Книги по тегу «общий ребенок»: ""
— Я видел в карточке дату её рождения, — бывший качает головой.
— И что? — бросаюсь в наступление.
— Она моя дочь?
Даже его белый халат выглядит обвиняюще. Или вопросительно.
Я хочу сказать «нет». Хочу прервать разговор. Но мой взгляд впервые за все эти полчаса, что мы с дочкой провели в поликлинике, по-настоящему падает на его руку — и я вижу, как поблескивает на его безымянном пальце обручальное кольцо.
Когда-то мужчина, которого я любила больше жизни, сказал, что наша ночь была ошибкой. Что нам лучше остаться друзьями. Но друзьями я быть не хотела и поэтому ушла, унося под сердцем дочь, о которой даже не знала. А теперь, спустя годы, он — травматолог в нашей поликлинике, и теперь жаждет быть рядом. Только вот есть проблема… и она непреодолима. Хоть он и утверждает, что подал на развод.
— И что? — бросаюсь в наступление.
— Она моя дочь?
Даже его белый халат выглядит обвиняюще. Или вопросительно.
Я хочу сказать «нет». Хочу прервать разговор. Но мой взгляд впервые за все эти полчаса, что мы с дочкой провели в поликлинике, по-настоящему падает на его руку — и я вижу, как поблескивает на его безымянном пальце обручальное кольцо.
Когда-то мужчина, которого я любила больше жизни, сказал, что наша ночь была ошибкой. Что нам лучше остаться друзьями. Но друзьями я быть не хотела и поэтому ушла, унося под сердцем дочь, о которой даже не знала. А теперь, спустя годы, он — травматолог в нашей поликлинике, и теперь жаждет быть рядом. Только вот есть проблема… и она непреодолима. Хоть он и утверждает, что подал на развод.
— Кто она? - жестко спрашиваю мужа и протягиваю ему свой телефон. Там на фото он целует другую женщину!
Он смотрит на экран и бледнеет. Молчит. Долго. Потом все-таки отвечает:
— Её зовут… — он замолкает, сглатывает. — Наталья.
У меня перехватывает дыхание.
— Как меня. Давно ты с ней?
— Восемь месяцев.
После пятнадцати лет брака я увидела, как мой любимый муж поцеловал другую. Руки сами потянулись к телефону, и я сфотографировала его и женщину, в зелёном платье в объятиях друг друга. Но то, что произошло дальше окончательно свело меня с ума.
Он смотрит на экран и бледнеет. Молчит. Долго. Потом все-таки отвечает:
— Её зовут… — он замолкает, сглатывает. — Наталья.
У меня перехватывает дыхание.
— Как меня. Давно ты с ней?
— Восемь месяцев.
После пятнадцати лет брака я увидела, как мой любимый муж поцеловал другую. Руки сами потянулись к телефону, и я сфотографировала его и женщину, в зелёном платье в объятиях друг друга. Но то, что произошло дальше окончательно свело меня с ума.
Успешный бизнесмен, у которого на носу свадьба, вдруг находит на крыльце люльку с младенцем. В записке какая-то незнакомка утверждает, что это его дочь! Но такого не может быть, ведь он верен своей невесте уже несколько лет! Тогда почему тест ДНК показывает результат почти 100%?
Алина Ветрова пять лет назад осталась одна с ребёнком на руках. Она научилась справляться со всем сама: работа, быт, слёзы по ночам. Она похоронила надежду и решила, что мужчинам доверять нельзя. Особенно тем, кто уходит, не объяснив причин.
Глеб Соколов приезжает в отель «Морской бриз», чтобы отдохнуть и поработать в тишине. Он не знает, что у него есть дочь. Не помнит Алину — похудевшую, сменившую цвет волос, ставшую почти неузнаваемой. И не подозревает, что самое сложное испытание его ждёт не в коде, а в розовом платье с блёстками и огромных серо-зелёных глазах.
Марта увидела Глеба и решила: он будет её папой. Она пристаёт к нему на каждом шагу, устраивает чаепития с куклами, рисует портреты, где они стоят рядом как семья. Глеб пытается сопротивляться, но против четырёхлетней девочки с ямочкой на щеке нет защиты.
Алина с ужасом наблюдает, как её дочь постепенно влюбляет в себя мужчину, который разбил ей сердце. Она знает, что должна сказать ему правду. Но вдруг он снова уйдёт...
Глеб Соколов приезжает в отель «Морской бриз», чтобы отдохнуть и поработать в тишине. Он не знает, что у него есть дочь. Не помнит Алину — похудевшую, сменившую цвет волос, ставшую почти неузнаваемой. И не подозревает, что самое сложное испытание его ждёт не в коде, а в розовом платье с блёстками и огромных серо-зелёных глазах.
