Книги по тегу «властный герой нежная героиня»: ""
– Моя прекрасная, смелая Сара, – прошептал он, – Ты сделаешь меня самым счастливым человеком на свете.
Тёплый ветер с Персидского залива ласкал их лица, смешиваясь с шёпотом ночи. Огни Дубая мерцали внизу, как рассыпанные драгоценности, но ничто не могло сравниться с тем, как сияли их глаза — полные надежды, страсти и обещаний.
Ахмед нежно провёл пальцами по щеке Сони, задерживаясь на её губах, словно боясь, что всё это — мираж.
— Ты реальна… — прошептал он, и в его голосе звучало что-то между молитвой и признанием.
Тёплый ветер с Персидского залива ласкал их лица, смешиваясь с шёпотом ночи. Огни Дубая мерцали внизу, как рассыпанные драгоценности, но ничто не могло сравниться с тем, как сияли их глаза — полные надежды, страсти и обещаний.
Ахмед нежно провёл пальцами по щеке Сони, задерживаясь на её губах, словно боясь, что всё это — мираж.
— Ты реальна… — прошептал он, и в его голосе звучало что-то между молитвой и признанием.
— Папа, я не хочу! — кричу я, пытаясь вырваться, но отец крепко держит меня за запястье.
— Ты обязана, — отвечает он, не глядя в глаза. — Твой брат совершил убийство, и старейшины решили: наша семья отдаёт дочь в дом убитого. Теперь ты их собственность. Их рабыня. Их третья жена.
Меня не спросили. Меня бросили, словно кусок мяса, на порог чужого дома.
Семья моего жениха смотрит с презрением, будто я виновата в их горе.
А он — жених — даже не скрывает ненависти:
— Будешь платить за смерть моего брата до конца дней. Каждую ночь будешь засыпать с моим именем на губах, проклиная день, когда родилась.
Я стала не женой, а третьей. Самой бесправной, младшей. Той, кто моет ноги старшим жёнам и готовит постель своему мужчине для других женщин.
Женщиной, чья единственная обязанность — терпеть унижение и ждать ночи, когда он придёт и снова напомнит, что я здесь лишь для наказания.
Мой муж не просто сломает меня — он сделает так, чтобы я сама просила о смерти.
— Ты обязана, — отвечает он, не глядя в глаза. — Твой брат совершил убийство, и старейшины решили: наша семья отдаёт дочь в дом убитого. Теперь ты их собственность. Их рабыня. Их третья жена.
Меня не спросили. Меня бросили, словно кусок мяса, на порог чужого дома.
Семья моего жениха смотрит с презрением, будто я виновата в их горе.
А он — жених — даже не скрывает ненависти:
— Будешь платить за смерть моего брата до конца дней. Каждую ночь будешь засыпать с моим именем на губах, проклиная день, когда родилась.
Я стала не женой, а третьей. Самой бесправной, младшей. Той, кто моет ноги старшим жёнам и готовит постель своему мужчине для других женщин.
Женщиной, чья единственная обязанность — терпеть унижение и ждать ночи, когда он придёт и снова напомнит, что я здесь лишь для наказания.
Мой муж не просто сломает меня — он сделает так, чтобы я сама просила о смерти.
Мой свёкр Умар Каримов — властный и жестокий авторитет, которого все боятся и уважают в нашем городе.
И теперь я стою у него в приёмной, на грани обморока.
Меня знобит.
Бросает в жар от страха.
Потому что я пришла просить его о невозможном.
Но только он может дать мне это.
***
— Нет, Илона, — жёстко чеканит он в ответ на мою просьбу. — Я не могу позволить тебе это. Но я согласен тебе помочь, так уж и быть, — и я робко поднимаю на него взгляд.
— Помочь?! Но как...
— Я тебя научу...
И теперь я стою у него в приёмной, на грани обморока.
Меня знобит.
Бросает в жар от страха.
Потому что я пришла просить его о невозможном.
Но только он может дать мне это.
***
— Нет, Илона, — жёстко чеканит он в ответ на мою просьбу. — Я не могу позволить тебе это. Но я согласен тебе помочь, так уж и быть, — и я робко поднимаю на него взгляд.
— Помочь?! Но как...
— Я тебя научу...
Удар кинжалом предательства не добил ее – он разбудил львицу.
Преданная теми, кому доверяла больше всего, она осталась одна в звенящей тишине, но сдаваться – не в ее правилах.
