Книги по тегу «властный герой нежная героиня»: ""
Я не искала мужчину. Пять лет после гибели мужа я жила по расписанию: работа, орхидея на подоконнике, апельсины по пятницам. Безопасно. Стерильно. Мертво.
А потом он вошел в мою жизнь — владелец галереи, человек с серыми глазами и голосом, от которого слабеют колени. Он предложил мне сделку. Контракт. Правила. «Ты отдаешь мне контроль. Я учу тебя чувствовать. Никакой любви — только физиология».
Я согласилась, думая, что изучаю его власть. Но на самом деле он препарировал мою душу. Снимал слой за слоем: страх, вину, одиночество. И когда я добралась до сути — оказалось, что его собственная анатомия власти построена на ране, которая не зажила.
Теперь я стою перед выбором: разорвать контракт и сбежать, пока не стало слишком больно, или рискнуть всем — и узнать, что скрывается за его стальной стеной. Потому что у него тоже есть шрамы. И кто-то должен напомнить ему, что он — не монстр.
История о том, как подчинение становится свободой, а стоп-слово — началом настоящей любви.
А потом он вошел в мою жизнь — владелец галереи, человек с серыми глазами и голосом, от которого слабеют колени. Он предложил мне сделку. Контракт. Правила. «Ты отдаешь мне контроль. Я учу тебя чувствовать. Никакой любви — только физиология».
Я согласилась, думая, что изучаю его власть. Но на самом деле он препарировал мою душу. Снимал слой за слоем: страх, вину, одиночество. И когда я добралась до сути — оказалось, что его собственная анатомия власти построена на ране, которая не зажила.
Теперь я стою перед выбором: разорвать контракт и сбежать, пока не стало слишком больно, или рискнуть всем — и узнать, что скрывается за его стальной стеной. Потому что у него тоже есть шрамы. И кто-то должен напомнить ему, что он — не монстр.
История о том, как подчинение становится свободой, а стоп-слово — началом настоящей любви.
Мэйбл Торн — женщина, которую никто никогда не выбирал. Но она печёт лучшие в мире булочки с корицей.
Джон Мэддокс — горный отшельник, которого боятся все в округе.
Она приехала на Дикий Запад, чтобы выйти замуж, но жених разбился насмерть за три дня до её приезда. А в горах, вдали от людей, уже десять лет жил Джон Мэддокс — отшельник, заливающий боль виски. Их встреча должна была закончиться катастрофой — он выбил дверь её пекарни, приняв за салун. Но вместо этого попробовал её булочку. И всё изменилось.
Теперь он предлагает ей сделку: месяц готовить для него в горах в обмен на золото. Она соглашается от отчаяния. Ей некуда идти, не на что жить, нечего терять. А он... он просто хочет, чтобы она была рядом. Хотя сам ещё не понимает, почему.
Но можно ли растопить сердце, которое мёрзло десять лет? И можно ли полюбить того, кого называют зверем?
Джон Мэддокс — горный отшельник, которого боятся все в округе.
Она приехала на Дикий Запад, чтобы выйти замуж, но жених разбился насмерть за три дня до её приезда. А в горах, вдали от людей, уже десять лет жил Джон Мэддокс — отшельник, заливающий боль виски. Их встреча должна была закончиться катастрофой — он выбил дверь её пекарни, приняв за салун. Но вместо этого попробовал её булочку. И всё изменилось.
Теперь он предлагает ей сделку: месяц готовить для него в горах в обмен на золото. Она соглашается от отчаяния. Ей некуда идти, не на что жить, нечего терять. А он... он просто хочет, чтобы она была рядом. Хотя сам ещё не понимает, почему.
Но можно ли растопить сердце, которое мёрзло десять лет? И можно ли полюбить того, кого называют зверем?
Я приехала в Пайн-Крик, чтобы стать женой нелюбимого — просто женой. Судьба распорядилась иначе. Жених мёртв. Денег нет. Дома нет. Будущего нет. Взамен — сделка с горным отшельником Джоном Мэддоксом, которого весь город боится назвать по имени. Он обещал золото. Я обещала готовить. Никто не обещал любви.
Но у гор свои законы. От его близости у меня подгибаются колени. От его голоса — низкого, опасного, как раскат грома перед бурей — перехватывает дыхание. От его взгляда — голодного, собственнического, звериного — по спине бегут мурашки. Я знаю: он едва сдерживается.
Говорят, он зверь. Говорят, таких, как он, нужно бояться. Но самое опасное в нём — это то, как отчаянно я хочу ему принадлежать.
Но когда пуля находит его в горной глуши, я понимаю: одно дело — играть с огнём, и совсем другое — сгореть, потеряв его навсегда.
Но у гор свои законы. От его близости у меня подгибаются колени. От его голоса — низкого, опасного, как раскат грома перед бурей — перехватывает дыхание. От его взгляда — голодного, собственнического, звериного — по спине бегут мурашки. Я знаю: он едва сдерживается.
Говорят, он зверь. Говорят, таких, как он, нужно бояться. Но самое опасное в нём — это то, как отчаянно я хочу ему принадлежать.
Но когда пуля находит его в горной глуши, я понимаю: одно дело — играть с огнём, и совсем другое — сгореть, потеряв его навсегда.
