Книги по тегу «властный герой»: ""
🦋ПОЛНЫЙ ТЕКСТ!🦋
— Зачем? — шепчу я. — Зачем ты настаивал на ЭКО, если у тебя уже была другая женщина?
Олег поднимает глаза и отвечает:
— Потому что ты же сама хотела ребёнка.
— Что?
— Вика…
— Что ты сейчас сказал?
Он начинает раздражаться, будто это я загоняю его в угол.
— Ты сама этого хотела! Ты годами хотела попробовать ещё раз!
Слёзы текут по лицу, дыхание рвётся.
— Господи… — шепчу я. — Господи, какой же ты подонок…
— Вика.
— Нет! Нет, молчи! Я понять пытаюсь! Ты спал с другой бабой, пока я колола гормоны ради тебя! Ради нас! А потом ты ещё и сделал вид, что счастлив, когда я забеременела!
— Я был счастлив.
— Не ври мне больше! Хотя бы сейчас не ври!
Муж резко бьёт ладонью по двери. Я вздрагиваю.
— Да потому что я не знал, что делать! — орёт он. — Ты понимаешь?! Не знал!
— Зачем? — шепчу я. — Зачем ты настаивал на ЭКО, если у тебя уже была другая женщина?
Олег поднимает глаза и отвечает:
— Потому что ты же сама хотела ребёнка.
— Что?
— Вика…
— Что ты сейчас сказал?
Он начинает раздражаться, будто это я загоняю его в угол.
— Ты сама этого хотела! Ты годами хотела попробовать ещё раз!
Слёзы текут по лицу, дыхание рвётся.
— Господи… — шепчу я. — Господи, какой же ты подонок…
— Вика.
— Нет! Нет, молчи! Я понять пытаюсь! Ты спал с другой бабой, пока я колола гормоны ради тебя! Ради нас! А потом ты ещё и сделал вид, что счастлив, когда я забеременела!
— Я был счастлив.
— Не ври мне больше! Хотя бы сейчас не ври!
Муж резко бьёт ладонью по двери. Я вздрагиваю.
— Да потому что я не знал, что делать! — орёт он. — Ты понимаешь?! Не знал!
— Алёна, не начинай, — устало бросил муж. — Майя беременна.
Я смотрела на него и пыталась понять, в какой момент мой Олег превратился в чужого мужчину.
— От тебя?
Он помолчал. И этим молчанием добил больше даже, чем признанием.
— Не знаю.
Я улыбнулась от идиотизма ситуации. Наверное, некрасиво или даже зло. Но после двадцати шести лет брака женщина имеет право улыбаться, когда муж говорит про беременность любовницы и не знает, от кого ребёнок.
— Собирай вещи, Олег. Я подаю на развод.
Он даже не испугался. Только посмотрел на меня так, будто я снова должна была быть разумной.
— Развод? Не смеши. Ты поможешь мне всё уладить. Ради дочери. Ради внука. Ради семьи.
Ради семьи.
Только дальше выяснилось, что беременность его любовницы — не самая страшная правда…
Я смотрела на него и пыталась понять, в какой момент мой Олег превратился в чужого мужчину.
— От тебя?
Он помолчал. И этим молчанием добил больше даже, чем признанием.
— Не знаю.
Я улыбнулась от идиотизма ситуации. Наверное, некрасиво или даже зло. Но после двадцати шести лет брака женщина имеет право улыбаться, когда муж говорит про беременность любовницы и не знает, от кого ребёнок.
— Собирай вещи, Олег. Я подаю на развод.
Он даже не испугался. Только посмотрел на меня так, будто я снова должна была быть разумной.
— Развод? Не смеши. Ты поможешь мне всё уладить. Ради дочери. Ради внука. Ради семьи.
Ради семьи.
Только дальше выяснилось, что беременность его любовницы — не самая страшная правда…
– Просто будет неловко, если вы застрянете в кресле.
Услышав это, я едва поборола желание придушить соседа по бизнес-классу. Этот наглый красавчик даже не представляет, как метко попал в мою самую больную точку.
Год назад муж изменил мне и публично унизил, заявив, что его давно не устраивает мой размер.
С тех пор я пыталась изменить себя: строила карьеру, худела, ходила к психологу и училась наконец-то любить себя.
