Книги по тегу «неожиданные повороты сюжета»: ""

- Вот что ты для меня сделаешь… и ни словом не заикнёшься никому об этом, – иначе я устрою тебе весёлую жизнь. Ты поняла?

Испуганно киваю.

- Ты разведаешь, моя ли дочь Зинаида. Но мне о результатах не сообщишь. Станешь хранительницей моей тайны. До той поры, пока я не окажусь к ней готов. Тебе всё ясно?

Я аж подпрыгиваю на стуле:

- Зачем поручать такое секретарше - совершенно постороннему человеку? Вы что – не можете нанять частного детектива? Либо сами отдать материал в клинику и получить результат, наконец?

- Я желаю, - терпеливо растолковывает Сосновский, - превратить всё в игру. Такой вот забавный аттракцион.

- Да что вас как заклинило на этой теме – из-за того, что в роду все брюнеты, а дочь блондинка, только и всего? Сделайте вы уже сами тест и успокойтесь! – вспылила я. Начальник нахмурился:

- В твоих советах я не нуждаюсь. И уже всё для себя решил. Полагаю, ты достаточно отчаянная, чтобы провернуть подобное.

Все в городе знали его. Тайрон — это имя нельзя было произносить безнаказанно. Эти шесть букв внушали непомерный страх, а за собой вели только смерть.
Боюсь ли я его? Безусловно! От такого пациента откажется любой здравомыслящий специалист. Но это блестящий шанс покопаться в мозгах маньяка-убийцы и дописать наконец книгу по криминальной психологии для публикации.
Справлюсь ли я? Или меня что-то остановит?

История отношений главы элитного отряда убийц и амбициозной девушки-психиатра.

— Ну как, доктор? Небезнадежный случай? Будете меня лечить?
Я перевела взгляд с листка на него. Пытается вывести на эмоции. Провоцирует, атакует первым.
А его глаза... Демон, настоящий демон. Не могу смотреть на них слишком долго, выжигает своим диким безумием.

Тристан Рэвенсвуд жаждал мести, но нашел нечто иное. Хрупкую красоту леди Пенелопы Сомерленд и силу её духа, способную противостоять ему. В объятиях друг друга они узнали,что самые глубокие раны может исцелить только любовь, а величайшая сила в умении доверять.

— Ты мучился?! Пока делал ребенка на стороне? Бедный, несчастный!
— Не надо ироний, — рявкает он. — Это не идет тебе!
— А тебе идет ложь, верно? — кричу я. — Мы удочерили ребенка! Твоего ребенка! И ты ни слова не сказал! Ты привел меня в тот детдом, показал на эту девочку и сказал: «Давай возьмем ее». Как будто это была случайность! Как будто судьба!
— Я хотел все исправить! — Денис делает еще один шаг, его глаза сверкают. — Я хотел вернуть свою дочь и сделать тебя счастливой одновременно! Где здесь преступление?!
— Преступление в том, что ты изменял мне! — мое горло болит от криков, но я не могу остановиться. — Использовал мою мечту о ребенке! Мое отчаяние! Мою боль!
— Никого я не использовал! — взрывается он наконец. — Я дал тебе то, что ты хотела! Дочь! Семью! Ты была счастлива все это время, не отрицай!

— Кто вы? — отшатнулась, когда в мой кабинет нагло вошёл он.
Высокий. Сильный. Мускулистый. С наглыми глазами и дерзкой ухмылкой. На нём кожаная куртка, руки и шея увиты татуировками.
— Зверев, — мрачным тоном заявляет. — Можно просто Зверь.
— Что вам надо?
— Вообще, я здесь по поручению отца. Нам нужна твоя земля, на которой построен твой сиротский приют. Но…
Не понимаю, как он так быстро оказывается напротив меня. Толкает к столу, наклоняясь слишком близко к моим губам. Моё сердце замирает… Жар его большого тела обжигает. От него пахнет табаком, мятной жвачкой. Голова кругом! И он смотрит на меня словно хищник, который собирается растерзать.
— Я не прочь взять тебя…

– Вы знали, что Мирон изменяет мне?
Свекровь отворачивает лицо и молчит.
– Я… – ищет подходящие слова, видимо.
– Татьяна Алексеевна, не надо меня щадить. Повторю вопрос, а вы, пожалуйста, будьте честны. – Кивает соглашаясь, но глаза на меня не поднимает. – Вы знали, что ваш сын изменяет мне? – Молчит, а я это молчание расцениваю по-своему. – И что всё это происходило в нашем доме и на нашей кровати тоже знали? – задыхаюсь от возмущения.
– Я ничего не отвечу тебе на этот вопрос.
– Почему?
– Он мой сын. А сына я буду защищать до последнего вздоха. В конце концов, Оленька, все мужики изменяют. Не твой первый, не твой последний…

– Она беременна, – повторяет он, словно тоже не верит в то, что произносит.
Внутри все сжимается. Дыхание перехватывает. Я поднимаю на него взгляд, полный обиды и растерянности, но он не выдерживает и опускает глаза.
– И что теперь? – мой голос звучит так тихо, что едва ли напоминает меня саму. – Ты просто уйдешь?
Он молчит. Я чувствую, как начинает заполнять меня смесь гнева и боли.
– И сколько это уже… продолжается? – спрашиваю, сглатывая внезапный комок в горле.
– Несколько месяцев, – отвечает он. Его голос звучит почти механически.
– Несколько месяцев? – срывается с губ, и слезы подступают к глазам. Столько лет вместе, а я ничего не замечала, ничего не понимала.
– Не раздувай из этого трагедию. В нашем возрасте это уже смешно. У нас вон внуки на носу.
– В каком таком возрасте? – произношу еле слышно. – Мне вот только сорок пять недавно стукнуло

Долго рассказывать, как так вышло, но в итоге вот: мои друзья застряли в лесу, а я с подвернутой ногой в руках у негодяя. 
А все началось с того, что Стас предложил кататься на велосипедах по снежному лесу, потому что Игорю изменила жена, а Озеров меня бросил.

- Ты мне на-до-е-ла... - по слогам, не торопясь, выговаривает муж, с которым я прожила двадцать лет.
А я всё никак не могу уложить это в своей голове. И это, и все его поступки, которые кажутся мне дичью.
Нет! Не кажутся! Они и есть - дичь!
- Паш... Ты в своем уме вообще? Ты развелся со мной за моей спиной, оставил меня без ничего. Даже одежду мне всю не отдал!
- Лида, солнышко... На всё, что у тебя есть и было, заработал я. И я решил, что пришло время тебе стать взрослой. И самой позаботиться о себе.
Он не шутит... Он вполне серьёзен...
Но мне тоже есть, что сказать.
- Запомни, зайчик мой, когда ты приползёшь ко мне на пузе и будешь умолять меня вернуться - а это обязательно случится, поверь мне - я плюну тебе в лицо. Клянусь - так и сделаю!
Разговаривать больше не о чем.
И я роняю с вызовом:
- Пока!

Моя жизнь рушится, как карточный домик, в тот день, когда муж попадает в реанимацию. Мне приходится познакомиться с его личной помощницей, а потом, занимаясь его делами, обнаруживаю скелеты в шкафу, от которых прихожу в ужас.
Вот только затеявшие игру ошиблись. Я не пешка! Я королева! А королева – самая сильная фигура на шахматном поле.