Книги по тегу «очень откровенно и горячо»: ""

– За Мансура Юсупова выйдешь ты.

Эти слова дяди ломают мою жизнь за один миг. Сегодня замуж должна выйти Айна, его любимая дочь, но он решает спасти её от брака с суровым вдовцом и отдаёт вместо неё меня. Сироту со шрамом на щеке и больной рукой. Девушку, которую не жалко.

Мансур не знает об обмане. Родня прячет моё лицо под плотной фатой, старшие говорят о мире между родами, а я иду к чужому мужчине, понимая: назад дороги нет. Если он узнает правду — меня выгонят. Если примет — я останусь женой человека, который хотел другую.

Но что будет, когда Мансур поймёт, кого на самом деле привели в его дом?

Я всегда была сконцентрирована на учёбе, а не на парнях. Но как-то сдуру ляпнула подруге, что хочу отношения. А она не нашла ничего лучше, чем завести анкету в приложении знакомств от моего имени!
И ладно бы это, но посреди незнакомых парней, стучащихся ко мне, вдруг появляется он... Человек из прошлого, которому есть что мне предъявить.

— Артур… Может, не надо? — слабо пытаюсь я возразить.
— Надо, — его ответ короткий и окончательный. Он надевает перчатки. Хрустящий звук резины кажется оглушительно громким. — Это не игра, Алиса. Я должен исключить аппендицит, кисту, внематочную. Садись.
Внематочную? Ну уж точно нет…
Но я повинуюсь. Каждое движение дается с трудом. Платье снимаю, дрожащими руками складываю на стул. Кожа покрывается мурашками от холода и стыда. Я ловлю его взгляд в отражении монитора. Артур смотрит не на экран. Он смотрит на меня.
— Расслабься, — слышу я его голос совсем рядом. — Иначе будет больно.

— Хватит строить из себя ледяную статую, сестрёнка. К тому же, мы уже проверили, насколько ты горячая.
Я не шелохнулась, приподняла уголок губ.
— Рада, что ты помнишь о том, как я тебя послала и наваляла твоей подружке.
Он усмехнулся, изучил каждую линию на моем лице.
— Ладно, – обвел языком верхний ряд зубов, – что на тебе сегодня под этим скромным платьем?
— О, прости, забыла вывесить табличку «для внутреннего просмотра». Но если очень надо, представь самое скучное, что можешь вообразить. Собственное отражение, например.
— Хм, – отпил из бокала и причмокнул. Наши родители вышли на танцпол.
– Удивлен, что не боюсь тебя?
Я оглядела свадебный шатёр и снова посмотрела на него.
— Мне плевать. Ты падёшь передо мной, как Рим. Величественно, с грохотом, и всё равно неизбежно. А твоя милая мамочка… станет очередной игрушкой для моего отца. В нашей семье так принято: мы забираем всё, что блестит. Даже если оно пытается сверкать подальше от нас.

– Я не шлюха… слышите? Я полы тут мою…
– Поздно, кукла, — хрипло усмехается он. — Я после отсидки. У меня теперь всё, что понравилось, моё.

Я просто переодевалась после смены в бане, когда в подсобку зашёл он — местный авторитет, от одного имени которого у людей дрожат колени. Он принял меня за девочку по вызову, которую ему «оплатили» друзья в честь освобождения. А я… не смогла его остановить.

Моя семья на грани финансового краха. Если я не выйду замуж за сына отцовского партнёра, завтра мы окажемся на улице, а отец отправится за решётку. После знакомства с женихом я выдыхаю: он отличный парень, у нас взаимная симпатия, и будущее кажется почти светлым. Но в день свадьбы сказка оборачивается кошмаром.
Моим мужем становится Лютый – старший брат, мрачный хищник, который теперь владеет моей жизнью по праву подписи. Я рассчитываю на фиктивный брак, но у него другие планы на меня.

