Книги по тегу «измена и предательство»: ""

Посмотрела на машину мужа и замерла.
Стекло изнутри запотело и сквозь эту молочную пелену в салоне угадывались смутные, ритмичные движения.
Я приблизилась.
Нет, не может быть.
Ринат там. С Никой. И её кричащее короткое платье брошено на подголовник. Растопыренной ладонью она опирается на стекло.
Боже мой. Все кончено. Мой счастливый брак длился ровно три часа.
Я медленно подняла руку и постучала костяшками пальцев.
Внутри все замерло.
И тихо так стало. Муж чертыхнулся, Ника ахнула. Сиденья противно скрипнули, вжикнув, чуть опустилось стекло.
— Извините, не помешала? – выдохнула и подняла с земли рыжий кирпич, что огораживал клумбу. – Ника, ты забыла телефон. Кажется, сегодня все что‑то теряют. Я мужа, а вы двое — совесть и стыд.
— Лиза. Положи. Сейчас же, — хрипло потребовал муж.
— Ринат, ради бога, она же сумасшедшая! — взвизгнула Ника. — Останови её!
— Вот твой телефон, подстилка! — крикнула я и с силой, выжимая из себя всю боль, швырнула кирпич в окно.

- Ты уверен, что твоя клуша ничего не заподозрит? – шепчет Лиза моему мужу, бесстыдно сидя на столе и обхватывая его ногами, ее медицинская форма задрана, открывая вид на кружевной край чулок.
- Моя жена слишком глупа в этом плане, она верит в любую ерунду, которую я ей рассказываю, ей и в голову не придет, что я могу ей изменять – смеётся Степан, жадно целую шею Лизу, а она выгибается и прижимается к нему ещё сильнее. – Хочу тебя, моя куколка, так скучал по тебе весь день, иди ко мне, к чему эти ненужные разговоры, когда мы вместе – он укладывает ее на стол, полностью увлеченный процессом. А моё сердце разбивается на сотни осколков.

Ее мир рухнул в один миг: муж, любимый человек, в ее же постели с лучшей подругой. Невыносимая боль. Лена теряет себя, веру в людей, желание жить. Работа становится единственным островком в океане отчаяния, но даже там ее настигает тень прошлого.

И тут появляется он — Кирилл Игоревич. Ее босс. Человек с репутацией бескомпромиссного тирана, которого она боялась больше всего. Но за маской холодности скрывается неожиданная чуткость. Он не утешает пустыми словами — он дает ей время, пространство и право на слабость. Постепенно между ними зарождается хрупкая связь: благодарность перерастает в дружбу, дружба — в острое, пугающее влечение.

Но прошлое не отпускает. Бывший муж и подруга возвращаются, чтобы унизить, разрушить последнее — ее достоинство. И в этот момент Лена делает выбор: остаться жертвой или восстать из пепла. Сила, которую она находит в себе, и поддержка Кирилла, готового защищать ее до конца, меняют все.

Я посмотрела на Алексея и впервые не увидела в его глазах ничего знакомого. Только чужую, постыдную тайну про его бывшую жену, которая когда-то разбила ему сердце, а теперь явилась, чтобы разбить нашу семью. И в этот момент я поняла, что это только начало. Начало конца нашей прекрасной, выстроенной за десять лет жизни.

Предательство мужа и сестры — это только цветочки. Я подарю им такие ягодки, что они пожалеют о своём выборе. Их ждёт не скандал, а тотальное уничтожение. И я не остановлюсь, пока не отниму у них всё.

Дверь в спальню была приоткрыта ровно настолько, чтобы пропустить предательскую полоску света и обрывки фраз.

— ...Ты вообще представляешь, как она сейчас там, в аэропорту, мечется? — это был голос моей сестры, Кати. — Воображает себя деловой львицей, которая успевает всё...

Я толкнула дверь. Она бесшумно распахнулась, обнажая картину, от которой застыла кровь в жилах.
Они лежали. В нашей кровати. Простыни были спутаны. Её рыжие волосы раскидались по моим подушкам. Максим обнимал ее, его пальцы впились в ее обнаженную спину
В голове не было ни мыслей, ни эмоций. Только абсолютная, звенящая пустота. Я слышала, как кто-то говорит, и лишь через мгновение поняла, что это мой собственный голос, холодный и ровный.

— Привет, — прозвучало угрожающим тоном. — Не помешала?

— Ритуль, я щас все объясню! — его голос дрожит басами.
— Правда? — я почти кричу. — Я не дура. Не надо мне сказок, Гришаня! Мне противно смотреть на тебя и…
На тебя и эту… эту… никак не подбираются подходящие выражения. Одни маты лезут на ум. Так невыносимо. Так душераздирающе.
Я гляжу на них пристально и достаю из сумки тест на беременность. Положительный. Две яркие полоски — моё счастье, которое он только что растоптал.
— Я беременна, Гриша. От тебя. Но теперь ты этого ребёнка не увидишь. Никогда.

– Ты сегодня во сколько вернешься? - спрашиваю мужа, накладывая блинчики на завтрак.
– Маш! Ты же понимаешь, как твой отец нагружает всякими отчетами ...
– Маша? Леша, я Юля. Твою жену зовут Юля, - внутри все холодеет.
Муж замирает на мгновение с вилкой в руках.
– Юля ... - повторяет он, - конечно, Юля.
– А кто такая Маша? - срывается с языка.

Виктории не везло, - то ли у неё от природы интуиция была слабо развита, то ли просто была доверчивой. Сама девушка, а не интуиция. С детства она была очарована Аргентиной, и именно 19-го века. Она воспользовалась шансом полететь в страну своей мечты, - благо дело, родители могли обеспечить ей, что угодно. Но по прибытии в маленький аргентинский городишко, которого даже нет на карте, она встретила странного художника, который коверкает её имя, называет синьорой, говорит, что всегда искал её... А потом упрашивает стать его моделью, пока он её рисует. Кто бы мог подумать, что оплата, которую чудак дал ей за работу моделью, поможет ей начать новую жизнь с нуля в Аргентине, но только девятнадцатого века? Теперь у неё нет богатых родителей, в обществе почему-то смотрят косо, - и кто бы мог подумать, что попаданство так сильно нас взрослит!

Илья Чернов– жестокий, бескомпромиссный, беспринципный миллиардер.  Сильный, волевой мужчина, привыкший получать все, что захочет.
Павел Чернов– молодой, горячий, обычный парень, пробивающий себе путь в жизни честным трудом.
Кого из них выберет Катя? Если один является её женихом и лучшим другом, а второй считает что она принадлежит ему…
В этой истории вас ждут:
НЕидеальные герои
Любовный треугольник
Боль предательства, измены
Сложность выбора
Разница в возрасте
Эмоции на грани
Горячие постельные сцены

— Тимур, кто она и что она делает в моём доме?
— Успокойся, Лейла. Это Наиля. Теперь она — моя вторая жена. За неё нам дали участок в центре.
— Серьёзно? Двадцать лет вместе — и ты променял меня на кусок земли?
В наш дом зашла та самая девушка, у которой я принимала роды. Тогда ребёнка у неё забрали — тихо, по чьему-то велению. За этим молчанием стояла фамилия, которую в городе произносят шепотом. Тогда я промолчала. Сейчас же моя семья рушилась, и я не собиралась терпеть. Я дала себе слово, что открою эту тайну, пусть даже она обернётся для меня опасностью.