Книги по тегу «наглый герой»: ""

— Притворись моим парнем, — сходу бросаюсь громкой просьбой в самого скандального нахала университета.
— Неплохо, принцесса, — Меренцев присвистывает и дьявольски скалится.
Аж в сердечко щекочет!
— Очень нагло и дерзко, — облизывает свои чувственные губы — Всё как я люблю, — и горячим дыханием обжигает мои щечки.
Караул!
Это какая-то сделка с дьяволом!
— А что я получу взамен, принцесска? — невесомо гладит по скуле.
— Помогу подтянуть твою успеваемость, — лепечу тихо, но уверенно. А гадёныш расплывается в улыбочке.
— Нет, нужно что-то покрепче, — уничтожает расстояние между нами и склоняется, шепча на ушко:
— Я хочу тебя. В своей постели.

— Проси что хочешь. Любые гарантии, любые бумаги. Но дай мне несколько дней. Я достану деньги, клянусь тебе! Из-под земли достану!
— Что хочешь, говоришь? — друг мужа резко останавливается. Наступает короткая, звенящая тишина: — Твою жену.
— Что?!
— Да не насовсем, не думай. Возьму ее пару раз, пока здесь, и отдам обратно тебе. Поделишься по-братски.
— Макс…
Я судорожно закрываю рот обеими руками, чтобы не закричать во весь голос. Ноги мгновенно становятся ватными, в глазах темнеет. Нет, нет, нет… Этого не может быть. Внутри меня бьется отчаянная, глупая надежда. Гена не пойдет на такое. Он гордый, он эгоист, он никогда не согласится отдать меня кому-то другому… Я его жена, его собственность! Он найдет деньги, он откажет ему! Откажет же?

— Я все равно тебя добьюсь, Катерина Романовна, — нагло хмыкнул гопник. — Недели не пройдет, моя будешь.
— Мальчик, поищи ровесницу, — сквозь зубы прорычала я.
— Я тебя хочу, — прошептал он, и горячая ладонь оказалась на моей талии.
— Я замужем, — пискнула я.
— Но вакансия любовника свободна? — не желал сдаваться маргинал.
— Ты… нахал! Знать тебя не желаю!
Он представился Эдуардом. Гопник и не в меру творческий маргинал в оригинальном костюме.
Невозможный наглец, дерзкий мальчишка. Но каждую новую встречу он открывается с неожиданной стороны. И… Не обманывает ли он, притворяясь не тем, кто есть на самом деле?

— Ты студент, а я преподаватель, Барсов! — она цедила слова, напуская флер учительского тона. — И немедленно оденься!
— Ты мой бывший преподаватель… — Одеваться я не собирался, наоборот, планировал уровнять счет в количестве одежды с Ариной в свою пользу.
— Это против правил!
— Каких правил? Мы не в универе. Я нравлюсь тебе, ты хочешь меня, и это взаимно. У тебя выбора нет — будешь моей, Родионовна!
— Барсов, я замужем!
— У всех, Арина Родионовна, свои недостатки. А если серьезно, я тут выяснил — разводишься ты. Так что убегай, не убегай, все равно догоню и…
— И что?
— И женюсь на тебе, училка!
Влюбиться в бывшую училку так, что крышу сносит? Могу, умею, практикую. Три года назад я пытался сделать ее своей, но был послан на хутор бабочек ловить, а она вышла замуж и уехала. Но судьба свела нас снова. И теперь она от меня никуда не денется!

У нас брак по расчёту. Отец выгодно выдал меня замуж, только о чувствах не спросил.
У моего мужа нет ко мне интереса. Я знаю, что он мне изменяет.
Но чёрт возьми почему я должна это терпеть?!
- Рот захлопни и живи, как жила. Раньше всё всех устраивало.
- То есть ты гуляешь, а я спокойно живу?
- Да, наслаждаясь роскошью и достатком.
- Тогда я тоже заведу любовника.
- А вот это непозволено.
- Тебе можно спать с кем попало, а мне нет? Я молодая красивая женщина и тоже хочу.
- Тогда это будет только со мной
- Ещё чего, ты мне неинтересен, уходи.
- Сейчас проверим, насколько я тебе неинтересен, Аделина.

