Книги по тегу «очень эмоционально»: ""

— У меня есть другая, — произносит муж. — Она ждёт ребенка и сегодня же переезжает сюда. А ты съезжаешь.
Внутри всё обрывается. Измена? Что угодно я могла предположить: что мы поссоримся из-за его характера, холода, жесткости... Но измена...
— Ты не можешь меня выгнать. Я твоя жена.
— Была женой, пока я не понял, что ты пустышка... Как ваза без донышка... Сколько в неё не наливай воду, цветы в ней только сохнут.
— О чём ты говоришь?
— О детях. Мне нужен наследник. А ты бесплодна.
— Но... у тебя есть Соня...
— Соня девчонка. Мне нужен сын. Алиса мне обязательно принесёт наследника. А ты тихо соберешь вещи, пока Соня спит. Я сам ей всё объясню позже.
— Ты не можешь запретить мне видеться с моей дочерью!
— Она не твоя дочь, — Артём чеканит каждое слово. — Ты ей никто. Ни по крови, ни по документам.
— Но она будет плакать... — чувствую горячие слёзы на щеках, но ему всё равно.
— Поплачет и перестанет. Алиса заменит тебя. Родит ей брата. Они будут играть и расти вместе. Без тебя

— Выйди! — рявкает муж.
— Серьезно? Это я должна выйти?! Я?! Не она, — указываю подбородком на бывшую жену мужа рядом с ним. — Тебе меня мало, так ты еще и к бывшей наведываешься?
— Да, мало. Пока ты там занимаешься своими детками, мне же надо как-то "разгружаться", прежде чем отправиться к пациентам. Не вижу проблемы. Мы с тобой оба врачи, поэтому ты должна понимать, что это просто физиология.
— То есть пока ты на своих сменах, мне тоже можно ... "разгружаться".
— Не путай педиатра с нейрохирургом. Лечить детей — это не то же самое, что копаться у людей в мозгах. Если я хоть на миллиметр ошибусь — человека может не стать. А у тебя всегда есть шанс исправить свои косяки. И кстати, ты должна быть мне благодарна за то, что я твоего детеныша, как своего воспитываю, хотя у меня своих двое. Думаешь, это не добавляет мне стресса?
Я избавила мужа от стресса, забрала сына, вернулась на родину, и начала все сначала с того места, де остановилась, когда уехала, сбежав от своей первой любви

В тамбуре стоят чужие босоножки с золотыми ремешками. На вешалке — женская куртка. Я прохожу в гостиную и слышу голос мужа:
— Я тебя люблю, Лисенок. И куплю тебе машину. Красненькую. С белой крышей.
Я распахиваю дверь.
— Какая машина? Ты о чем?
Разлучница вскрикивает и скатывается с моего мужа. Сергей пытается застегнуть рубашку.
— Оля? Как ты здесь?
— На самолете, Сереж. Утренним рейсом.
— Это не ваша квартира! Это квартира Сергея! — она указывает на него пальцем.
— Сереж, твоя гостья плохо осведомлена. Расскажи ей, что вся недвижимость записана на меня.
— Сереж? Это правда?
Я усмехаюсь:
— И если ты думаешь, что Сергей уйдет к тебе с чемоданом денег — ты ошибаешься. Сергей уйдет с тем, с чем пришел. А пришел он со студенческим рюкзаком и долгом за общежитие.
Сергей вздрагивает.
— Так что заработай на машину сама. Руки-ноги есть, работы много — официантки, горничные. Может, накопишь на скутер. А теперь собери вещи и покинь квартиру. Сергей, тебя это тоже касается.

– Короче, мы сообразим ЭКО, – заявляет бывший, пока я сижу перед ним с руками за спиной.
Вломился в мой дом, так еще и командует!
– Ты больной? – возмущаюсь. – Я тут при чем? И убери уже свой ствол.
Мой бывший-мент засовывает табельное в кобуру.
– Я тебя забираю, Ева Марковна. Выносишь моего ребенка. Решил окончательно остепениться.
– Ты обалдел, Волков?! Я адвокат по уголовным делам! Засужу тебя к чертям за маски-шоу в моем доме!
– Ты моя жена! Если против ЭКО, сделаем естественным путем!
– Бывшая! – поправляю. – Давно развелись!
– Да пофиг, – заявляет, хватает меня и заваливает себе на плечо. – Мы уходим. Либо ЭКО, либо за решетку пойдешь.

