утешение и мужа нашла быстро. Да и с ребенком у вас тоже быстро дело пошло.
Мне придется вынести все унижения от презирающий меня аристократов, чтобы вывести сына в общество и сохранить тайну, кто его отец.
Странное чувство овладело мной, словно и не было тех восьми лет разлуки. Он был все так же прекрасен.
- С каких это пор ты возомнила себя аристократкой? Леди, которую нигде не принимают после смерти мужа! И сейчас ты приехала сюда в надежде все вернуть? - насмешливо произнес дракон. - Недолго же ты расстраивалась, после того, как мы расстались. Вижу, утешение и мужа нашла быстро. Да и с ребенком у вас тоже быстро дело пошло.
Мне придется вынести все унижения от презирающий меня аристократов, чтобы вывести сына в общество и сохранить тайну, кто его отец.
Выберите полку для книги