– Раздевайся, жена. Время брачной ночи.
– Но... это ведь фиктивный брак...
– Замолкни, – обрывает он. – Я не хочу слушать твои речи. Я хочу слышать только твои стоны. Не заставляй меня ждать... дорогая.

– Да не скули ты. Сказали же — понравишься Зверю, будешь жить как королева.
Я хотела поступить в институт и жить в общаге. Вместо этого оказалась в тачке с бандитами и попала в дом того, кого все боятся и называют Зверем.
Я не проститутка и не собиралась ею становиться. Просто оказалась не в том месте, не в то время. А теперь я перед ним — перед Рустамом, перед тем самым Зверем, который даже не спрашивает, хочу я остаться или нет.
Но почему-то, глядя в его тяжёлые глаза, я понимаю: этой ночью я уже отсюда никуда не уйду…

— Я должен здесь переночевать. Пару дней, — говорит он. — Максимум три. Пока не прилетит вертолет. Машина сдохла, связи нет, гостиниц тут не наблюдается.
— Всего-то?
— Всего-то, — кивает он. — Ты меня пускаешь, кормишь, терпишь мой характер. Я плачу тебе полмиллиона. Идет?
Я подхожу ближе. Смотрю снизу вверх — он выше, зараза, и даже без одного ботинка умудряется возвышаться.
— Марк, — говорю я тихо, но четко. — Ты должен кое-что понять.
Я поднимаю с земли здоровенный топор, возвращаюсь, кладу руку ему на плечо и смотрю прямо в глаза.
— Заруби себе на носу, столичная штучка, — говорю я максимально вежливо. — Будешь тут командовать, орать, требовать кофе в постель и изображать из себя царя и бога — я тебе этим топором знаешь что отрублю? Вместе с твоими миллионами.
Марк замирает. Смотрит на топор. Потом на мою руку на своем плече. Потом мне в глаза.
Секунда. Две. Три.
И вдруг... он улыбается. По-настоящему.
— Договорились, — говорит он. И протягивает руку.

Меня вышвырнули на улицу. Девятнадцать, ни денег, ни жилья, только рюкзак за плечами. А через час меня уже заталкивают в тонированный внедорожник. Напротив сидит Он. Дмитрий Корф. Миллиардер. Затворник. Муж моей покойной матери, которого я видела три раза в жизни.

— Ты будешь жить у меня, — говорит он тоном, не терпящим возражений.
— Что? Нет! С какой стати?
— Это не обсуждается.
Я швыряю в стену его дурацкую дизайнерскую вазу. Осколки разлетаются по белому ковру. Он даже бровью не ведет. Только смотрит своим ледяным взглядом, от которого кровь стынет в жилах.

— Еще одна истерика, — тихо говорит он, припечатывая меня к стеклянной стене, — и я приставлю к тебе охрану в комнату. Будет сидеть под дверью круглосуточно. Смотреть, как ты спишь. Как в душ ходишь.

Золотая клетка захлопнулась. Но этот ледяной король даже не подозревает, что клетка может стать моим оружием.

– Ты будешь носить то, что я выбрал, – голос Усманова стал тише, но от этого только опаснее. – То, что мне нравится. Ты же кукла. Моя кукла. Кукол одевают, покупают им туфельки, всякое такое.
– В детстве не наигрался? – шиплю я из-под одеяла.
– Мальчики играют в трансформеров. А мужчины играют с куклами. Живыми, красивыми, приятными на ощупь. Такими, как ты, – хищная улыбка оттягивает уголок его губ.
– Ты головой повредился, явно! Я не буду твоей куклой! – визжу я.
– Будешь, солнце, – улыбается спокойно и уверенно. – Или твои нюдсы, как я и обещал, разлетятся по всем чатам. И ещё, я отучу тебя от этой фигни.
– В к-каком смысле? – лепечу одними губами.
– Отучу трястись, визжать и падать в обморок, когда я прикасаюсь. Меня это бесит, Лобанова.
– З-зачем?
– А зачем мне кукла, которую я не могу потрогать?