Книги по тегу «очень эмоционально»: ""
Она писала о любви. Но не знала, что любовь напишет её.
Алина — автор эротических бестселлеров, которая умеет заставить читателя поверить в страсть на бумаге. Но за пределами ноутбука её жизнь — это дедлайны, остывший кофе и двое мужчин, которых она боится выбрать.
Дамир — тот, кто врывается без спроса. Опасный, резкий, пахнущий стройкой и свободой. Кирилл — тот, кто остаётся. Нежный, внимательный, готовящий яичницу и знающий её размер одежды.
Однажды ночью они оба оказываются в её постели. Не для книги. Для жизни.
Это не роман о сексе втроём. Это история о том, что настоящая любовь не вписывается в рамки. Что иногда «и» лучше, чем «или». И что самые честные строки рождаются не в тишине кабинета, а между двумя дыханиями, когда уже неважно, кто из них кто.
В лучах славы — когда твою жизнь читают тысячи. И когда единственное, чего ты боишься — не хейта, а потерять то, что нашёл.
Смелая, откровенная, светлая история о любви без правил.
Алина — автор эротических бестселлеров, которая умеет заставить читателя поверить в страсть на бумаге. Но за пределами ноутбука её жизнь — это дедлайны, остывший кофе и двое мужчин, которых она боится выбрать.
Дамир — тот, кто врывается без спроса. Опасный, резкий, пахнущий стройкой и свободой. Кирилл — тот, кто остаётся. Нежный, внимательный, готовящий яичницу и знающий её размер одежды.
Однажды ночью они оба оказываются в её постели. Не для книги. Для жизни.
Это не роман о сексе втроём. Это история о том, что настоящая любовь не вписывается в рамки. Что иногда «и» лучше, чем «или». И что самые честные строки рождаются не в тишине кабинета, а между двумя дыханиями, когда уже неважно, кто из них кто.
В лучах славы — когда твою жизнь читают тысячи. И когда единственное, чего ты боишься — не хейта, а потерять то, что нашёл.
Смелая, откровенная, светлая история о любви без правил.
⚡ Иногда самая тёмная история начинается не ночью.
А в душной университетской аудитории, где вспыхивает запрет, жаркие взгляды и искушение.
Troppo vicino.
Слишком близко.
Troppo pericoloso.
Слишком опасно.
***
🔥Она слишком правильная. Слишком упрямая. Слишком желанная, чтобы он смог остановиться.
🔥Он слишком наглый. Слишком красивый. Слишком опасный для девушки, которая привыкла всё держать под контролем.
А в душной университетской аудитории, где вспыхивает запрет, жаркие взгляды и искушение.
Troppo vicino.
Слишком близко.
Troppo pericoloso.
Слишком опасно.
***
🔥Она слишком правильная. Слишком упрямая. Слишком желанная, чтобы он смог остановиться.
🔥Он слишком наглый. Слишком красивый. Слишком опасный для девушки, которая привыкла всё держать под контролем.
Вся жизнь пошла наперекосяк. С работы уволили, упала в лужу... Всё? Нет!
Муж привёл в дом любовницу, назвал меня жирной коровой и выгнал на улицу.
Что ж, будем мстить! Кому горячую пышечку? Я свободна!
Муж привёл в дом любовницу, назвал меня жирной коровой и выгнал на улицу.
Что ж, будем мстить! Кому горячую пышечку? Я свободна!
Мне следовало закричать и бежать, сверкая пятками. Но то, как они смотрели, словно я была редким, восхитительным экземпляром, – приковало меня к месту.
Свободной рукой второй мужчина взял за подбородок, поднимая лицо, чтобы встретиться со мной взглядом.
– Ты дрожишь, – пробормотал он, проводя большим пальцем по моей нижней губе. – Тебе страшно?
– Д-да, – призналась я, тяжело дыша.
– Это хорошо, – первый усмехнулся мрачно. – От страха кровь стынет в жилах.