В пышных садах и под сводами дворца шейха ее ждет испытание стойкости и... шанс на любовь, о которой можно лишь мечтать.
=============
— Поздравляю, наложница, — его голос звучал сладко, как испорченный мед, — Шейх приказал удвоить вашу охрану. Вы теперь… стали очень дороги всем нам.
Преданная теми, кому доверяла больше всего, она осталась одна в звенящей тишине, но сдаваться – не в ее правилах.
В пышных садах и под сводами дворца шейха ее ждет испытание стойкости и... шанс на любовь, о которой можно лишь мечтать.
=============
— Поздравляю, наложница, — его голос звучал сладко, как испорченный мед, — Шейх приказал удвоить вашу охрану. Вы теперь… стали очень дороги всем нам.
Чтобы покрыть долги мужа, Майя Любавина соглашается стать суррогатной матерью. План хорош, но однажды будущая мамочка заявляет, что ребенок ей больше не нужен. Майя пытается найти поддержку у мужа, но оказывается, что тот давно живет на две семьи. И ему не нужны ни Майя, ни ее ребенок. Осложняется все тем, что будущий папочка – это начальник Майи. Вот только сказать она ничего не может, так как скована договором.
***
Перовский режет взглядом. Он готов порвать меня на куски, но не может. Я ношу его ребенка. Он прижат к стенке, потому что теперь не может меня уволить. А идти на попятную не в правилах Тимура.
- Будешь жить в моем доме, - рычит босс. – До тех пор, пока не родишь. Потом катись на все четыре стороны.
По моим щекам бегут слезы. Я понимаю, что не хочу расставаться с доченькой, не хочу отдавать ребенка. Только не ему.
***
Перовский режет взглядом. Он готов порвать меня на куски, но не может. Я ношу его ребенка. Он прижат к стенке, потому что теперь не может меня уволить. А идти на попятную не в правилах Тимура.
- Будешь жить в моем доме, - рычит босс. – До тех пор, пока не родишь. Потом катись на все четыре стороны.
По моим щекам бегут слезы. Я понимаю, что не хочу расставаться с доченькой, не хочу отдавать ребенка. Только не ему.
— Дим… Что-то случилось? Твоему отцу не понравилось, что я осталась у тебя?
Он бросает на меня короткий взгляд, снова смотрит на дорогу.
— Нет. Ему всё равно, — говорит так, будто между нами ничего нет и не было…
— А про какую брюнетку говорил твой отец? Это правда? У тебя кто-то был… недавно? Мы же встречаемся уже месяц…
Я надеюсь, что сейчас он объяснит всё. И он любит только меня…
— Ален, бошка болит. Поговорим потом, ладно? Иди. Мне надо ехать, — сухо говорит.
— Вчера же ты был другим! Говорил, что любишь, хочешь познакомить с родителями…
— Крошка. Давай без драм. Ты ведь тоже была не против всего, что было между нами этой ночью! Знакомство? Серьёзно? Зачем оно тебе?..
— Ты… использовал меня?! Я верила тебе…Ты говорил о любви… Думала все серьезно.
— Было серьёзно. Ты сама согласилась остаться у меня. Я тебя не принуждал ни к чему!
Внутри меня все трещит. Рушится. Моя первая любовь стала самым горьким разочарованием.
Он бросает на меня короткий взгляд, снова смотрит на дорогу.
— Нет. Ему всё равно, — говорит так, будто между нами ничего нет и не было…
— А про какую брюнетку говорил твой отец? Это правда? У тебя кто-то был… недавно? Мы же встречаемся уже месяц…
Я надеюсь, что сейчас он объяснит всё. И он любит только меня…
— Ален, бошка болит. Поговорим потом, ладно? Иди. Мне надо ехать, — сухо говорит.
— Вчера же ты был другим! Говорил, что любишь, хочешь познакомить с родителями…
— Крошка. Давай без драм. Ты ведь тоже была не против всего, что было между нами этой ночью! Знакомство? Серьёзно? Зачем оно тебе?..
— Ты… использовал меня?! Я верила тебе…Ты говорил о любви… Думала все серьезно.
— Было серьёзно. Ты сама согласилась остаться у меня. Я тебя не принуждал ни к чему!
Внутри меня все трещит. Рушится. Моя первая любовь стала самым горьким разочарованием.
Он друг моего отца. В детстве я его боялась, но тайком восхищалась. Но вскоре, он пропал из моей жизни.
