Книги по тегу «герой старше героини»: ""
Стильная стрижка, легкий загар, оттеняющий пронзительно голубые глаза, чёрное длинное пальто и кашне Louis Vuitton, небрежно повязанное на шее. Этакий русский вариант Брэда Питта. Я б не удивилась, если б он снимался в Голливуде, но, насколько я знала, он занимал высокий пост в одной крупной строительной корпорации.
- А ты, по всей видимости, та самая Аиша? Я Андрей, отец этого оболтуса.
Он приблизился ко мне, и я уловила тягучие ноты его секси парфюма. Не успела я опомниться, как он поймал мою как обычно холодную ладошку и поднёс к губам.
- Замёрзла? Ну, ничего. Скоро ты согреешься.
От его прикосновения, внешности и запаха меня мгновенно бросило в жар. Я быстро отвела глаза и принялась стягивать куртку. На моё счастье, все поспешили к стойке регистрации и не обратили внимания на мои раскрасневшиеся щёки.
- А ты, по всей видимости, та самая Аиша? Я Андрей, отец этого оболтуса.
Он приблизился ко мне, и я уловила тягучие ноты его секси парфюма. Не успела я опомниться, как он поймал мою как обычно холодную ладошку и поднёс к губам.
- Замёрзла? Ну, ничего. Скоро ты согреешься.
От его прикосновения, внешности и запаха меня мгновенно бросило в жар. Я быстро отвела глаза и принялась стягивать куртку. На моё счастье, все поспешили к стойке регистрации и не обратили внимания на мои раскрасневшиеся щёки.
- Девочка моя, у тебя ещё есть время передумать,- пристально смотрит Захар мне в глаза.
- А если я не хочу? Вернее, наоборот, хочу, чтобы всё случилось этой ночью,- гляжу в ответ дерзко.
Он отпускает одну руку, проводит пальцем по моим губам, безжалостно сминая их.
- Ты как цветок: нежная и хрупкая, а я могу быть грубым.
- Я всегда себя сравнивала с камнем, агатом. Так что меня не так уж и просто сломать.
"Я вырасту, понятно?!"- вспоминаю слова, сказанные Агатой в день моей свадьбы, которые шокировали всех гостей.
И ведь выросла. Да такой, что глаза не отвести. И как я раньше не обратил внимание?..
- А если я не хочу? Вернее, наоборот, хочу, чтобы всё случилось этой ночью,- гляжу в ответ дерзко.
Он отпускает одну руку, проводит пальцем по моим губам, безжалостно сминая их.
- Ты как цветок: нежная и хрупкая, а я могу быть грубым.
- Я всегда себя сравнивала с камнем, агатом. Так что меня не так уж и просто сломать.
"Я вырасту, понятно?!"- вспоминаю слова, сказанные Агатой в день моей свадьбы, которые шокировали всех гостей.
И ведь выросла. Да такой, что глаза не отвести. И как я раньше не обратил внимание?..
— Не смей прикасаться ко мне... — меня всю трясет от злости и ярости.
— Тише, русская! — мужчина сминает мои скулы и горячим дыханием опаляет губы.
— Да пошёл ты! — вырываюсь из железной хватки, но все бесполезно.
Передо мной только леденящий душу взгляд голубых глаз этого варвара и его касания.
— Ты не имеешь никакого права на меня!
— Имею! — рычит и большим пальцем обводит мои губы. — Ты — уплата моего долга, русская! И станешь моей женой!
— Нет! — вскрикиваю душой и сердцем. — Никогда! Слышишь? Никогда! — ору ему в лицо, пытаясь вырваться. Вместо этого мой пленитель жмется губами к моему ушку и шепчет:
— Выбирай: либо быть моей послушной женой, либо бесправной наложницей!
— Тише, русская! — мужчина сминает мои скулы и горячим дыханием опаляет губы.
— Да пошёл ты! — вырываюсь из железной хватки, но все бесполезно.
Передо мной только леденящий душу взгляд голубых глаз этого варвара и его касания.
— Ты не имеешь никакого права на меня!
— Имею! — рычит и большим пальцем обводит мои губы. — Ты — уплата моего долга, русская! И станешь моей женой!
— Нет! — вскрикиваю душой и сердцем. — Никогда! Слышишь? Никогда! — ору ему в лицо, пытаясь вырваться. Вместо этого мой пленитель жмется губами к моему ушку и шепчет:
— Выбирай: либо быть моей послушной женой, либо бесправной наложницей!