Марта увидела Глеба и решила: он будет её папой. Она пристаёт к нему на каждом шагу, устраивает чаепития с куклами, рисует портреты, где они стоят рядом как семья. Глеб пытается сопротивляться, но против четырёхлетней девочки с ямочкой на щеке нет защиты.
Алина с ужасом наблюдает, как её дочь постепенно влюбляет в себя мужчину, который разбил ей сердце. Она знает, что должна сказать ему правду. Но вдруг он снова уйдёт...
— Что? — спросила сына, не оборачиваясь.
— Ничего. Синяки вижу.
— Какие синяки?
— Те, которые ты замажешь сейчас, пока я отвернусь.
— Матвей...
— Не надо, мам. Я не слепой.
Четырнадцатилетний сын видит всё. И однажды он говорит то, что ломает её окончательно:
— Я убью его когда-нибудь. Точно убью.
Она не верит. Она умоляет его не вмешиваться. Но молчание не спасает — оно убивает. Медленно. Незаметно.
— Матвей — мой сын?
Этот вопрос задаёт ей тот, кого она любила когда-то. Тот, кому не сказала правду. Тот, кто теперь держит судьбу её мальчика в своих руках.
— Ничего. Синяки вижу.
— Какие синяки?
— Те, которые ты замажешь сейчас, пока я отвернусь.
— Матвей...
— Не надо, мам. Я не слепой.
Четырнадцатилетний сын видит всё. И однажды он говорит то, что ломает её окончательно:
— Я убью его когда-нибудь. Точно убью.
Она не верит. Она умоляет его не вмешиваться. Но молчание не спасает — оно убивает. Медленно. Незаметно.
— Матвей — мой сын?
Этот вопрос задаёт ей тот, кого она любила когда-то. Тот, кому не сказала правду. Тот, кто теперь держит судьбу её мальчика в своих руках.
– Чего ты от меня хочешь, Марат?
– Чтобы ты отпустила дочку со мной в Москву.
– Без вариантов, Айдаров. Тебе было плевать на нас целых шесть лет. Ты сам вышвырнул нас за порог. Отказался от дочери. Что изменилось теперь?
– Я хочу исправить ошибки прошлого.
– Слишком поздно, Марат.
– Я так не думаю, Лия. Я в любом случае заберу Динару. А ты можешь или пойти на поводу у гордости и остаться ни с чем или поехать со мной. Тебе даже не придется работать, я буду оплачивать твои хотелки, вещи, твой быт.
– Серьезно? Будем жить дружной шведской семьей? А невеста в курсе твоих планов?
– Это не то, что должно тебя волновать, Лия.
Айдаров Марат – мой бывший муж. Человек, оставивший меня с месячной крохой на руках. Когда-то он переступил через клятвы верности, которые мы давали друг другу, и поставил на нашем браке крест. А теперь он снова ворвался в мою жизнь, перевернул ее вверх дном и напомнил о былых чувствах. Зачем? Я не знаю…
– Чтобы ты отпустила дочку со мной в Москву.
– Без вариантов, Айдаров. Тебе было плевать на нас целых шесть лет. Ты сам вышвырнул нас за порог. Отказался от дочери. Что изменилось теперь?
– Я хочу исправить ошибки прошлого.
– Слишком поздно, Марат.
– Я так не думаю, Лия. Я в любом случае заберу Динару. А ты можешь или пойти на поводу у гордости и остаться ни с чем или поехать со мной. Тебе даже не придется работать, я буду оплачивать твои хотелки, вещи, твой быт.
– Серьезно? Будем жить дружной шведской семьей? А невеста в курсе твоих планов?
– Это не то, что должно тебя волновать, Лия.
Айдаров Марат – мой бывший муж. Человек, оставивший меня с месячной крохой на руках. Когда-то он переступил через клятвы верности, которые мы давали друг другу, и поставил на нашем браке крест. А теперь он снова ворвался в мою жизнь, перевернул ее вверх дном и напомнил о былых чувствах. Зачем? Я не знаю…
— Ты хочешь знать, к кому я ушла? — мой голос зазвенел от напряжения. — К тишине, Костя! К спокойной жизни! В квартиру без запаха твоего перегара! Я ушла от тебя, потому что ты — чудовище! Потому что каждый день рядом с тобой — это ад!
— Что?! — он дёрнулся, сжал кулаки, но я выставила вперёд руку, сама не зная зачем.
