Книги по тегу «властный герой нежная героиня»: ""
- Соглашайся, Маша. На утро ты не пожалеешь, - двое опытных мужчин уговаривают меня уступить своим желаниям.
- Нет, я не могу, у меня совершенно нет опыта. И это неправильно.
- Значит, невинная ещё, да? – спрашивает отец моей подруги.
- Да, - со стыдом признаюсь.
- Недотрога, - тянет Игнат, поддевая пальцем мой подбородок. – Это даже хорошо.
- Почему? – тяну удивлённо.
Мне всегда казалось, что такие взрослые мужчины, как Громов и его двоюродный брат, предпочитают опытных женщин.
- Потому что мы тебя всему научим. Потому что твой первый раз будет очень запоминающимся. Просто скажи да, детка.
- Нет, я не могу, у меня совершенно нет опыта. И это неправильно.
- Значит, невинная ещё, да? – спрашивает отец моей подруги.
- Да, - со стыдом признаюсь.
- Недотрога, - тянет Игнат, поддевая пальцем мой подбородок. – Это даже хорошо.
- Почему? – тяну удивлённо.
Мне всегда казалось, что такие взрослые мужчины, как Громов и его двоюродный брат, предпочитают опытных женщин.
- Потому что мы тебя всему научим. Потому что твой первый раз будет очень запоминающимся. Просто скажи да, детка.
– Мужчины говорят много слов, девочка. Особенно такие, как он. Но слова – это не закон. Воля Его Высочества – закон. Ты здесь. Значит, такова его воля.
Алена Владимировна работает в элитной гимназии. В ее классе есть мальчик Глеб, который вызывает тревогу, потому что испытывает чувство страха в присутствии отца.
Впрочем, Алена и сама испытывает чувство страха и глубокой неприязни к этому грубому и не сдержанному человеку. Но, как хороший специалист, она должна помочь ребенку и отцу исправить такое общение.
Впрочем, Алена и сама испытывает чувство страха и глубокой неприязни к этому грубому и не сдержанному человеку. Но, как хороший специалист, она должна помочь ребенку и отцу исправить такое общение.
– Я не собираюсь применять силу, – продолжил он, и в его тоне сквозило презрение к самой идее, – Это… недостойно. Грубо. Не в моих правилах. Но факт остается фактом – ты останешься здесь. Сейчас. Навсегда. Ты станешь моей женщиной.
– Ну что, красотка, – он усмехнулся, и в этой усмешке было что-то откровенно порочное,
– Осваиваешься? Вижу, тебе выдали... стартовый комплект. – он кивнул на мое платье,
– Миниатюрная. Симпатичная. Брюнеточка – все, как мне нравится…
– Осваиваешься? Вижу, тебе выдали... стартовый комплект. – он кивнул на мое платье,
– Миниатюрная. Симпатичная. Брюнеточка – все, как мне нравится…
- Пошевеливайся, - чеканит холодный голос. - У меня времени нет с тобой возиться.
«Возиться». Вот так этот жестокий человек называет то, что хочет сделать со мной… Я снимаю блузку и роняю ее на пол. Смотрю в лицо своему мучителю - и не вижу ни жалости, ни сомнения. Легкая издевка на губах, ирония в светлых глазах. Наверное, таких, как я, тут побывало немало…
- Так. Будешь тянуть — сам с тебя всё посдираю к чертовой матери, - рычит он. - Быстрее! - А сам снимает через голову рубашку.
Он похитил меня. Он безжалостен. Он не привык слышать "нет". Его зовут Яр, и это всё, что я узнаЮ о нем в тот день, когда моя жизнь изменяется навсегда...
«Возиться». Вот так этот жестокий человек называет то, что хочет сделать со мной… Я снимаю блузку и роняю ее на пол. Смотрю в лицо своему мучителю - и не вижу ни жалости, ни сомнения. Легкая издевка на губах, ирония в светлых глазах. Наверное, таких, как я, тут побывало немало…
- Так. Будешь тянуть — сам с тебя всё посдираю к чертовой матери, - рычит он. - Быстрее! - А сам снимает через голову рубашку.
Он похитил меня. Он безжалостен. Он не привык слышать "нет". Его зовут Яр, и это всё, что я узнаЮ о нем в тот день, когда моя жизнь изменяется навсегда...
Мой свёкр, Иван Петрович Леденцов — красавчик из списка Forbes, самый завидный холостяк страны и владелец кондитерской фабрики, где я работаю технологом.
Он такой властный.
Сдержанный.
Строгий.
Холодный.
А моя страсть — шоколад. Я изобрела новый сорт и теперь стою перед свёкром в его кабинете, стараясь не подать и вида, как я волнуюсь.
