Книги по тегу «мелодрама»: ""
Невыносимая боль и шок охватили Аню, когда она застала своего мужа в объятиях родной сестры.
– Как ты мог предать меня?! – кричала она, глядя в глаза некогда любимому человеку.
– Это не то, что ты думаешь! – пытался оправдаться Артём, но его слова звучали фальшиво.
– И ты? Ты же моя сестра? Моя?.. – голос Ани дрожал от ярости и разочарования.
– Прости, но я люблю его больше жизни, – ответила сестра, не скрывая правды.
– Я ненавижу вас обоих!» – истошный крик разорвал тишину.
– Ань...– Артем подскочил с кровати.
– Нет...нет...
Аня попыталась и...
– Как ты мог предать меня?! – кричала она, глядя в глаза некогда любимому человеку.
– Это не то, что ты думаешь! – пытался оправдаться Артём, но его слова звучали фальшиво.
– И ты? Ты же моя сестра? Моя?.. – голос Ани дрожал от ярости и разочарования.
– Прости, но я люблю его больше жизни, – ответила сестра, не скрывая правды.
– Я ненавижу вас обоих!» – истошный крик разорвал тишину.
– Ань...– Артем подскочил с кровати.
– Нет...нет...
Аня попыталась и...
Ее считали карьеристкой, которая шагает по головам и без зазрения совести пользуется красивым личиком. Она научилась доверять только себе, бороться и побеждать, но в глубине души мечтала стать счастливой. Тут-то и появился он...
Напористый. Циничный. Харизматичный.
Это история о том, как одна случайная встреча изменила жизнь Маши Иванцовой навсегда.
Напористый. Циничный. Харизматичный.
Это история о том, как одна случайная встреча изменила жизнь Маши Иванцовой навсегда.
Он лежал с ней на нашей кровати – той самой, где мы когда-то клялись друг другу в вечной любви.
– Катя… – начал было Андрей, но я перебила его, не желая слышать ни единого слова лжи.
– Молчи, – произнесла я, и мой голос прозвучал так холодно, что даже я сама вздрогнула. – Ни звука.
Девица с аппетитными формами попыталась прикрыться одеялом, но я швырнула его на пол. Пусть весь мир увидит эту жалкую смехотворную страсть. Пусть стерва знает, что даже в момент измены она выглядит как испуганный подросток.
– Собирайте свои вещи, – сказала я мужу, глядя на них обоих сверху вниз. – Оба.
– Катя… – начал было Андрей, но я перебила его, не желая слышать ни единого слова лжи.
– Молчи, – произнесла я, и мой голос прозвучал так холодно, что даже я сама вздрогнула. – Ни звука.
Девица с аппетитными формами попыталась прикрыться одеялом, но я швырнула его на пол. Пусть весь мир увидит эту жалкую смехотворную страсть. Пусть стерва знает, что даже в момент измены она выглядит как испуганный подросток.
– Собирайте свои вещи, – сказала я мужу, глядя на них обоих сверху вниз. – Оба.
- Миша, помоги. - взывала я к нему.
- Твои манипуляции со мной не пройдут, - ответил он. - проси свою мамашу, или вон, Алексея своего. А может, это ребёнок вообще его, да и остальные двое тоже. Надо бы сделать тест, хорошая идея, кстати. – продолжал он глумиться надо мной.
- Какой же ты ублюдок, - прохрипела я, боль становилась невыносимой. - убирайся отсюда.
- Я-то уйду, сейчас, но завтра вернусь. Дом мой, и я перееду сюда с любимой женщиной, а ты убирайся к мамаше или к любовнику своему, вместе с детьми.
Михаил ушёл, хлопнув дверью.
- Твои манипуляции со мной не пройдут, - ответил он. - проси свою мамашу, или вон, Алексея своего. А может, это ребёнок вообще его, да и остальные двое тоже. Надо бы сделать тест, хорошая идея, кстати. – продолжал он глумиться надо мной.
- Какой же ты ублюдок, - прохрипела я, боль становилась невыносимой. - убирайся отсюда.
- Я-то уйду, сейчас, но завтра вернусь. Дом мой, и я перееду сюда с любимой женщиной, а ты убирайся к мамаше или к любовнику своему, вместе с детьми.
Михаил ушёл, хлопнув дверью.
В три часа ночи телефон Андрея завибрировал. Один раз, второй. Сообщения. В такое время?
Искушение было слишком велико. Я тихо встала, прокралась в спальню. Андрей спал, отвернувшись к стене. Телефон лежал на тумбочке, экран светился.
Сообщение было от неизвестного номера: «Спасибо за вечер. Было чудесно. До завтра! ❤️»
Сердце ухнуло вниз. Кто это? Когда они виделись? Что значит «до завтра»?
Я вернулась в гостиную, сжимая подушку. Слёзы текли сами собой. Неужели всё? Неужели я окончательно потеряла его?
Искушение было слишком велико. Я тихо встала, прокралась в спальню. Андрей спал, отвернувшись к стене. Телефон лежал на тумбочке, экран светился.
Сообщение было от неизвестного номера: «Спасибо за вечер. Было чудесно. До завтра! ❤️»
Сердце ухнуло вниз. Кто это? Когда они виделись? Что значит «до завтра»?
Я вернулась в гостиную, сжимая подушку. Слёзы текли сами собой. Неужели всё? Неужели я окончательно потеряла его?
Сбежав из губительных отношений, Руфа временно поселяется в дачном поселке. Она наконец ощущает свободу. Но, к сожалению, ненадолго.
Страх тугим жгутом сдавливает горло, когда она видит на соседнем участке того, от кого отчаянно пыталась убежать.