— Проблемы, ягодка? Помощь нужна? — спросил незнакомец, сверкнув лукавым взглядом и нависнув надо мной.
— Эй, Олег, полегче, еще запугаешь девочку, — раздался насмешливый голос со стороны капота. —Малышка, выходи на воздух, не бойся. Мы не кусаемся... — добавил он, подходя и вдруг шепча на ушко: — если сама не попросишь…
Я невольно вздрогнула и ахнула, когда мужчина вдруг нагнулся и легко куснул ушко.
— Ого, какая приятная реакция! — тихо рассмеялся еще один подошедший, сверкая опасным взглядом. — Кажется, наша ягодка очень отзывчивая. И нуждается в очень горячем утешении…
Я летела по дороге, сбегая от изменщика, когда машина сломалась среди глухого леса. Я думала, что это худший день в жизни, когда вдруг из-за поворота вырулили они. Три восхитительных хищника, решивших утешить меня в этой темной ночи.
— Эй, Олег, полегче, еще запугаешь девочку, — раздался насмешливый голос со стороны капота. —Малышка, выходи на воздух, не бойся. Мы не кусаемся... — добавил он, подходя и вдруг шепча на ушко: — если сама не попросишь…
Я невольно вздрогнула и ахнула, когда мужчина вдруг нагнулся и легко куснул ушко.
— Ого, какая приятная реакция! — тихо рассмеялся еще один подошедший, сверкая опасным взглядом. — Кажется, наша ягодка очень отзывчивая. И нуждается в очень горячем утешении…
Я летела по дороге, сбегая от изменщика, когда машина сломалась среди глухого леса. Я думала, что это худший день в жизни, когда вдруг из-за поворота вырулили они. Три восхитительных хищника, решивших утешить меня в этой темной ночи.
Хищная, опасная энергетика, харизма, драйв, красивый мужчина, роскошная женщина – всё сплелось в чудесном романе про любовь, ритуалы и жуткое противостояние, осталось только перевернуть страничку….
Я пошла на отчаянный шаг, чтобы спасти мужа и наш дом от долгов, согласившись на таинственную встречу с незнакомцами, которые обещали решить все проблемы за одну ночь. Та ночь оставила в моей душе неизгладимый след — смесь страха, стыда и странного света, а утром долги действительно исчезли, как страшный сон.
Я семь лет прятала желание к лучшему другу моего мужа — до той ночи, когда Даниэль сам открыл дверь и сказал, что хочет разделить меня с ним. Между двумя мужчинами, между любовью и запретной страстью, я впервые узнала, что значит быть свободной — без стыда, без лжи, без права на отказ от собственного счастья. Эта ночь изменила всё, но самое страшное и прекрасное было в том, что я сама сказала «да».
Ярослава знает, что такое быть пустым местом. Десять лет муж внушал ей, что она толстая, никчёмная, бракованная. Когда он смахнул на пол торт, который она пекла три дня, внутри что-то сломалось окончательно.
Побег. Старый дом в глуши. Запущенный сад. И человек, который смотрит на неё не с презрением, а... с голодом.
Захар Морозов - Волчара - убил человека. Он отсидел, он одичал, он не верит, что достоин нормальной жизни. Но эта женщина с её пирожками и упрямством пробивает его броню, как весенний росток пробивает асфальт.
Только у страха есть адрес. Бывший муж Ярославы начинает охоту, а старые подельники Захара требуют вернуть долг. И ставка в этой игре — не только их любовь, но и сама жизнь.
Роман о том, что красота — это не размер, а смелость быть собой. И о мужчине, который готов стать стеной для той, кого никто не защищал.
Побег. Старый дом в глуши. Запущенный сад. И человек, который смотрит на неё не с презрением, а... с голодом.
Захар Морозов - Волчара - убил человека. Он отсидел, он одичал, он не верит, что достоин нормальной жизни. Но эта женщина с её пирожками и упрямством пробивает его броню, как весенний росток пробивает асфальт.
Только у страха есть адрес. Бывший муж Ярославы начинает охоту, а старые подельники Захара требуют вернуть долг. И ставка в этой игре — не только их любовь, но и сама жизнь.
Роман о том, что красота — это не размер, а смелость быть собой. И о мужчине, который готов стать стеной для той, кого никто не защищал.
Она печёт идеальные пироги в своей тихой кондитерской. Он — байкер, который любит скорость и острые эмоции. Он ворвался в её жизнь как ураган, и теперь она готова сгореть в этом огне, даже если это будет стоить ей всего.
Ева возвращается на Лиору, но теперь — только на своих условиях. Впереди шесть свадеб, шанс спасти «Белую бухту» и предложение о работе, способное изменить всю её жизнь.
Леон любит её, но не просит отказаться от мечты. Ева любит его, но боится снова раствориться в чужих желаниях. Между островом и материком им предстоит понять: настоящая любовь — это не обещание навсегда, а выбор оставаться рядом сегодня, не лишая друг друга свободы.
Леон любит её, но не просит отказаться от мечты. Ева любит его, но боится снова раствориться в чужих желаниях. Между островом и материком им предстоит понять: настоящая любовь — это не обещание навсегда, а выбор оставаться рядом сегодня, не лишая друг друга свободы.
Выберите полку для книги