— Скажи, Яковлева… Тебя хоть раз целовал мужчина постарше? — его пальцы обхватили мой подбородок, заставляя запрокинуть голову. — Преподы, например, — в голосе сквозила издевка, но мне было не до смеха. Сейчас в Алексее Игоревиче не было ни капли шутливости. — Что, язык проглотила, девочка из страны Чудес? — прошептал он, и я отвела взгляд, будто могла сбежать от его взгляда, от него самого. — Твой братец на славу постарался, теперь пришло время расплачиваться, — его ладонь скользнула на спину, обжигая сквозь ткань. — Если будешь хорошо себя вести, то зачет по Римскому праву тебе обеспечен... — шепчет прямо в ухо, отчего у меня коленки предательски дрожат.
**************************************************
Он пришёл отомстить брату и сломать её психику. Она ворвалась в его жизнь, чтобы спасти душу.
Запретная любовь студентки и преподавателя. Смогут ли они справиться с давлением, толкающим его в бездну?
ВСЕ ГЕРОИ СОВЕРШЕННОЛЕТНИЕ!!!
**************************************************
Он пришёл отомстить брату и сломать её психику. Она ворвалась в его жизнь, чтобы спасти душу.
Запретная любовь студентки и преподавателя. Смогут ли они справиться с давлением, толкающим его в бездну?
ВСЕ ГЕРОИ СОВЕРШЕННОЛЕТНИЕ!!!
Любимая дочь попросила меня помочь ее лучшей подруге, которая сбежала из Петербурга от своего непростого прошлого.
Юная. Красивая. Дерзкая. Она, буквально, ворвалась в мою жизнь и перевернула ее с ног на голову.
И теперь, каждый раз, когда она оказывается рядом, мне хочется сделать то, чего я делать ни в коем случае не должен, потому что она под запретом...
Юная. Красивая. Дерзкая. Она, буквально, ворвалась в мою жизнь и перевернула ее с ног на голову.
И теперь, каждый раз, когда она оказывается рядом, мне хочется сделать то, чего я делать ни в коем случае не должен, потому что она под запретом...
– Кто вы и что я здесь делаю? – спрашиваю, вытирая дрожащими пальцами слёзы со щек.
Мужчина впивается в меня взглядом. Орлиным. Острым. Презрительным. Так смотрят на добычу, за которой гонятся. Так же он смотрел на меня и этой ночью. Если только это был не сон.
– Меня зовут Лев. Для тебя Лев Григорьевич. Или дядя Лев. Я брат твоего отца. И приехал забрать тебя с собой.
Внутри всё переворачивается.
Дядя?
У меня был секс с дядей?
Не инцест (но это не точно ;)
Мужчина впивается в меня взглядом. Орлиным. Острым. Презрительным. Так смотрят на добычу, за которой гонятся. Так же он смотрел на меня и этой ночью. Если только это был не сон.
– Меня зовут Лев. Для тебя Лев Григорьевич. Или дядя Лев. Я брат твоего отца. И приехал забрать тебя с собой.
Внутри всё переворачивается.
Дядя?
У меня был секс с дядей?
Не инцест (но это не точно ;)
— Спасибо за подарок, я пережил развод и совершенно закрыт для новых отношений.
На пороге моего дома совсем еще юная девица, отец держит ее за локоть, чтобы не сбежала.
— Я не подарок! — фыркает она, сопротивляясь.
— Если ты не поможешь ей, то она погибнет!
Отказываюсь:
— Прости, друг, я не нянька. Порекомендую хороших парней.
— Нет! — спорит он. — Я доверяю только тебе и знаю, что ты к ней, как мужик, не полезешь. Ты порядочный!
Дочь моего друга едва унесла ноги с вечеринки избалованных мажоров, прилюдно унизив одного из них. Уроды поклялись отомстить.
А мы с ней с первого взгляда не перевариваем друг друга. И даже за огромные деньги я не желаю ее охранять. Но отец, вынужденный срочно покинуть страну, решает доверить дитятко мне. И полностью уверен в том, что между нами ничего не будет. Как же он ошибается…
На пороге моего дома совсем еще юная девица, отец держит ее за локоть, чтобы не сбежала.
— Я не подарок! — фыркает она, сопротивляясь.
— Если ты не поможешь ей, то она погибнет!
Отказываюсь:
— Прости, друг, я не нянька. Порекомендую хороших парней.
— Нет! — спорит он. — Я доверяю только тебе и знаю, что ты к ней, как мужик, не полезешь. Ты порядочный!
Дочь моего друга едва унесла ноги с вечеринки избалованных мажоров, прилюдно унизив одного из них. Уроды поклялись отомстить.
А мы с ней с первого взгляда не перевариваем друг друга. И даже за огромные деньги я не желаю ее охранять. Но отец, вынужденный срочно покинуть страну, решает доверить дитятко мне. И полностью уверен в том, что между нами ничего не будет. Как же он ошибается…
– Ты должна прекратить общение с моей дочерью, – припечатывает Иса.
– Но почему?
– Ты ей не подходишь. А вот мне, пожалуй, да. Будешь моей тайной любовницей. Только Лере ни слова. Она слишком скромная и ранимая, чтобы знать о таких вещах.
