Книги по тегу «любовный треугольник»: ""

– Милана, – обратилась ко мне клиентка, скользнув взглядом по экрану своего телефона, – мой жених должен сейчас подъехать. Вы не против, если я вас познакомлю?
– Конечно, – ответила я, не придав этому значения.
Кира встала и помахала кому-то рукой. Я обернулась и увидела мужчину, который уверенно приближался к нашему столику. Отметила мимолётно, что это был привлекательный молодой мужчина, из тех, чьё присутствие замечаешь сразу.
А потом сфокусировала взгляд на его лице, и весь воздух словно вышибло из лёгких.
Это был он.
Лёша…
Точнее... уже Алексей Романов.
Мой одноклассник, которого я любила до одури. А теперь он… её жених?

— Ты влезла между нами. В щель, которой раньше не было. Теперь он смотрит на меня как на врага. Из-за тебя.
— И самое отвратительное, — шепчет парень, и его дыхание обжигает, — что я понимаю его. Потому что я одержим тобой с той самой минуты, как ты назвала меня трусом. Ненавижу эту одержимость. Ненавижу себя за это. Ненавижу тебя за то, что ты заставила меня это чувствовать.
Он целует меня жадно и коротко, я даже не успеваю вскрикнуть. Но так же быстро отстраняется.
— Почему? — его вопрос похож на стон. — Ты же чувствуешь... Ты ответила мне.
— Я чувствую, — признаюсь я, и голос срывается. — И поэтому не могу. Я не могу делить себя. Не могу быть тем, из-за чего вы...
— Вон, — говорит он тихо, голос снова обретает привычную, мертвенную ровность. — Уходи.

Я осматриваю с головы до ног девушку, которая сидит на кресле и уставившись на меня с полуоткрытым ртом, глупо лупает глазами. Ее полупрозрачная рубашка трепыхается на груди, а обтягивающая юбка кажется вот-вот разойдется по шву. Я понимаю что не могу совладать с собой, и кажется прихожу в себя в тот момент, когда моя раненая в решетке водостока туфля летит прямо в голову Иваньковской.
- Какого черта?? - визжит девушка на кресле, автоматически выставив руки для защиты.
- Это я хочу спросить какого черта здесь происходит??? - мне кажется я ору буквально на весь этаж, и параллельно делаю взмах второй рукой, в которой осталась еще одна целая туфля..

Вот так началась наша подготовка к десятой годовщине свадьбы. А дальше…развод, моя неожиданная беременность и раздел бизнеса, в котором мой муж решил оставить меня ни с чем. Но кто из нас останется ни с чем, это мы еще посмотрим! Ведь нет ничего опаснее женщины, которую предали!

Мой отец умер, а мама забрала все сбережения и сбежала из дома за новой жизнью. В гордом одиночестве я осталась с неоконченным высшим, бунтующим братом-подростком и двумя маленькими сестрами.
Я готова ради них на все.
Даже заключить сделку с главным засранцем университета, который меня ненавидит и влюблен в другую.

- Что вы решили? Вы с женой заберете ребенка к себе после родов?
- Нет, мы его не возьмем, Ярослава. Ты родишь, мы сделаем тест ДНК и если он на самом деле Соболев, то я тебе помогу, будешь растить его в доме Ильи. Даже, если твой сын от моего брата, никаких прав на его имущество ты не имеешь, я тебе уже говорил. Просто сиди тихо и занимайся своим делом, раз уж залетела и оставила ребёнка, чья фамилия ещё под вопросом.
Мужчина, чьи глаза были холодны, как лёд, медленно поднялся и направился к двери.
- За что вы меня так ненавидите? - выстрелил ему в спину глупый вопрос.
Он ушёл, не удостоив её ответа, оставив девушку за своей спиной лить горькие слезы обиды.
- За то, что я непутёвая Славка. - тихо всхлипнула она, гладя себя по животу. - Зато ты Соболев, тебе нечего бояться.
Она была в этом более, чем уверена, ведь в её жизни было всего двое мужчин, и оба Соболевы. Только старший велел ей об этом помалкивать. Она и молчала, слишком стыдно было об этом говорить.