Случайная встреча в метро кардинально меняет жизнь простого парня и спортсмена Тимофея Хромова. Теперь все его мысли заняты красавицей-скрипачкой Мартой, в которую он влюбляется с первого взгляда. Но у девушки с детства есть особенность — после катастрофы, в которой погибли её родители, она перестала говорить.

— Он тебя обидел?— прижимаю к себе Марту, которая дрожит, глядя на распростёртое на полу тельце Дергачёва после нокаута.
Не рассчитал удар и выбил сознание из пианиста. Ему, хлюпику, много не нужно.
Марта крутит головой, пряча лицо у меня в худи на груди.
Сердце бешено бьётся от пережитого, а в висках кровь стучит от мысли, что я мог опоздать.
— Но хотел?
Согласно кивает.
Значит, за дело получил, гад. Пинаю его по бедру, чтобы проверить, жив или нет. Веки вздрагивают.
— Не на-до...— медленно по слогам произносит Марта и крепко обнимает меня за шею.
От шока я сам немею. Это её первые слова...

— Что это?! — рычит лощеный мажор, швыряя на прилавок полуживые цветы.
— Букет, — поправляю на носу очки и пожимаю плечами.
— Издеваешься?!
— Это композиция из полевых трав… для выставки, — я непреклонна. — Что непонятного?
Да, я перепутала заказы, но сейчас главное держать лицо и... секатор в боевой готовности.
— Какой такой выставки?! — орет ненормальный, наклоняясь ко мне ближе. — Я заказывал другие цветы и заплатил за них кучу бабок! Ты сорвала мне переговоры! Ты сорвала мне сделку! Ты сорвала... мое будущее!
Из-за каких-то там цветов? Что за бред он несет?
— Слушай сюда, — тяжело дыша, угрожает он, тыча пальцем в мою сторону, — вам и вашей убогой конторе крышка!

***
Упс!..
Когда в нашем магазине объявился самоуверенный грубиян и нахал, привыкший получать все и сразу, я поняла, что меня ждет «веселенькая» жизнь.

Я пришла к нему за помощью, преисполненная воодушевлением и мечтой. Наивно полагала, что такие мужчины интеллигентны, воспитаны и добры. Как же я ошиблась! Кирилл Андреевич – настоящий дьявол. Змей, пожирающий инфантильных дурочек, как я, на закуску.

Он останавливается за моей спиной. Чувствую, как по затылку бегают мурашки, перескакивая на плечи и волной проходясь по рукам.
Смотрит на меня, что ли?
— Приобщение детей к искусству формирует в них чувство прекрасного… — продолжаю, запинаясь: — Шуберт, Бах, Моцарт
Северин встает передо мной, опершись бедрами о столешницу, и складывает руки на груди. Опускаю глаза и упираюсь взглядом в его ширинку. В горле спирает и вся влага испаряется. Во рту пустыня.
Господи, я пялюсь на его достоинство!
Кошмар какой-то…
— Продолжайте, — настаивает насмешливым тоном.
— Оч-чень важно развивать в ребенке творческие способности, качества личности, мышление и эмоциональную сферу через искусство…
— Ты кричишь, когда кончаешь?
— Что, простите?

Новый год — время чудес? Верится с трудом, когда жизнь рушится, а невыносимый мажор-сосед добавляет нервотрёпки. И вряд ли какой-то там бой курантов сможет это изменить.

- Выйди немедленно! - выкрикиваю, прикрываясь руками.
- А то что? - спрашивает сын моего мужа, и на его губах расплывается хищная улыбка. - Пожалуешься мужу? Может, ты заодно ему расскажешь, чем мы занимались?
- Остановись! Если кто-то узнает, будет скандал!
- Плевать мне на скандал. Я сказал, ты будешь выполнять мои приказы. А если нет…
Он не заканчивает и делает шаг ко мне, а я понимаю, что бежать некуда.
Циничный, холодный, эгоистичный.
Сын моего мужа - это мое проклятие и самый горячий сон наяву.
Нам нужно остановиться. Прекратить делать то, что мы делаем. Но с каждым днем мы все сильнее погрязаем друг в друге, даже не замечая, что над нами уже сгущаются тучи…