Теперь я лечу на море бизнес-классом, чтобы наконец-то выгулять новую себя.
Вот только отпуск с самого начала идёт не по плану.
Во-первых, я умудрилась проснуться в одной постели с тем самым самолетным хамом.
Во-вторых, прямо в лобби отеля я столкнулась с бывшим мужем и его новоиспеченной женушкой.
И почему-то в этот момент мне в голову приходит совершенно безумная идея.
Может, этот невозможный бугай согласится ненадолго притвориться моим мужем?
Осталась сущая мелочь.
Уговорить мужчину, который терпеть меня не может.
Услышав это, я едва поборола желание придушить соседа по бизнес-классу. Этот наглый красавчик даже не представляет, как метко попал в мою самую больную точку.
Год назад муж изменил мне и публично унизил, заявив, что его давно не устраивает мой размер.
С тех пор я пыталась изменить себя: строила карьеру, худела, ходила к психологу и училась наконец-то любить себя.
Теперь я лечу на море бизнес-классом, чтобы наконец-то выгулять новую себя.
Вот только отпуск с самого начала идёт не по плану.
Во-первых, я умудрилась проснуться в одной постели с тем самым самолетным хамом.
Во-вторых, прямо в лобби отеля я столкнулась с бывшим мужем и его новоиспеченной женушкой.
И почему-то в этот момент мне в голову приходит совершенно безумная идея.
Может, этот невозможный бугай согласится ненадолго притвориться моим мужем?
Осталась сущая мелочь.
Уговорить мужчину, который терпеть меня не может.
— Валь, устал я от твоих подозрений, — муж негодует так, будто это я заявилась домой с чемоданом любовника. — У меня итак сплошной нервяк на работе. А ты из-за какой-то случайности устроила целое расследование.
Случайность?
Да. Я тоже сначала так думала.
Особенно когда ждала его до трех ночи с остывшим ужином и верила в вечную непогоду, переносы рейсов, плохую связь и усталость. Когда берегла семейный очаг, пока он тратил наши вечера и остатки моего доверия на другую женщину.
Слава считал меня женой по умолчанию. Той, что проглотит, промолчит и снова слепо поверит.
Да как бы не так.
— Я в самолете, связь плохая, буду поздно, — прилетает СМС от него.
А я стою за стеклом кафе аэропорта и снимаю, как он целует руки другой женщины.
Что ж, капитан Ребров.
Тест на неверность провален.
А твое приземление будет жестким.
Случайность?
Да. Я тоже сначала так думала.
Особенно когда ждала его до трех ночи с остывшим ужином и верила в вечную непогоду, переносы рейсов, плохую связь и усталость. Когда берегла семейный очаг, пока он тратил наши вечера и остатки моего доверия на другую женщину.
Слава считал меня женой по умолчанию. Той, что проглотит, промолчит и снова слепо поверит.
Да как бы не так.
— Я в самолете, связь плохая, буду поздно, — прилетает СМС от него.
А я стою за стеклом кафе аэропорта и снимаю, как он целует руки другой женщины.
Что ж, капитан Ребров.
Тест на неверность провален.
А твое приземление будет жестким.
— У нас неприлично ходить с голым животом. Развяжите рубашку, — отчитывает меня наглый кавказец, когда я, изнывая от жары, поднимаюсь на стену Дербентской крепости.
— Вам какое дело до моего живота? Хотите — сами развяжите, — фыркаю, смело глядя в его наглые глаза.
Смотрит так, что земля уходит из-под ног. Брутальный, властный, из тех, кому всё позволено. А я и без него на грани: жених променял меня на секретаршу за неделю до свадьбы. Я сбежала с подругами забыться, а не выслушивать хама. Но этот «горный орел», кажется, решил добить окончательно.
— Какая дерзкая, — тянет он, и голос пробирает до мурашек. — Все вы дерзкие… до поры до времени.
— Не дерзкая. Смелая. Просто вы, видимо, к другим привыкли.
— Смелая, говоришь? — в его глазах загорается опасный огонь. — Тогда давай сыграем. Выиграешь — проси что пожелаешь. Проиграешь — поедешь со мной. И там посмотрим, что останется от твоей дерзости… Сделаю с тобой такое, что со стыда глаза на меня поднять не посмеешь.
Я проиграла…
— Вам какое дело до моего живота? Хотите — сами развяжите, — фыркаю, смело глядя в его наглые глаза.