Свободной рукой второй мужчина взял за подбородок, поднимая лицо, чтобы встретиться со мной взглядом.
– Ты дрожишь, – пробормотал он, проводя большим пальцем по моей нижней губе. – Тебе страшно?
– Д-да, – призналась я, тяжело дыша.
– Это хорошо, – первый усмехнулся мрачно. – От страха кровь стынет в жилах.
Мой бывший сказал: «С такой фигурой тебя никто не захочет». И я поверила.
Три года брака, унижения, диеты до обмороков. А потом развод, долги и пункт выдачи ваилберис, где я таскаю коробки за копейки. Максим забрал всё — квартиру, деньги, самооценку. А теперь ещё требует вернуть машину, которую я продала, чтобы выжить.
Подруга сказала: «Иди на банкет, официанткой. За один вечер получишь половину зарплаты». Я согласилась. Не думала, что в этом особняке встречу его.
Мажор. Кавказец. С таким взглядом, от которого у меня подкосились колени. Он не смотрел на меня как на прислугу. Не смеялся над моими формами. Он просто спросил: «Как тебя зовут?»
А потом сказал: «Ты красивая».
Теперь бывший в бешенстве. А этот… этот предлагает то, от чего я не могу отказаться. Он говорит, что пышные формы — не повод для стыда, а повод для гордости. Что на Кавказе ценят настоящих женщин. И что он хочет меня.
Смогу ли я поверить, что достойна любви? Или прошлое сломает меня окончательно?
Три года брака, унижения, диеты до обмороков. А потом развод, долги и пункт выдачи ваилберис, где я таскаю коробки за копейки. Максим забрал всё — квартиру, деньги, самооценку. А теперь ещё требует вернуть машину, которую я продала, чтобы выжить.
Подруга сказала: «Иди на банкет, официанткой. За один вечер получишь половину зарплаты». Я согласилась. Не думала, что в этом особняке встречу его.
Мажор. Кавказец. С таким взглядом, от которого у меня подкосились колени. Он не смотрел на меня как на прислугу. Не смеялся над моими формами. Он просто спросил: «Как тебя зовут?»
А потом сказал: «Ты красивая».
Теперь бывший в бешенстве. А этот… этот предлагает то, от чего я не могу отказаться. Он говорит, что пышные формы — не повод для стыда, а повод для гордости. Что на Кавказе ценят настоящих женщин. И что он хочет меня.
Смогу ли я поверить, что достойна любви? Или прошлое сломает меня окончательно?
— Не трогайте её, она прокаженная! — вторила ему отличница с первой парты, брезгливо отсаживаясь подальше. — Мама сказала, что если к ней прикоснуться, кожа тоже начнет гнить и облазить!
Её обзывали «грязной», обвиняли в том, что она просто не моется, и демонстративно вытирали руки об одежду, если Илона передавала кому-то ручку.
Каждое утро перед школой её тошнило от ужаса.
Она умоляла родителей разрешить ей остаться дома, но те лишь беспомощно вздыхали, твердя, что «нужно быть выше этого».
Но как быть выше, когда тебе девять, а на физкультуре все отказываются вставать с тобой в пары, потому что брезгуют брать за руку?
Её обзывали «грязной», обвиняли в том, что она просто не моется, и демонстративно вытирали руки об одежду, если Илона передавала кому-то ручку.
Каждое утро перед школой её тошнило от ужаса.
Она умоляла родителей разрешить ей остаться дома, но те лишь беспомощно вздыхали, твердя, что «нужно быть выше этого».
Но как быть выше, когда тебе девять, а на физкультуре все отказываются вставать с тобой в пары, потому что брезгуют брать за руку?
День рождения мужа, 33 года.
Я организовала вечеринку-сюрприз. Наши друзья, его родители, все идеально.
А он... Он ввалился домой с какой-то девицей, думая, что я в санатории.