Злая шутка?
Сосед поразительно внешне похож на ее бывшего, но абсолютно другой внутри. Обстоятельства их сближают. Возможны ли чувства к человеку, лицо которого напоминает пережитый кошмар?
Страх тугим жгутом сдавливает горло, когда она видит на соседнем участке того, от кого отчаянно пыталась убежать.
Злая шутка?
Сосед поразительно внешне похож на ее бывшего, но абсолютно другой внутри. Обстоятельства их сближают. Возможны ли чувства к человеку, лицо которого напоминает пережитый кошмар?
это светлая и трогательная сказка о маленьком мальчике по имени Артём, живущем в детском доме и мечтающем о самом главном: чтобы у него была мама.
Он пишет письма в пустоту, складывает их в стеклянную банку и прячет в старом шкафу, не зная, что эти слова — настоящая магия. Потому что желания, написанные сердцем, всегда находят путь.
Это история о вере, доброте и тихом чуде, которое приходит, когда больше всего нужно.
Он пишет письма в пустоту, складывает их в стеклянную банку и прячет в старом шкафу, не зная, что эти слова — настоящая магия. Потому что желания, написанные сердцем, всегда находят путь.
Это история о вере, доброте и тихом чуде, которое приходит, когда больше всего нужно.
— Вам же нужны деньги?
— Откуда вы знаете?
— Неважно. А мне нужен фиктивный муж.
Кирилл резко встает и угрожающе нависает над столом. Вот только я уже знаю, что прячется под его брутальным видом. И знаю, на что нужно надавить.
— Нет. Я не продаюсь.
— И даже за такую сумму? — приписываю ещё несколько нулей. Теперь у него нет шанса отказаться.
Мой мир рушится, когда в один день я теряю двух близких людей и получаю нож в спину. Но горевать нет времени. Я должна спасти то, что осталось — семейную компанию, на которую развернулась охота. Делать нечего, как найти себе фиктивного мужа, который обеспечит надёжную защиту. Вот только ненастоящий брак грозит перерасти в нечто большее, и приходится делать выбор: любовь или семейное дело.
— Откуда вы знаете?
— Неважно. А мне нужен фиктивный муж.
Кирилл резко встает и угрожающе нависает над столом. Вот только я уже знаю, что прячется под его брутальным видом. И знаю, на что нужно надавить.
— Нет. Я не продаюсь.
— И даже за такую сумму? — приписываю ещё несколько нулей. Теперь у него нет шанса отказаться.
Мой мир рушится, когда в один день я теряю двух близких людей и получаю нож в спину. Но горевать нет времени. Я должна спасти то, что осталось — семейную компанию, на которую развернулась охота. Делать нечего, как найти себе фиктивного мужа, который обеспечит надёжную защиту. Вот только ненастоящий брак грозит перерасти в нечто большее, и приходится делать выбор: любовь или семейное дело.
– Холодно? – спросил я.
– Чуть-чуть, – она улыбнулась, но зубы стучали. Ее футболка прилипла к телу, обрисовывая… Я отвел взгляд.
– Держи, – скинул рубашку – она была мокрой, но хоть что-то. – Накинь.
– Спасибо, – она накинула ее поверх мокрой майки.
Мы стояли близко. Я видел капли воды на ее ресницах, на кончике носа. Видел, как ее грудь вздымается от быстрого дыхания. Чувствовал ее запах – дождь, озеро, что-то легкое, девичье. Безумие накрыло меня волной, сильнее грозы.
Я не помню, кто сделал первый шаг. Кажется, она. Или я. Наши губы встретились. Влажные, холодные от дождя, но потом ставшие горячими. Поцелуй был неистовым, голодным, полным отчаяния и запретной страсти. Мир сузился до гула дождя по крыше, до стука наших сердец, до этого жгучего, сладкого, невозможного прикосновения. Годы горя, одиночества, отчаяния – все сгорело в этом мгновенном пламени. Она была жизнью. Солнцем. Спасением.
Она ворвалась в мою жизнь и перевернула её. Подруга моей дочери. Которая выжила.
– Чуть-чуть, – она улыбнулась, но зубы стучали. Ее футболка прилипла к телу, обрисовывая… Я отвел взгляд.
– Держи, – скинул рубашку – она была мокрой, но хоть что-то. – Накинь.
– Спасибо, – она накинула ее поверх мокрой майки.
Мы стояли близко. Я видел капли воды на ее ресницах, на кончике носа. Видел, как ее грудь вздымается от быстрого дыхания. Чувствовал ее запах – дождь, озеро, что-то легкое, девичье. Безумие накрыло меня волной, сильнее грозы.
Я не помню, кто сделал первый шаг. Кажется, она. Или я. Наши губы встретились. Влажные, холодные от дождя, но потом ставшие горячими. Поцелуй был неистовым, голодным, полным отчаяния и запретной страсти. Мир сузился до гула дождя по крыше, до стука наших сердец, до этого жгучего, сладкого, невозможного прикосновения. Годы горя, одиночества, отчаяния – все сгорело в этом мгновенном пламени. Она была жизнью. Солнцем. Спасением.
Она ворвалась в мою жизнь и перевернула её. Подруга моей дочери. Которая выжила.
Оковы одиночества для Анны являются тяжёлой ношей. А так хочется тёплых и нежных объятий любимого, искреннего и понимающего человека. Того мужчины, кто будет одним лишь взглядом будоражить чувства, так давно уснувшие в груди. Но как выбраться из-под власти авторитарной матери и вечно снующих советами якобы друзей и соседей? Нет, теперь Анна возьмёт ситуацию под контроль! Она готова к встрече с единственным и любящим.
Выберите полку для книги