Смотрит так, что земля уходит из-под ног. Брутальный, властный, из тех, кому всё позволено. А я и без него на грани: жених променял меня на секретаршу за неделю до свадьбы. Я сбежала с подругами забыться, а не выслушивать хама. Но этот «горный орел», кажется, решил добить окончательно.
— Какая дерзкая, — тянет он, и голос пробирает до мурашек. — Все вы дерзкие… до поры до времени.
— Не дерзкая. Смелая. Просто вы, видимо, к другим привыкли.
— Смелая, говоришь? — в его глазах загорается опасный огонь. — Тогда давай сыграем. Выиграешь — проси что пожелаешь. Проиграешь — поедешь со мной. И там посмотрим, что останется от твоей дерзости… Сделаю с тобой такое, что со стыда глаза на меня поднять не посмеешь.
Я проиграла…
Бородач в трениках с пузырями на коленках жёстко прижимает мое тело к холодной бревенчатой стене и жарко шепчет в шею:“Тепло ли тебе, девица! Тепло ли тебе, красавица!”
- Иди ты, дед Мазай, зайчих своих окучивать, - сдавленно отвечаю, пытаясь сопротивляться.
- Понятно! Придётся воспитывать внученьку! Ну, что, снегуренок, поехали на исправительные работы, - хохоча, Мазай словно пушинку закидывает меня на свое плечо и звонко шлепает ладонью по булкам.
Могла ли я знать, чем закончится для меня эта встреча…
- Иди ты, дед Мазай, зайчих своих окучивать, - сдавленно отвечаю, пытаясь сопротивляться.
- Понятно! Придётся воспитывать внученьку! Ну, что, снегуренок, поехали на исправительные работы, - хохоча, Мазай словно пушинку закидывает меня на свое плечо и звонко шлепает ладонью по булкам.
Могла ли я знать, чем закончится для меня эта встреча…
— Ты не уходишь. Я сказал, ты мне понравилась, — говорит блондин с улыбкой.
— У меня смена до полуночи. Разверните яхту к берегу, — мой голос дрожит.
— Ты не поняла, — рокочет брюнет. — Твоя смена закончится, когда мы скажем. Ты остаешься.
Заменяя подругу, вышла на смену официанткой на вечеринку богачей. Яхта, музыка, алкоголь рекой.
Хозяин яхты — два метра контроля под идеальным костюмом — и его друг — живое пламя, созданное соблазнять и подчинять — сразу раскусили подмену.
Вечеринка заканчивается, но яхта отплывает со мной на борту.
И я оказываюсь наедине с этими двумя безумно сексуальными мужчинами, от которых веет желанием и опасностью.
— У меня смена до полуночи. Разверните яхту к берегу, — мой голос дрожит.
— Ты не поняла, — рокочет брюнет. — Твоя смена закончится, когда мы скажем. Ты остаешься.
Заменяя подругу, вышла на смену официанткой на вечеринку богачей. Яхта, музыка, алкоголь рекой.
Хозяин яхты — два метра контроля под идеальным костюмом — и его друг — живое пламя, созданное соблазнять и подчинять — сразу раскусили подмену.
Вечеринка заканчивается, но яхта отплывает со мной на борту.
И я оказываюсь наедине с этими двумя безумно сексуальными мужчинами, от которых веет желанием и опасностью.
(3369)
Мой враг, Захар Измайлов, нашел мое единственное уязвимое место. Тайну, которую я считал похороненной в стенах частной женевской клиники. Теперь он ставит мне ультиматум.
— Я хочу твою основную компанию. «Баграев-Холдинг». Полный контрольный пакет. Ты подписываешь бумаги, а я взамен… расскажу, где сейчас твой сын.
Он предлагает обменять дело всей моей жизни на сына, о существовании которого я даже не подозревал. Но Захар недооценил меня. Я сохраню компанию и найду своего наследника. И горе тому, кто встанет на моем пути.
— Я хочу твою основную компанию. «Баграев-Холдинг». Полный контрольный пакет. Ты подписываешь бумаги, а я взамен… расскажу, где сейчас твой сын.
Он предлагает обменять дело всей моей жизни на сына, о существовании которого я даже не подозревал. Но Захар недооценил меня. Я сохраню компанию и найду своего наследника. И горе тому, кто встанет на моем пути.
