Книги по тегу «властный герой»: ""
— Зачем ты звонишь? — прозвучал её усталый вопрос. — Может, хватит мучить и себя, и меня?
Может, и хватит, но у него нет сил, чтобы остановиться.
— Я люблю тебя, — признался он вместо ответа на вопрос.
— Это уже не важно, Максим, — вздохнула Ника. — Ты должен прекратить.
— Я хочу тебя увидеть, — продолжил он, будто не слыша её, — давай встретимся? Я соскучился…
— Нет, Максим, — резко ответила Вероника. — Разве ты еще не понял, что я не хочу тебя видеть?
— Прошу тебя!
— Максим, у меня другой мужчина, — произнесла она тихо.
Мелкая неприятная дрожь пробежала по его телу. Тот парень, с которым он ее застал, хоть вызвал яростную реакцию, но был всего лишь эпизодом. Теперь Ника говорила о другом. О серьезных, полноценных отношениях.
— Но ты всё равно любишь меня, — настаивал он.
— Нет, Максим, я давно тебя отпустила, даже простила, — Ника говорила легко и искренне, отчего его кишки сворачивались в узел. — Я больше не люблю тебя!
Может, и хватит, но у него нет сил, чтобы остановиться.
— Я люблю тебя, — признался он вместо ответа на вопрос.
— Это уже не важно, Максим, — вздохнула Ника. — Ты должен прекратить.
— Я хочу тебя увидеть, — продолжил он, будто не слыша её, — давай встретимся? Я соскучился…
— Нет, Максим, — резко ответила Вероника. — Разве ты еще не понял, что я не хочу тебя видеть?
— Прошу тебя!
— Максим, у меня другой мужчина, — произнесла она тихо.
Мелкая неприятная дрожь пробежала по его телу. Тот парень, с которым он ее застал, хоть вызвал яростную реакцию, но был всего лишь эпизодом. Теперь Ника говорила о другом. О серьезных, полноценных отношениях.
— Но ты всё равно любишь меня, — настаивал он.
— Нет, Максим, я давно тебя отпустила, даже простила, — Ника говорила легко и искренне, отчего его кишки сворачивались в узел. — Я больше не люблю тебя!
— Позвольте мне представить вам нового руководителя! — возвестил Фёдор Алексеевич и все разговоры моментально замолкли. — Любимов Роман Романович.
Сразу же произошла смена ориентиров и все уставились на очень красивого мужчину. Взволнованный вздох Ирины смешался с восхищенными возгласами остальной части женского коллектива.
Дорогой стильный костюм идеально сидел на мощной фигуре. Длинные темные волосы были уложены в высокий хвост. Ни одна волосинка не выбивалась. Холодные синие глаза внимательно разглядывали собравшихся. Оценивали. Этот острый взгляд остановился на Ире, и нехорошая улыбка расцвела на губах новоиспеченного начальника. Сердце Степановой остановилось, а потом пустилось вскачь.
— Добрый день, — прозвучал знакомый бархатный голос.
Ирина знала этого человека. Именно он приходил эти месяцы к ней во сне. Её начальником оказался Ромул! Но он же лишь её фантазия?
Или всё же нет?
Сразу же произошла смена ориентиров и все уставились на очень красивого мужчину. Взволнованный вздох Ирины смешался с восхищенными возгласами остальной части женского коллектива.
Дорогой стильный костюм идеально сидел на мощной фигуре. Длинные темные волосы были уложены в высокий хвост. Ни одна волосинка не выбивалась. Холодные синие глаза внимательно разглядывали собравшихся. Оценивали. Этот острый взгляд остановился на Ире, и нехорошая улыбка расцвела на губах новоиспеченного начальника. Сердце Степановой остановилось, а потом пустилось вскачь.
— Добрый день, — прозвучал знакомый бархатный голос.
Ирина знала этого человека. Именно он приходил эти месяцы к ней во сне. Её начальником оказался Ромул! Но он же лишь её фантазия?
Или всё же нет?
– Открой дверь, Вика!
– Нет!
– Я не уйду, – Брайан продолжал колотить в дверь.
– Проваливай,– у меня сердце стучало где-то в горле: – Ты теперь бывший, я тебя видеть не хочу.
– Я хочу. Открывай, иначе я вынесу эту чертову дверь.
Пришлось открыть:
– Чего тебе?
В дверях стоял высокий, плечистый красавчик-оборотень:
– Ты что вытворяешь, Виктория! – он наступал на меня: – И с каких это пор я стал бывшим?
– Нет!
– Я не уйду, – Брайан продолжал колотить в дверь.
– Проваливай,– у меня сердце стучало где-то в горле: – Ты теперь бывший, я тебя видеть не хочу.
– Я хочу. Открывай, иначе я вынесу эту чертову дверь.
Пришлось открыть:
– Чего тебе?
В дверях стоял высокий, плечистый красавчик-оборотень:
– Ты что вытворяешь, Виктория! – он наступал на меня: – И с каких это пор я стал бывшим?