— Ты носишь мою дочь. Ты чистая. Ты не можешь… этими губами… — он поднимает руку и касается моих губ. Продолжает говорить спокойно: — Ты должна целовать нашего ребенка перед сном. А то, что делают такие, как она… Эта грязь — это не для тебя. И вообще, врач тебе что говорил? После выкидыша никакого стресса, беречь себя. А ты устраиваешь этот цирк с гостями!
— Ты называешь предательство «цирком»?!
Он молча дает мне папку.
— Я знал, что рано или поздно ты все узнаешь.
Соглашение о расторжении брака и разделе имущества.
Дата.
Я вглядываюсь в листы и буквы перед глазами начинают плыть.
Это не может быть правдой.
— Ты… — мой голос срывается на шепот, пальцы сильнее впиваются в соглашение, сминая плотный лист. — Ты полгода назад готовился к разводу? Но я сейчас на пятом месяце беременности!
Я организовала вечеринку-сюрприз. Наши друзья, его родители, все идеально.
А он... Он ввалился домой с какой-то девицей, думая, что я в санатории.
— Ты носишь мою дочь. Ты чистая. Ты не можешь… этими губами… — он поднимает руку и касается моих губ. Продолжает говорить спокойно: — Ты должна целовать нашего ребенка перед сном. А то, что делают такие, как она… Эта грязь — это не для тебя. И вообще, врач тебе что говорил? После выкидыша никакого стресса, беречь себя. А ты устраиваешь этот цирк с гостями!
— Ты называешь предательство «цирком»?!
Он молча дает мне папку.
— Я знал, что рано или поздно ты все узнаешь.
Соглашение о расторжении брака и разделе имущества.
Дата.
Я вглядываюсь в листы и буквы перед глазами начинают плыть.
Это не может быть правдой.
— Ты… — мой голос срывается на шепот, пальцы сильнее впиваются в соглашение, сминая плотный лист. — Ты полгода назад готовился к разводу? Но я сейчас на пятом месяце беременности!
Ненавижу отчима и его сына. Сплю с обоими. Беременна — неизвестно от кого. Они хотят быть отцами. Но сделать выбор сложнее всего...
— О чем задумалась?
— О том, как я боялась вас в первый раз.
— И правильно делала. Мы — чудовища.
— Мои чудовища.
— Навсегда?
— Навсегда.
— О том, как я боялась вас в первый раз.
— И правильно делала. Мы — чудовища.
— Мои чудовища.
— Навсегда?
— Навсегда.
Максим Снегирёв - обычный парень из провинции. Учится в Питере, на лето приезжает к тётке в деревню, чинит свой старый мотоцикл и не знает, чего хочет от жизни. Варя Соболева - дочь олигарха. Её лето - это вынужденное заточение на даче, подальше от московской суеты и светских обязанностей. У них нет ничего общего: ни денег, ни статуса, ни круга общения. Только пыльная дорога, сломанная машина и её голубые глаза, в которых Максим тонет с первой секунды.
Три месяца свободы, земляники, мятного чая на чердаке и обещаний, которые разбиваются о суровую реальность. Армия, горная река, в которой он едва не погибнет, и письма, которые никогда не доходят до адресата. А через десять лет он войдёт в её дом под чужим именем - чтобы охранять ту, которую не смог забыть.
«Снегирь» - это история первой любви, которая становится судьбой. О том, как два одиночества нашли друг друга. И о том, что настоящее чувство не умирает даже после десяти лет разлуки.
Приквел к роману: Телохранитель для пышки.
Три месяца свободы, земляники, мятного чая на чердаке и обещаний, которые разбиваются о суровую реальность. Армия, горная река, в которой он едва не погибнет, и письма, которые никогда не доходят до адресата. А через десять лет он войдёт в её дом под чужим именем - чтобы охранять ту, которую не смог забыть.
«Снегирь» - это история первой любви, которая становится судьбой. О том, как два одиночества нашли друг друга. И о том, что настоящее чувство не умирает даже после десяти лет разлуки.
Приквел к роману: Телохранитель для пышки.
Выберите полку для книги