– Света… в общем, я… беременна… – оглушает меня фразой подруга, которую я должна была первой произнести. Потому что сегодня гинеколог подтвердил, что у меня будет долгожданный малыш.
Спустя семь лет у нас с мужем будет ребенок. Это ведь счастье, такое долгожданное и выстраданное!
– Вот снимок УЗИ.
Подруга протягивает мне бумагу, а я поднимаю ошалевший взгляд на Валю:
– Так рада за тебя! Но я не знала, что ты с кем-то встречаешься. Ты не говорила! Я умираю от любопытства! Кто же твой мужчина?!
Мне кажется, что я глохну, когда Валя отвечает уверенно:
– Это твой муж. Он отец моего ребенка.
Бывшая подруга продолжает совершенно спокойно:
– В общем, так. Я скоро рожу твоему мужу наследника, а ты должна уйти. Ты ведь бесплодная. Пустоцвет.
– Чего ты хочешь?!
Мой вопрос вызывает у Вали лишь улыбку.
– Муж просто тебя жалеет. Так что сделай одолжение, хватит мучить и его, и меня. Мне вообще покой нужен. В моем положении. Поэтому… Уходи от него ты.
Спустя семь лет у нас с мужем будет ребенок. Это ведь счастье, такое долгожданное и выстраданное!
– Вот снимок УЗИ.
Подруга протягивает мне бумагу, а я поднимаю ошалевший взгляд на Валю:
– Так рада за тебя! Но я не знала, что ты с кем-то встречаешься. Ты не говорила! Я умираю от любопытства! Кто же твой мужчина?!
Мне кажется, что я глохну, когда Валя отвечает уверенно:
– Это твой муж. Он отец моего ребенка.
Бывшая подруга продолжает совершенно спокойно:
– В общем, так. Я скоро рожу твоему мужу наследника, а ты должна уйти. Ты ведь бесплодная. Пустоцвет.
– Чего ты хочешь?!
Мой вопрос вызывает у Вали лишь улыбку.
– Муж просто тебя жалеет. Так что сделай одолжение, хватит мучить и его, и меня. Мне вообще покой нужен. В моем положении. Поэтому… Уходи от него ты.
— Какая сочная штучка! — сын ухмыляется. — Я завидую отцу. Сам бы такую…
— Она красивая! Яркая! Я хочу быть как она! — подхватывает дочь. — Вот бы папа бросил нашу зашоренную клушу и женился на ней! А то стыдно в люди выйти.
Рома. Лера.
Здесь? В отеле?!
Они же должны быть у бабушки!
Но это ещё не всё, что заставляет меня ужаснуться.
Вокруг них вьётся... девушка.
Яркая, эффектная в белой норковой шубе на каблуках.
Незнакомка смеётся. Громко, жеманно, как будто специально, чтобы все оборачивались.
И тут происходит то, чего я никак не ожидала увидеть…
В поле зрения появляется мой муж.
Влад кладёт руку на талию блондинки. Притягивает её ближе. И...
Его рука скользит вниз. Под шубу.
Он хватает её за…
Рома и Лера подхватывают смех.
Как будто это нормально. Как будто он делает так всегда.
А я стою, глядя на них, и умираю.
С годовщиной, Рада!
Сюрприз удался…
— Она красивая! Яркая! Я хочу быть как она! — подхватывает дочь. — Вот бы папа бросил нашу зашоренную клушу и женился на ней! А то стыдно в люди выйти.
Рома. Лера.
Здесь? В отеле?!
Они же должны быть у бабушки!
Но это ещё не всё, что заставляет меня ужаснуться.
Вокруг них вьётся... девушка.
Яркая, эффектная в белой норковой шубе на каблуках.
Незнакомка смеётся. Громко, жеманно, как будто специально, чтобы все оборачивались.
И тут происходит то, чего я никак не ожидала увидеть…
В поле зрения появляется мой муж.
Влад кладёт руку на талию блондинки. Притягивает её ближе. И...
Его рука скользит вниз. Под шубу.
Он хватает её за…
Рома и Лера подхватывают смех.
Как будто это нормально. Как будто он делает так всегда.
А я стою, глядя на них, и умираю.
С годовщиной, Рада!
Сюрприз удался…
Выберите полку для книги