Это Лерка-то скромная? Плохо он знает свою дочь. Я бы могла открыть ему глаза, но не буду. Да и не поверит он.
– Но почему я?!
– Потому что я хочу именно тебя, Соня.
Мне "повезло" капитально вляпаться в бородатого здоровяка, который при первой встрече чуть не вытер об меня ноги. Отчим подруги предложил стать его любовницей, но я не собираюсь покоряться этому бессовестному горцу. Хочет любви? Пусть сначала сам меня полюбит!
– Но почему?
– Ты ей не подходишь. А вот мне, пожалуй, да. Будешь моей тайной любовницей. Только Лере ни слова. Она слишком скромная и ранимая, чтобы знать о таких вещах.
Это Лерка-то скромная? Плохо он знает свою дочь. Я бы могла открыть ему глаза, но не буду. Да и не поверит он.
– Но почему я?!
– Потому что я хочу именно тебя, Соня.
Мне "повезло" капитально вляпаться в бородатого здоровяка, который при первой встрече чуть не вытер об меня ноги. Отчим подруги предложил стать его любовницей, но я не собираюсь покоряться этому бессовестному горцу. Хочет любви? Пусть сначала сам меня полюбит!
Я вернулась в Россию, чтобы вступить в наследство.
Кроме меня в кабинете друг отца. Огромный, мощный, взрослый, кажется, за годы, что я не видела его, стал только шире в плечах. Но вызывает во мне все те же ощущения. Хочется исчезнуть, спрятаться. Беру себя в руки. Потерпеть надо от силы полчаса.
Отец и ему что-то завещал? Я не против, хоть всё. Роль наследницы, за которой толпами ходят телохранители, мне не нравится.
— Приступим, — объявляет нотариус, позволяя понять, что мы больше никого не ждём.
Пока меня прожигает мужской взгляд, нотариус перечисляет, что я наследую, а потом произносит:
— По воле умершего, опекуном его дочери, Анны Андреевны Королевой, станет Вадим Викторович Воронцов.
Челюсть едва на падает на грудь.
— Что? Какой опекун? Мне двадцать один год! — выкрикиваю резко.
Я совершенно не готова к такому исходу.
— Если тебе станет легче, я тоже не в восторге, — произносит мужчина, сверкнув глазами.
Но легче мне не становится.
Кроме меня в кабинете друг отца. Огромный, мощный, взрослый, кажется, за годы, что я не видела его, стал только шире в плечах. Но вызывает во мне все те же ощущения. Хочется исчезнуть, спрятаться. Беру себя в руки. Потерпеть надо от силы полчаса.
Отец и ему что-то завещал? Я не против, хоть всё. Роль наследницы, за которой толпами ходят телохранители, мне не нравится.
— Приступим, — объявляет нотариус, позволяя понять, что мы больше никого не ждём.
Пока меня прожигает мужской взгляд, нотариус перечисляет, что я наследую, а потом произносит:
— По воле умершего, опекуном его дочери, Анны Андреевны Королевой, станет Вадим Викторович Воронцов.
Челюсть едва на падает на грудь.
— Что? Какой опекун? Мне двадцать один год! — выкрикиваю резко.
Я совершенно не готова к такому исходу.
— Если тебе станет легче, я тоже не в восторге, — произносит мужчина, сверкнув глазами.
Но легче мне не становится.
🛡️ Эйдан:
Мне поручили охранять археолога. Археолог категорически против моей опеки. Она собирается найти пропавшего дядю, разгадать тайну древней цивилизации и доказать, что все вокруг ошибались. А мне предстоит сохранить Кассиане Астэр жизнь и каким-то образом не потерять голову самому.
⛏️ Кэсс:
Мне навязали телохранителя. Телохранитель категорически против моих приключений. Я собираюсь найти пропавшего дядю, разгадать тайну древней цивилизации и утереть нос профессорам-зазнайкам. А ещё доказать Эйдану Ривзу, что прекрасно могу позаботиться о себе сама. Вот только почему рядом с ним мне всё меньше хочется это доказывать?
Мне поручили охранять археолога. Археолог категорически против моей опеки. Она собирается найти пропавшего дядю, разгадать тайну древней цивилизации и доказать, что все вокруг ошибались. А мне предстоит сохранить Кассиане Астэр жизнь и каким-то образом не потерять голову самому.
⛏️ Кэсс:
Мне навязали телохранителя. Телохранитель категорически против моих приключений. Я собираюсь найти пропавшего дядю, разгадать тайну древней цивилизации и утереть нос профессорам-зазнайкам. А ещё доказать Эйдану Ривзу, что прекрасно могу позаботиться о себе сама. Вот только почему рядом с ним мне всё меньше хочется это доказывать?
Выберите полку для книги