Книги по тегу «очень горячо и откровенно»: ""

Он всегда был для меня лишь мелким недоразумением. Младшим братом лучшей подруги. Соседским мальчишкой, которому я когда-то читала нотации и за которым иногда присматривала.
Но теперь мальчик вырос... И превратился в мою персональную катастрофу. В ходячий, одуряюще привлекательный грех с замашками наглого, самоуверенного хищника.
Теперь он бесстыдно раздевает меня глазами, сводит с ума грязным, порочным шепотом и клеймит мою кожу своими собственническими касаниями. Присваивает меня себе, не спрашивая разрешения.
Когда-то именно я устанавливала для него границы и наказывала за непослушание. Теперь от его тяжелого, потемневшего взгляда у меня перехватывает дыхание.
Я и подумать не могла, что однажды сойду с ума настолько, что сама растопчу все правила и запреты. Только ради того, чтобы сдаться ему.

Я сбежала в карельскую глушь от своего босса, надеясь навсегда оставить позади и обиду, и глупую влюблённость. Но он объявился на моём пороге, раненый, но всё такой же опасный.
— Мне нужно залечь на дно. Всего на пару дней. Не прогонишь?
Как бы ни была сильна обида, я не могу бросить его истекать кровью. Вот только два дня перерастают в неделю, а напряжение между нами становится невыносимым.
И я всё чаще задаюсь вопросом: кто из нас в большей опасности — он, за которым идёт охота, или я, запертая наедине со своим самым сильным соблазном?

Я была серой тенью в пустой квартире, пока случайная встреча в кафе не превратила мою жизнь в огненный водоворот запретных желаний и полного подчинения. Двое мужчин открыли мне дверь в мир, где боль становится наслаждением, а границы реальности стираются под ритм их тел и шепот обещаний. Теперь я не просто женщина, пережившая измену, — я та, кто научилась принимать тьму и превращать её в свет, стоя на коленях перед теми, кто подарил мне новую жизнь.

Я думала, что продаю тело за деньги, но на самом деле я продала себя за право чувствовать себя живой — даже если это чувство рождается только в боли и унижении. Они называют меня пышкой, используют как вещь, передают друг другу и сдают в аренду, но в их грязи я нашла себя — ту, которую никто никогда не замечал за прилавком дешёвого магазина.

Теперь стояла и тряслась с мыслями «Это Мурад!» и что теперь со мной будет, если даже эти чушпаны испугались его. Этих троих ветром сдуло.
Парень ухмыльнулся.
- Тупыми башками они тебе угрожали, не иначе. Сама цела? Чемодан твой без колёс уже, кажется.
Я прямо на дороге упала на капот его машины на свои руки. Сил после бега не было от слова совсем.
- Сбей меня, пожалуйста, я еле стою на ногах.
- Давай прыгай в машину, если не испугаешься меня, как те трое!
- Если ты не хозяин борделя, то в принципе не испугаюсь.
Он взял мой чемодан и положил его в багажник. Его черный джип стоял на аварийке посреди пустого проспекта, по которому ехали редкие машины. Пара из них остановились спросить, всё ли в порядке и не нужно ли скорую. Кто-то даже спросил, добровольно ли я сажусь в машину.
- Добровольно! Пусть он теперь боится! - крикнула я в ответ.

Он мой сосед. Высокий, опасный, с глазами, которые видят меня насквозь. Ему 38. Мне 22. Между нами – целая жизнь, которую он, кажется, готов перечеркнуть одним движением руки.
Я ненавидела, как дрожат мои пальцы при его появлении. Как предательски учащается пульс, когда слышу его голос за стеной.
Он старше. Опытнее. Сильнее.
И он точно знает, что я не смогу отказать.
– Я не играю в игры, – прошептал он, прижав мою руку к двери. – Ты уже моя. Просто еще не поняла этого.
Я должна ненавидеть его за это.
Но когда его губы касаются моей шеи, я забываю, как дышать...

– Ненавижу тебя, – выдыхаю я, закрывая глаза.
– Прекрасно, – его губы, наконец, касаются моей кожи, но не губ, а шеи, чуть ниже уха.
Зачем он это делает?! Зачем мучает меня этими прикосновениями, одновременно вливая мне под кожу чистейший яд?
– Такая же, как твоя мать, – вдруг выплёвывает Валера, сжав мою шею. – Одна крадёт чужих мужей, другая – чужие вещи. А что, если я тоже заберу у тебя что-нибудь? То, что нельзя будет вернуть, как и мою семью?!
Ледяной ужас крадется по ногам, пока Валера опускает руку к резинке моих штанов…

– И все? – я удивлена. Обязанности минимальны, а зарплата мне обещана немалая.
– И все, – подтверждает Вольский. – Разумеется, я могу попросить тебя и о других услугах, но откликнуться ли на мою просьбу или нет, решать тебе – женщин я никогда ни к чему не принуждаю.
В его словах я слышу намек на внеслужебные отношения, но не уверена в этом. Поэтому предпочитаю никак не комментировать фразу Вольского о дополнительных услугах.
– Мои обязанности меня устраивают, – информирую его, отвечая на поставленный ранее вопрос.
– Тогда ты принята. Можешь переселяться хоть сегодня и приступать к работе, – многозначительно улыбается Вольский.
______
Оставшись после развода без средств к существованию, Светлана вынуждена наняться на работу в дом Вольского, несмотря на его сомнительную репутацию. Она подозревает, что он бандит, но вскоре с ужасом понимает, что самое страшное не это. Ее работодатель оказывается оборотнем, и он считает Светлану своей истинной парой.

— Мне скучно, ангел, — говорит муж.
Он тот еще любитель запретных утех.
— И как мне тебя развлекать?
— Тебе же нравится мой сын? Только не ври. Я видел, как ты на него смотришь.
— Ты с ума сошел!
— Я в своем уме! Соблазни его. Мне нужна новизна в браке.

– Почему вы голый? – спрашиваю мужа на час.
– Кран чинил. Да и вы встретили меня в таком виде, – Мастер стоит передо мной во всей мужской красе.
– У меня просто дверь захлопнулась.
– А я всегда моюсь перед амурными делами, – отвечает наглец. – У меня, кстати, есть альтернативные способы оплаты услуг, хозяюшка. 
– Борщом могу отдать, – нахожусь.
– Борщ приму как чаевые, а как главное блюдо предпочту горячую пампушку, – намекает на мои пышные формы.
***
Выбежала в костюме Евы на лестничную клетку, а дверь захлопнулась. Пришлось вызвать мужа на час. Вот только часом, оторванной полочкой и сломанной кроватью этот рукастый и не только мачо не ограничится.