Как у меня дрожат коленки.
Только сегодня его будто подменили.
И теперь я ловлю на себе его горячий оценивающий взгляд, не пропускающий ни единого соблазнительного изгиба на моём теле...
Обтянутом в белоснежный кондитерский халатик...
Он такой властный.
Сдержанный.
Строгий.
Холодный.
А моя страсть — шоколад. Я изобрела новый сорт и теперь стою перед свёкром в его кабинете, стараясь не подать и вида, как я волнуюсь.
Как у меня дрожат коленки.
Только сегодня его будто подменили.
И теперь я ловлю на себе его горячий оценивающий взгляд, не пропускающий ни единого соблазнительного изгиба на моём теле...
Обтянутом в белоснежный кондитерский халатик...
Нас соединила сама магия. Но полюбили мы на беду. Свою, а может и всего мира. Несправедливого, беспощадного, алчного. Мира, в котором нет места истинной любви двух колдовских существ. Мира, где нам отведена роль слуг, а не свободных созданий.
Но так ли крепки цепи, что держат нас на привязи? Так ли остры мечи наших конвоиров? Так ли несокрушима власть магических орденов? Устоят ли властелины этого гнилого вертепа, если им бросит вызов сама любовь? А мы устоим в этой схватке? Не станем священной жертвой, которая возглавит восстание? Увидим ли плоды своей борьбы? Понянчим ли детей?
🔥 ЭМОЦИИ НА ГРАНИ. Особо чувствительные дамы и господа, берегите сердце).
Х. Э. ).❤️.❤️.❤️
Но так ли крепки цепи, что держат нас на привязи? Так ли остры мечи наших конвоиров? Так ли несокрушима власть магических орденов? Устоят ли властелины этого гнилого вертепа, если им бросит вызов сама любовь? А мы устоим в этой схватке? Не станем священной жертвой, которая возглавит восстание? Увидим ли плоды своей борьбы? Понянчим ли детей?
🔥 ЭМОЦИИ НА ГРАНИ. Особо чувствительные дамы и господа, берегите сердце).
Х. Э. ).❤️.❤️.❤️
Попасть в фэнтези мир — не лучший повод для оптимизма. Особенно когда твой тюремщик — свирепый дракон, считающий тебя своей собственностью. Я должна была бояться... но его властные прикосновения разжигали во мне огонь. Слабая? Возможно. Но я заставлю этого дракона полюбить меня, даже если нам придется сгореть заживо!
– Разве ты сюда пришла не для того, чтоб избавиться от одежды? – спросил мужчина, расстегивая мою рубашку, насквозь промокшую, пока меня уносило волнами.
Я ошалело моргала глазами, от недоумения и холода не могла пошевелиться
– Я пришла на симпозиум ихтиолог… ой, – произнесла я, ойкнув в конце фразы от того, что мужчина расстегнул мне лифчик, я тут же кинулась удерживать стороны застёжки, чтобы не открылось лишнего.
Зачем он так беспардонно раздевает меня? Почему не даст мне сухую одежду и не выйдет? Но я не успела задать эти вопросы.
– Симпозиум ихтиологов? – со смешком спросил другой голос, тоже мужской.
Их что, двое? Второй бас тоже казался подозрительно знакомым. Строгим, властным, обволакивающим. От которого щекотные мурашки скапливались внизу живота.
Внезапно зажегся свет, и от увиденного я обомлела. Рядом сидел, с ухмылкой рассматривая меня, Андрей Викторович, а у стены, держа руку на выключателе, стоял Сергей Викторович. Мои новые боссы, от которых я еле сбежала утром.
Я ошалело моргала глазами, от недоумения и холода не могла пошевелиться
– Я пришла на симпозиум ихтиолог… ой, – произнесла я, ойкнув в конце фразы от того, что мужчина расстегнул мне лифчик, я тут же кинулась удерживать стороны застёжки, чтобы не открылось лишнего.
Зачем он так беспардонно раздевает меня? Почему не даст мне сухую одежду и не выйдет? Но я не успела задать эти вопросы.
– Симпозиум ихтиологов? – со смешком спросил другой голос, тоже мужской.
Их что, двое? Второй бас тоже казался подозрительно знакомым. Строгим, властным, обволакивающим. От которого щекотные мурашки скапливались внизу живота.
Внезапно зажегся свет, и от увиденного я обомлела. Рядом сидел, с ухмылкой рассматривая меня, Андрей Викторович, а у стены, держа руку на выключателе, стоял Сергей Викторович. Мои новые боссы, от которых я еле сбежала утром.
Выберите полку для книги