Спустя долгое время, когда я повзрослела, он вернулся, отсидев срок за моего отца.
Случается беда, и теперь он мой защитник.
Он всё ещё видит во мне ребёнка, свою Вишенку, не воспринимает всерьёз, а я, кажется, люблю его, по-настоящему... Но как мне это доказать?
Спустя долгое время, когда я повзрослела, он вернулся, отсидев срок за моего отца.
Случается беда, и теперь он мой защитник.
Он всё ещё видит во мне ребёнка, свою Вишенку, не воспринимает всерьёз, а я, кажется, люблю его, по-настоящему... Но как мне это доказать?
Я помогла девочке выбраться из горящего дома, рискуя жизнью. Чудом уцелела. Отец малышки — суровый боец СОБРа — предложил мне стать её няней. Я согласилась. Но чем ближе я узнавала его, тем сильнее запутывалась. Он — человек опасной профессии, привыкший держать дистанцию. Я — та, кто слишком поздно поняла, что влюбилась. Теперь он должен спасти меня… не от огня, а от себя самой. Потому что в его мире чувства — роскошь, за которую приходится платить.
Я попала в академию по квоте для сирот. Это мой шанс выбиться в люди. Но в первый же день я случайно поцеловала самого известного студента -племянника декана, еще и графа, а он упал в обморок.
И теперь меня возненавидел за этот позор. Но я ничего не могу с собой поделать, как вижу его - теряю контроль. Что происходит со мной, я не хозяйка своему рассудку? Вся академия считает меня сумасшедшей, а декан угрожают выгнать.
Либо самый перспективный молодой маг и племянник декана, либо я - бродяжка без семьи и поддержки.
Но мне нужно остаться и найти причину этого проклятья поцелуя!
Вот только когда я нашла способ контролировать проклятье, студент сам не дает мне прохода! Что? Теперь ты тоже заинтригован?
И теперь меня возненавидел за этот позор. Но я ничего не могу с собой поделать, как вижу его - теряю контроль. Что происходит со мной, я не хозяйка своему рассудку? Вся академия считает меня сумасшедшей, а декан угрожают выгнать.
Либо самый перспективный молодой маг и племянник декана, либо я - бродяжка без семьи и поддержки.
Но мне нужно остаться и найти причину этого проклятья поцелуя!
Вот только когда я нашла способ контролировать проклятье, студент сам не дает мне прохода! Что? Теперь ты тоже заинтригован?
Он молча наблюдал, как я раздеваюсь, не останавливая и не задавая вопросов, и вообще не облегчая мне задачу.
Только его бровь иронично выгнулась. Он отхлебнул вискарь прямо из горла бутылки, усмехнулся, глядя, как я застопорилась на нижнем белье.
— Снимай, — приказал, опираясь плечом о стену.
Меня затрясло, я даже забыла, на секундочку всего, зачем я здесь, но в коридоре раздался хлопок дверей.
Он рядом.
Убийца рядом.
Вздрогнув, я завела руки себе за спину, расстегнула лифчик и скинула его на пол, к своим ногам.
Это не укрылось от внимания мужчины, и он слегка напрягся, прислушиваясь к происходящему за пределами вип-апартаментов.
В коридоре снова раздались осторожные шаги и звук открываемой двери. Совсем рядом.
— Де-евочка-а-а, где же ты? Не прячься, я же всё равно найду, — нараспев донеслось из-за закрытых дверей.
Его реакция была молниеносной...
Только его бровь иронично выгнулась. Он отхлебнул вискарь прямо из горла бутылки, усмехнулся, глядя, как я застопорилась на нижнем белье.
— Снимай, — приказал, опираясь плечом о стену.
Меня затрясло, я даже забыла, на секундочку всего, зачем я здесь, но в коридоре раздался хлопок дверей.
Он рядом.
Убийца рядом.
Вздрогнув, я завела руки себе за спину, расстегнула лифчик и скинула его на пол, к своим ногам.
Это не укрылось от внимания мужчины, и он слегка напрягся, прислушиваясь к происходящему за пределами вип-апартаментов.
В коридоре снова раздались осторожные шаги и звук открываемой двери. Совсем рядом.
— Де-евочка-а-а, где же ты? Не прячься, я же всё равно найду, — нараспев донеслось из-за закрытых дверей.
Его реакция была молниеносной...
Выберите полку для книги