— Я знаю про твоих девок! — выкрикнула я, и каждое слово било, как пуля. — Про девицу из ППС, про бухгалтершу, про стажёрку! Думаешь, я слепая? Думаешь, никто не видит?!
— Что?! — он дёрнулся, сжал кулаки, но я выставила вперёд руку, сама не зная зачем.
— Я знаю про твоих девок! — выкрикнула я, и каждое слово било, как пуля. — Про девицу из ППС, про бухгалтершу, про стажёрку! Думаешь, я слепая? Думаешь, никто не видит?!
— Ты меня не простила? — тихо спросил он. — Даже после всего…
— Я тебе благодарна, но…
— Но? — подтолкнул Соболев её.
— Ты реально хочешь, чтобы наши отношения базировались на благодарности? Денис, твой поступок не отменяет того, что со мной ты поступил по-свински. Как и того, что я тебе не доверяю. Вся эта ситуация с Марианной не случилась бы, если бы ты хоть на минуту поверил мне тогда!
— Я понимаю это, и никогда себе не прощу, как поступил с тобой, — произнес Денис проникновенно. — Но я всё равно тебя люблю!
— У тебя ребёнок от женщины, которая чуть не убила меня и нашего сына, — сказала она горько. — Ты не думал, что я просто не смогу принять твою дочку?
— Дай нам шанс, — попросил он.
— Я не могу его дать, — ответила Лиза твёрдо. — Я люблю тебя. Всё ещё. Но любви иногда не достаточно. Иногда нужно уметь отпускать. Я не буду мешать тебе видеться с Никитой. Но это единственное, что я могу для тебя сделать. Большего не проси.
— Я всё равно буду ждать. Сколько бы лет ни прошло…
— Я тебе благодарна, но…
— Но? — подтолкнул Соболев её.
— Ты реально хочешь, чтобы наши отношения базировались на благодарности? Денис, твой поступок не отменяет того, что со мной ты поступил по-свински. Как и того, что я тебе не доверяю. Вся эта ситуация с Марианной не случилась бы, если бы ты хоть на минуту поверил мне тогда!
— Я понимаю это, и никогда себе не прощу, как поступил с тобой, — произнес Денис проникновенно. — Но я всё равно тебя люблю!
— У тебя ребёнок от женщины, которая чуть не убила меня и нашего сына, — сказала она горько. — Ты не думал, что я просто не смогу принять твою дочку?
— Дай нам шанс, — попросил он.
— Я не могу его дать, — ответила Лиза твёрдо. — Я люблю тебя. Всё ещё. Но любви иногда не достаточно. Иногда нужно уметь отпускать. Я не буду мешать тебе видеться с Никитой. Но это единственное, что я могу для тебя сделать. Большего не проси.
— Я всё равно буду ждать. Сколько бы лет ни прошло…
Я должен жениться, чтобы получить в наследство бизнес отца. У меня есть всего месяц, чтобы найти ту, которая согласится провести со мной ближайшие пять лет. И самым очевидным решением было обратиться к бывшей. Вот только у нее оказался для меня двойной сюрприз: она подкинула мне дочерей, хотя я планировал отпуск! И что мне делать с этими бестиями?
«Ты подписала контракт на три года. С сегодняшнего дня ты под моим личным контролем».
Я вернулась в большой город спустя пять лет бегства. Нашла отличную работу заведующей в элитной клинике и думала, что наш секрет надёжно спрятан. Но вся эта медицинская империя принадлежит моему бывшему — жёсткому кавказскому миллиардеру Тимуру Асланову. Он не простил мне прошлого и готов уничтожить меня как специалиста.
Всё изменилось, когда в коридоре он столкнулся с моим пятилетним сыном. Тёма — его точная копия. Аслановы не отказываются от своей крови. Тимур мгновенно переходит в наступление, требуя то, что принадлежит ему по праву. Но я готова пойти против всей его всесильной семьи, чтобы защитить сына.
Я вернулась в большой город спустя пять лет бегства. Нашла отличную работу заведующей в элитной клинике и думала, что наш секрет надёжно спрятан. Но вся эта медицинская империя принадлежит моему бывшему — жёсткому кавказскому миллиардеру Тимуру Асланову. Он не простил мне прошлого и готов уничтожить меня как специалиста.
Всё изменилось, когда в коридоре он столкнулся с моим пятилетним сыном. Тёма — его точная копия. Аслановы не отказываются от своей крови. Тимур мгновенно переходит в наступление, требуя то, что принадлежит ему по праву. Но я готова пойти против всей его всесильной семьи, чтобы защитить сына.
Выберите полку для книги