Книги по тегу «восточный мужчина»: ""

— Меня ждёт такая же жизнь, как маму? Верно? Я никогда не буду свободна? Буду переходить от одного мужчины к другому?

— А как ты хочешь?

Я хочу жить нормальной жизнью, но страшно... Страшно, что за мной уже идёт кровавый след!

— Хотя бы… выбрать мужчину самой.

Тон Рашида ледяной настолько, что спина холодеет.

— Хорошо. ВЫБЕРИ ДОСТОЙНОГО. И ТОГДА Я, наконец, БУДУ СВОБОДЕН, — он заводит автомобиль, — ОТ ТЕБЯ.

— Что это?
Смотрю на золотую надпись в коробке и чувствую, как немеют пальцы.
— Топпер на торт, — спокойно отвечает муж. — Поставишь наверх.
— «Никах Керима и Малики»? — шевелю губами. — Это что, шутка?
— Нет. Сегодня мой никах.
— А я тогда кто?
— Ты моя первая жена. Мать моего сына. И женщина, которая не должна устраивать сцен.
Пятнадцать лет брака. Общий сын. Семейное дело, в которое я вложила всю себя. Я своими руками готовила торт на никах собственного мужа с другой женщиной, а вечером узнала, что для меня уже приготовили тесную комнату над цехом и новую роль — лишней в его красивой жизни.

— Подпиши, Мира. Один лист — и всё закончится.
— Закончится что? Моя работа? Моё имя? Моя жизнь?
Рустам смотрел на меня так, будто я была не женой, а неудобной строкой в его бухгалтерии.
— Ты врач. Ты и ответишь. Зато дети останутся в семье.
Я приехала в его горный медицинский центр ночью, чтобы спасти пациентку. А нашла там свою подделанную подпись, чужую ошибку, любовницу мужа и ловушку, приготовленную для меня заранее.
Рустам Бекханов привык покупать людей, молчание, уважение и даже правду. Он был уверен, что жена-врач закроет собой его бизнес и покорно вернётся в дом. Он просчитался.
Потому что в ту ночь он потерял не только меня. Он потерял нас.

Я совсем недавно работаю горничной в пятизвёздочном отеле «Леон», в котором останавливаются все богачи и знаменитости.
Вчера к нам заехал популярный исполнитель Хишам, которого я просто обожаю! У него такой чувственный проникновенный голос, что мне даже стыдно признаться в том, о чём я думаю, когда слушаю его песни…

Но я и представить даже не могла, чем всё обернётся, когда мой босс поручил уборку в его президентском люксе...

***

— Ты же бросишь ее? Мне больно думать о том, что ты все-таки спал с ней…
— Ты же знаешь, зачем я на ней женюсь, — отвечает мой жених, — Спать мне с ней все-таки придется. Но я буду думать о тебе в этот момент, — и он чмокает ее в губы. 
—  Я вам тут не мешаю?
Захожу в номер жениха и закрываю дверь с грохотом, чтобы сладкая парочка перестала заниматься сексом.
— Мариш, — оправдывается мой жених, — Это не то, о чем ты подумала! — Мы с ней… Мы…
— Что… вы? Что я не то подумала? Разве это не твой орган секунду назад находился в теле моей двоюродной сестры? Разве не вы собирались продолжить свои брачные игры в каком-то вшивом загородном домике? Фу, Соколов, как же это мерзко.
***
Жених изменил мне с моей сестрой в день нашей свадьбы. Я решила уехать далеко от города, но судьба подкинула мне еще один “сюрприз”! 
Попав в аварию на трассе, я оказалась в плену опасного незнакомца! Дикарь похитил меня и увез к себе!

— Мам, а тётя Наиля красивая, да?
— Какая ещё Наиля?
— Папа сказал, она теперь тоже будет жить с нами. И будет моей второй мамой.
В одну секунду рушится всё: дом, семья, привычная жизнь. Муж приводит другую женщину и называет её «второй женой». Родня заставляет молчать, охрана не пускает к детям, а за воротами слышен крик собственной дочери: «Мамочка!»
Где граница унижения, после которого женщина уже не сможет быть прежней? И что делать, если твой крест — это не просто измена, а война за детей, за право жить и дышать?

— Скажи, что это неправда. Что ты не мог. Не с ней.
— Рая… уже ничего не изменить. Она беременна и будет жить с нами.
Мой муж изменил мне с моей двоюродной сестрой.
С той, что приходила в гости, смеялась со мной на кухне и называла меня старшей сестрой.
Когда всё открылось, родня сказала: «Терпи. Не выноси сор из избы. Нужно скрыть грех».
А я не смогла. И не позволила.

— Что ты хочешь? Чем мне тебе заплатить, чтобы ты приняла вторую жену?
— Жизнью, — говорю я и бессильно опускаюсь на стул. — Можешь?
Мотает головой и замолкает.
— Отмени эту свадьбу!
— Нет. Не могу. И не стану этого делать.
— Тогда, я развожусь с тобой, Рустам.
— Нет, — его голос хрустит. — Не будет развода.
— Будет, — повторяю. — Я развожусь с тобой Рустам!
Мы стоим друг напротив друга, как двое людей, которые одновременно хотят открыть одну и ту же дверь с разных сторон. Он делает шаг ближе по привычке сокращать дистанцию, когда разговор уходит в штопор.
— Лина, — низко, сдержанно. — Не делай глупостей. Успокойся. Завтра поговорим.
Я встаю, отодвигая стул.
Он усмехается углом рта — от нервов, не от уверенности.
— Ты не понимаешь. Развод — это позор. Это удар по детям. Родителям.
— Вот именно, — отвечаю. — Родители. У меня есть родители. И братья. Я уйду к ним.

Шесть долгих лет я бежала от него, отца моей лучшей подруги, мужчины, который был моим главным грехом и самым сокровенным секретом. Он старше, недосягаем и чужой, а я возводила между нами стены, выбрав карьеру и холодную столицу вместо родного города, насквозь пропитанного его запахом.
Я вернулась домой и обнаружила, что он свободен, но эта свобода оставила его разбитым и ожесточенным. Он стал настоящим Гринчем, возненавидевшим Новый год, праздник, в который его предали.
Одна новогодняя ночь и один поцелуй в темном коридоре, обернувшийся пожаром, подарили мне обманчивую надежду на сказку. Вот только утром он безжалостно вложил в мои руки билет в один конец.
И я снова сбежала, но в этот раз увезла с собой нашу общую тайну...

Он — человек, который держит этот город. Его забота граничит с одержимостью. Его любовь — с безумием. Он сделал меня своей женой, «забыв» упомянуть одну незначительную деталь: у него уже есть та, что делит с ним дом и власть уже восемнадцать лет.