Меня бросил парень, а потом уволили с работы. Решила отправиться в круиз, надеясь похудеть, да и развеяться. Но судьба вновь сыграла со мной злую шутку: на лайнере встретила того самого хама-олигарха, из-за которого меня уволили...
— Да ты… Ты… что наделала? Корова неповоротливая! — рявкнул олигарх.
Вот же гад! Это всего лишь пюре! Зачем же так орать, ещё и обзываться?! От обиды весь мой страх как рукой сняло.
— Сами виноваты! Не надо было торопить меня под руку! — возмущённо выпалила я.
— Я тебе ещё и виноват? — взревел он, вскакивая с места. — Администратора зови! Быстро!
Но Елена уже спешила к нам на всех парах.
— Михаил Борисович, как же так! Ох, ужас! — запричитала она. — Давайте я вас вытру!
— Сам справлюсь, — буркнул он. — Костюм теперь только выкинуть…
— Примите наши извинения, — заискивала Елена. — Ужин за наш счёт!
— Да-да, вы покушайте, настроение сразу поднимется... - ляпнула я, не зная, что еще сказать...
— Да ты… Ты… что наделала? Корова неповоротливая! — рявкнул олигарх.
Вот же гад! Это всего лишь пюре! Зачем же так орать, ещё и обзываться?! От обиды весь мой страх как рукой сняло.
— Сами виноваты! Не надо было торопить меня под руку! — возмущённо выпалила я.
— Я тебе ещё и виноват? — взревел он, вскакивая с места. — Администратора зови! Быстро!
Но Елена уже спешила к нам на всех парах.
— Михаил Борисович, как же так! Ох, ужас! — запричитала она. — Давайте я вас вытру!
— Сам справлюсь, — буркнул он. — Костюм теперь только выкинуть…
— Примите наши извинения, — заискивала Елена. — Ужин за наш счёт!
— Да-да, вы покушайте, настроение сразу поднимется... - ляпнула я, не зная, что еще сказать...
Он молодой и горячий пациент, который хочет меня. Своего врача, замужнюю тридцатилетнюю и с ребенком. Из этого не выйдет ничего хорошего, особенно когда я понимаю, что он далеко не так прост, как показался на первый взгляд.
– Да я ненавижу твои жирные блины! – у Миши играют желваки. – И тебя, жирную, тоже ненавижу!
– Но ты всегда ел! – сердце колотится в горле.
– Ты была мне нужна, – усмехается муж. – Посетители в восторге от твоей стряпни.
– Ты использовал меня?!
– Да, – кивает. – Я всю жизнь любил Натали. А когда она уехала в Москву, назло ей женился на тебе!
– У тебя мозги жиром заплыли, раз ты пустила переночевать подругу! – поддакивает Натали.
– Хорошо, – стискиваю зубы. – Тогда поделим ресторан.
– Не зли меня, Пончик, – цедит муж. – Ресторан мой. А если решишь бороться, я тебя со свету сживу!
Я хватаю блинницу и надеваю мужу на голову.
Муж сдержал слово: снял всё на видео, и меня внесли в «чёрный список» приёма на работу.
Через полгода после развода мне удаётся устроиться в блинную, но туда приходит бывший муж:
– Принеси-ка мёд, Пончик! Обслужи меня!
Я беру мёд, чтобы выплеснуть в рожу гаду, но случайно обливаю своего босса...
– Но ты всегда ел! – сердце колотится в горле.
– Ты была мне нужна, – усмехается муж. – Посетители в восторге от твоей стряпни.
– Ты использовал меня?!
– Да, – кивает. – Я всю жизнь любил Натали. А когда она уехала в Москву, назло ей женился на тебе!
– У тебя мозги жиром заплыли, раз ты пустила переночевать подругу! – поддакивает Натали.
– Хорошо, – стискиваю зубы. – Тогда поделим ресторан.
– Не зли меня, Пончик, – цедит муж. – Ресторан мой. А если решишь бороться, я тебя со свету сживу!
Я хватаю блинницу и надеваю мужу на голову.
Муж сдержал слово: снял всё на видео, и меня внесли в «чёрный список» приёма на работу.
Через полгода после развода мне удаётся устроиться в блинную, но туда приходит бывший муж:
– Принеси-ка мёд, Пончик! Обслужи меня!
Я беру мёд, чтобы выплеснуть в рожу гаду, но случайно обливаю своего босса...
— Марина, не устраивай сцену, — раздражённо бросает муж. — Это ничего не значит. Подумаешь поцеловал секретаршу. Трагедия…
— Для тебя — может быть.
— Куда ты пойдёшь с двумя детьми? К матери в деревню? Не смеши меня. Ты без меня не справишься.
— Проверим.
— Вернёшься, когда успокоишься.
— Нет, Слава. Я вернусь только за разводом.
Двенадцать лет брака, двое сыновей и муж, который был уверен: я проглочу измену, промолчу и снова стану удобной женой. Но в тот же вечер, пока я собирала вещи, мне позвонили дети из деревни. Они нашли в лесу окровавленного мужчину без памяти. Бомжа, как они решили. Только этот бомж говорил приказным тоном, путал русский с английским и слишком уж не походил на бездомного. А вскоре я узнала: весь наш холдинг ищет нового владельца, пропавшего после аварии. И мой муж ещё не догадывается, кого мои сыновья привели в нашу жизнь.