Я вышла на улицу и услышала шёпот мужа.
— ...да, малыш, я помню. Ты же знаешь, я сорвусь как только смогу... — сказал он мягким, почти мурлыкающим голосом. — Нет, она ничего не знает. Всё под контролем.
Я стояла в темноте, слушала и не могла поверить, что у моего мужа есть другая женщина. Двадцать лет брака. Двое детей. Общий дом. Общий бизнес. И вдруг — всё это рассыпалось в прах за несколько секунд.
Я прижала ладонь ко рту, чтобы не выдать себя всхлипом. А он продолжал говорить — той интонацией, которую я не слышала уже много лет.
— Ты моя девочка. Я тоже скучаю. Безумно.
Он закончил разговор и пошёл к дому, насвистывая что-то попсовое. А я стояла и смотрела ему вслед, чувствуя, как внутри рушится всё, что я считала своей жизнью.
В тот вечер я поняла: предательство не всегда приходит с грохотом. Иногда оно звучит как тихий шёпот в ночи.

Пять лет назад я открыла свою фотостудию. Сейчас на меня работает команда профессионалов, но даже у них случаются форс-мажоры.

Сегодня утром была заказана съёмка в роддоме. Её должна была проводить Катя, но у неё заболел ребёнок, и мне пришлось выехать вместо неё.

Я прошла в холл и подняла камеру.

В 10:12 дверь из родильного блока открылась. Я навела объектив, готовясь запечатлеть счастливый момент.

Из дверей вышла женщина с малышом в голубом конверте. Навстречу ей из толпы шагнул мужчина.

Идеальная семья. Мама, папа и малыш в голубом конверте.

Только отец этого ребёнка — мой муж.

— Павел… — только и смогла сказать я.

— Стася? Что ты здесь делаешь? Ты же должна быть дома.

Семь лет назад Аглая ждала мужа на старой почтовой станции до полуночи. Савелий Грановский выбрал церемонию назначения и приехал на четырнадцать минут позже. К тому моменту поезд уже ушёл — вместе с их браком.

Теперь Аглая растит семилетнюю Весту и управляет Домом двенадцати писем, созданным в той самой станции. Она уверена, что прошлое осталось позади, пока дочь тайно не приглашает генерала на праздник.

Веста вручает Савелию блокнот с двенадцатью заданиями. Чтобы получить право называться её отцом, ему придётся приходить вовремя, отвечать на неудобные вопросы и доказывать перемены поступками, а не красивыми обещаниями.

Но Савелий вернулся не только ради дочери. Он всё ещё любит женщину, которую однажды не выбрал.

Пока город решает судьбу Дома двенадцати писем, бывшим супругам предстоит раскрыть правду о семилетнем молчании и понять: можно ли построить новую семью там, где однажды закончилась старая?

Голубки были в спальне.
– А когда в Италию переедем, масик? — вопила Лена.
— Через год, пупсик. Закончу все дела и рванем с тобой на Сицилию.
Они так спокойно это обсуждали. Как пара. Как настоящая семья. Будто у Олега нет меня, нет нашей с ним дочери.
Мой муж стоял с расстегнутыми штанами, Лена всё в том же халате, что разгуливала у нас по дому.
— Ребёнок в соседней комнате спит, хоть бы дверь прикрыли. Извращенцы, - мешаю им я.
Лена в ужасе. Олег бледнеет.
— Вера? Как… Ты…
— Мимо проезжала… Хотела посмотреть на дачу нашей с тобой мечты. Да в окошке вас увидела. Звучит неубедительно? — продолжаю свой монолог. — Ну да, я врать не умею. Надо взять мастер-класс у вас. Научиться годами обманывать людей.
— Прости, Вера. Я просто не знал, как тебе сказать. Это было давно, всё странно закрутилось.
– Кстати, на, держи, – достаю из кармана ДНК-тест и кидаю ему в лицо. – Прости, что сделала без твоего разрешения. Хотя за что я вообще извиняюсь?

3 месяца я добивалась встречи с владельцем загородной базы. Сегодня он наконец согласился на сотрудничество, и я уже представляю вечер: муж вернется, я расскажу ему про контракт, а потом покажу тест с двумя полосками.
Он пока не знает, что я беременна.
— Главное наше преимущество, конечно, вода. Сапы, рыбалка, хотим еще запустить катера.
Я киваю, перевожу взгляд на воду: чуть в стороне от берега скользит сап. Женщина стоит впереди, неуверенно переставляя весло, мужчина за ее спиной удерживает доску и время от времени придерживает ее за бедра.
Она поворачивает голову и смеется. Смех обрывками долетает до нас и, самое страшное, что я его узнаю.
Как завороженная смотрю на воду, женщина оборачивается через плечо.
Лика. Сестра моей лучшей подруги.
Вглядываюсь сильнее.
Господи...
Нет.
Мужчина поворачивает голову, и я не понимаю, как не упала прямо на месте.
Потому, что там, на доске, обнимая Лику, стоит Олег. Мой муж.