– Возьму вот эту.
Генерал не отводил от меня свой взор, приблизившись, поэтому его выбор был очевидным и неожиданным не только для меня.
– Как это? Еленку? Поломойку мою? – изумленно захлопала ресницами хозяйка лавки и жестом указала на ожидающих красавиц. – Вы даже не взглянули на варианты! Они прекрасны! А эта… – сморщила нос тетка и ойкнула.
– Бракованная, – пискнула я, перебив ее, и в ужасе затрясла головой. – Меня нельзя! Я бракованная! Не невинная! Некрасивая и старая, да - старая! Нет-нет!
– Мне подходит, – ухмыльнулся покупатель плотоядно - аж коленки мои затряслись.
Вот теперь настало время делать ноги…

- Папа с Катей встречается, - совершенно будничным тоном сообщает мне дочь.
Это звучит так… странно, малозначительно, что мне приходится переспросить:
- В каком смысле – встречается?
- Мам, ну что ты как ребёнок? Спит он с ней!
Я не знаю, что потрясает меня сильнее: сама новость об измене или спокойное отношение дочери к этому?
- Оль… тебе что, все равно, что папа мне изменяет?
- А что тут такого? У них ведь любовь!
***
Долгие годы брака, прекрасная дочь и мечты встретить с любимым человеком старость... Все, что у меня было, все, чем я жила, всегда было связано с ним - Демидом.
И все это рухнуло в один момент, когда дочь сообщила мне, что наш папа связался с её лучшей девятнадцатилетней подругой и у них, оказывается, безумная любовь.
И не просто любовь. Они хотят создать семью.

— Я не хочу тебе врать. Понимаю, что больно, но лучше горькая правда. Муж тебе изменяет. Мы почти год вместе…
Я морщусь от боли и не хочу больше слушать наглую девицу. Сбрасываю звонок, и телефон падает из моих рук.
— Что случилось? Ты побледнела, — муж смотрит на меня с тревогой.
— Влад, скажи, что это вранье. Наглое, жестокое вранье, — из-за слез все расплывается перед глазами. – Ты ведь мне не изменял? У вас с Розой ничего не было?
— Я надеялся, что ты не узнаешь, — вздыхает и отводит глаза.
Мой мир рушится за секунду. Нет больше нашей счастливой семьи.

Я огляделся. Слева — поле, справа — лес. А сзади...

— Это что за хибара? Там кто-то живет?

Геннадий поморщился.

— Да, это жилой дом. В нем живет женщина, она вдова. Ее Лукерьей, кажется зовут. Но она тихая и скромная, вам не помешает.

Я посмотрел на покосившийся забор, огород с грядками, старый дом с облупившейся краской. И понял: я не хочу каждое утро видеть эту убогость. Такие соседи мне тут не нужны.
— Хочу купить и её участок тоже. Не хочу, чтобы из окна моего дома было видно эту халупу…

— Руки убрал.
Голос растворился в глотке, как пар изо рта на холоде. От страха губами пошевелить не могу, язык прирастает к зубам. Витька после тюряги сам на себя не похож стал. Одни кости, кожа на голом черепе, татухи появились, во рту осколки вместо зубов. И взгляд дикий. Словно он все эти десять лет сидел и ждал, чтоб меня найти. Чтоб я ответила за всё.
— Руки убери от неё.
За спиной раздалось.
Не голос, утробное рычание дикого зверя. Витькины глаза наверх поползли, значит, позади шкаф два на два.
— А ты кто вообще такой будешь?
Не узнал. Булата мало кто узнавал теперь. Но теперь все запомнят.

— Дяденька бандит, енто ваш железный конь? Мы с Мулзиком у вас его конфиськуем, нам надо к маме в больницу.
Это ещё что за ху…дожества с утра пораньше?
На пару минут мотобайк оставил, а его оседлала маленькая угонщица.
Уселась за руль, а на заднем сиденье рыжий кот в коробке.
— Значит так, — говорю грозно маленькой бесючке, — я никакой не бандит, а бизнесмен Адам Рахманов, но за попытку угона могу наказать… слезай быстро.
Малая смотрит на меня большими зелёными глазами.
— Неть… не слезу… я не угоняю, а конфиськую ваш байк. Мне к маме надо в больницу, она плопадёт без нас с Мулзиком.
Вот же приставучая!
— Как зовут твою маму, — спрашиваю, — и почему она в больнице?
— Ада зовут, а в больнице она оказалась из-за вас, дядя Адам.
Сердце в груди пропускает удар.
Знал я одну Аду… чуть не превратила мою жизнь в ад.
А спустя пять лет снова врывается в мою жизнь вместе с маленькой угонщицей и грозит раскрыть тайны прошлого, которые могут разрушить мою новую жизнь...