— Для тебя — может быть.
— Куда ты пойдёшь с двумя детьми? К матери в деревню? Не смеши меня. Ты без меня не справишься.
— Проверим.
— Вернёшься, когда успокоишься.
— Нет, Слава. Я вернусь только за разводом.
Двенадцать лет брака, двое сыновей и муж, который был уверен: я проглочу измену, промолчу и снова стану удобной женой. Но в тот же вечер, пока я собирала вещи, мне позвонили дети из деревни. Они нашли в лесу окровавленного мужчину без памяти. Бомжа, как они решили. Только этот бомж говорил приказным тоном, путал русский с английским и слишком уж не походил на бездомного. А вскоре я узнала: весь наш холдинг ищет нового владельца, пропавшего после аварии. И мой муж ещё не догадывается, кого мои сыновья привели в нашу жизнь.
Сбежав от домогательств коллеги на корпоративе, я попала в крепкие объятия босса. Ему невозможно противостоять, он сильный, властный, и я в него безнадёжно влюблена.
Оставшись неузнанной, я думала перелистнуть эту страницу, но властный красавчик не сдаётся.
И что мне делать теперь, когда он, как опытная ищейка, идёт по моему следу, надеясь найти и присвоить?
Оставшись неузнанной, я думала перелистнуть эту страницу, но властный красавчик не сдаётся.
И что мне делать теперь, когда он, как опытная ищейка, идёт по моему следу, надеясь найти и присвоить?
— Скажи «нет», — хрипит Горелов. — Скажи, и я уйду.
Я смотрю в его глаза, них — боль, голод, отчаяние.
Он целует меня без нежности, не спрашивая, грубо и жадно вгрызается в мои влажные губы, как зверь.
Его язык по-хозяйски врывается в мой рот, и я чувствую вкус виски и мяты.
Его руки сжимают мои бёдра, притягивают к себе так, что я чувствую что он более чем в таком же нетерпении.
И на секунду, всего на секунду, я отвечаю.
Мои пальцы впиваются в его плечи, я притягиваю его ближе, моё тело выгибается навстречу.
Его пальцы задирают мою футболку.
Он хочет большего.
Он хочет взять, не спросив, не дождавшись моего «да».
Я вырываюсь со всей силы, на которую способна, отталкиваю его.
Он шатается словно пьяный, ослеплённый похотью.
— Нет, — произношу громко и чётко.
— Вера…
— Нет, Горелов, ты не имеешь права.
Он тянется ко мне, и я замахиваюсь.
Как выстрел в тишине раздаётся пощёчина...
Я смотрю в его глаза, них — боль, голод, отчаяние.
Он целует меня без нежности, не спрашивая, грубо и жадно вгрызается в мои влажные губы, как зверь.
Его язык по-хозяйски врывается в мой рот, и я чувствую вкус виски и мяты.
Его руки сжимают мои бёдра, притягивают к себе так, что я чувствую что он более чем в таком же нетерпении.
И на секунду, всего на секунду, я отвечаю.
Мои пальцы впиваются в его плечи, я притягиваю его ближе, моё тело выгибается навстречу.
Его пальцы задирают мою футболку.
Он хочет большего.
Он хочет взять, не спросив, не дождавшись моего «да».
Я вырываюсь со всей силы, на которую способна, отталкиваю его.
Он шатается словно пьяный, ослеплённый похотью.
— Нет, — произношу громко и чётко.
— Вера…
— Нет, Горелов, ты не имеешь права.
Он тянется ко мне, и я замахиваюсь.
Как выстрел в тишине раздаётся пощёчина...
— Ты никто. И никогда никем не была.
Он сказал это и захлопнул дверь нашего дома. За его спиной стояла любовница. В моём халате. А я осталась снаружи — без права видеть детей.
Десять лет брака. ЭКО. Двое долгожданных малышей. Я думала, мы семья. А он просто ждал момента, чтобы вычеркнуть меня из жизни и оставить всё себе.
Я должна была сломаться. Но когда отнимают детей — вырастают крылья. Или клыки.
Очень короткая, очень сильная история о матери, которая пошла против системы и бывшего мужа. ХЭППИ-ЭНД ГАРАНТИРОВАН.
Он сказал это и захлопнул дверь нашего дома. За его спиной стояла любовница. В моём халате. А я осталась снаружи — без права видеть детей.
Десять лет брака. ЭКО. Двое долгожданных малышей. Я думала, мы семья. А он просто ждал момента, чтобы вычеркнуть меня из жизни и оставить всё себе.
Я должна была сломаться. Но когда отнимают детей — вырастают крылья. Или клыки.
Очень короткая, очень сильная история о матери, которая пошла против системы и бывшего мужа. ХЭППИ-ЭНД ГАРАНТИРОВАН.
Выберите полку для книги