Книги по тегу «очень эмоционально»: ""

Я думала, что выхожу замуж за удобного мужчину. А попала в клетку к его отцу.
Мой свёкор — седой волк, который не умеет проигрывать. Он заплатил мои долги и теперь требует плату — моё тело. Но у него есть пёс — опасный охранник, который смотрит на меня как на последнюю добычу.
Я думала, что сломаюсь. Но оказалось, что я создана для такого огня. Теперь я — их общая тайна. Их война. Их навязчивость.
Вот только я не игрушка. И когда они решат, что я принадлежу им, они поймут, что ошиблись. Потому что даже самая покорная девушка умеет кусаться.

Чтобы удержать на плаву бизнес, Эмма размещает в газете объявление с предложением долевого компаньонства. На объявление откликается иностранец Матиаш Варга. Они заключают сделку, и Эмма рассчитывает на то, что мужчина в скором времени уедет обратно в Будапешт, а она продолжит управлять своим чудесным рестораном. Но новый босс не торопится отчаливать и уступать ей бразды правления.

Как мы жили, когда не было интернета, но были мечты? Как любили, когда цветы доставали с боем, а слова "я тебя люблю" шептали в трубку дискового телефона? Эта книга — не выдумка. Это честные мемуары парня, который хотел купить магнитофон, а купил… память на всю жизнь. Здесь нет героев и злодеев, есть пацаны во дворе, первая сигарета, порванные джинсы и три рубля, которые стоили больше, чем все сбережения мира. Вспомните, какими вы были — искренними, дерзкими и живыми.

Пенни знала, что не должна была впускать Джаза в свою жизнь. Она — аристократка с расписанной свадьбой, он — баскетболист, живущий страстью и игрой. Но после той первой, безумной ночи она не может забыть его рук, его губ, его голоса, шепчущего её имя.

Когда он появляется на пороге без приглашения — мокрый, злой после поражения и жаждущий её, — Пенни понимает: это не случайность. Это выбор. Их второй акт.

Они договариваются ни на что не рассчитывать. Но можно ли остановиться, если с каждым разом хочется всё больше?

Мы были в кабинете одни. И Максим Сергеевич был так близко, что перехватывало дыхание.
Его колено касалось моей ноги, пока я сидела на краю стола, а затем…
Он схватил меня за затылок, притянул к себе и нагло усмехнулся.
— Вы же мой преподаватель… — пискнула испуганно я.
— Я знаю, — перебил он дерзко. — Но меня это не остановит. Ничто меня не остановит, когда я чего-то хочу…

Совсем не этого я ждала на пересдаче. От этого наглого, самоуверенного мажора, которому приходилось преподавать, чтобы отец не лишил его всех денег. Не ждала этого, но… хотела. Безумно сильно хотела.

— Веруш, давай только без сцен. Ты слишком умная, чтобы устраивать драму из-за очевидного. Я знал, что ты поймёшь раньше, чем я договорю.

Он сказал это буднично, застёгивая запонку. Как про сделку. Десять лет вместе — а я услышала одно слово: «ресурс». Отработанный. Тот, что списывают.

— Это не обсуждается, — и ушёл к своему зампреду.

А через три года авария стёрла ему эти годы. Артём очнулся — и потянулся ко мне, как в нашей съёмной однушке десять лет назад. С нежностью человека, который меня НЕ предавал. Как будто последних трёх лет не было.

— Я помню только, что люблю тебя.

Он не помнит, что назвал меня ресурсом. Не помнит измену, развод, кем стал. А я одна знаю то, чего не знает даже он: наш развод подстроил его отец.

— Ты правда думал, что я подпишу развод и молча уйду?
— Лена... не устраивай сцен.
— Сцен? Ты подарил любовнице квартиру за двадцать два миллиона. Вывел из нашей компании сорок миллионов. Переписал имущество. А мне на серебряную свадьбу купил дешевый браслет.
— Откуда ты...
— Забыл? Я двадцать пять лет была главным бухгалтером твоей фирмы. Я знаю о тебе всё.

Двадцать пять лет брака закончились одним чеком, случайно найденным в кармане мужа.
Пока я экономила на себе и строила семейный бизнес, муж готовил новую жизнь с молодой любовницей: дорогие подарки, роскошная квартира, миллионы, выведенные со счетов компании.
Он уверен, что покорная жена подпишет документы о разводе и исчезнет из его жизни.
Вот только он забыл одну маленькую деталь.
Главный бухгалтер его компании — именно Я.
Я знаю каждую поддельную сделку. Каждый украденный миллион. И теперь у меня есть всего одна цель.
Оставить изменника без денег, бизнеса и женщины, ради которой он разрушил разрушил семью.

— Папа, кто эта тётя?
Я смотрю не на девочку. На мужа.
На человека, который час назад сказал нашей дочери, что не смог приехать в океанариум из-за срочной работы.
— Макс… — мой голос дрожит. — Кто она?
Он молчит.
А потом девочка крепче сжимает его ладонь и тихо спрашивает:
— Папочка, мы уже едем домой?
Я думала, что еду поймать мужа на лжи. Но правда оказывается настолько страшной, что после неё уже невозможно остаться прежней.

Смерть пахнет лавандой, формалином и страхом.
Меня нашли в багажнике три недели назад. Теперь мой пульс — единственный живой звук в Институте благородных покойниц.
Для них я — опасная аномалия. Для него — идеальный инструмент.
Граф Амос Орманд мертв уже два столетия. Когда он смотрит на меня, воздух замерзает, а по его венам течет жидкий азот.
В Академии завелся серийный убийца: студентки угасают, их кровь сворачивается прямо в сосудах. Совет слеп, мертвые не умеют читать следы на плоти. Но это умею я.
Чтобы найти маньяка, мне придется вскрывать курсанток под присмотром графа. Чтобы выжить самой — пустить его мертвый эфир по своим венам. Каждый раз, когда наши тела соприкасаются, моя живая плоть плавит его вечность, а его холод вымораживает меня. Буквально.

Мы — химическая ошибка системы. Экзотермическая реакция, которая взорвет замок изнутри. Инквизиция ищет повод вырвать мой позвоночник, пока Директор застегивает пуговицы на моей ночной рубашке холодными пальцами.

Ноябрь. Агентство «Второй шанс». Маша Соколова — специалист по разводам, три месяца после своего собственного, доширак на одного и холодильник, который она всё ещё не перестроила под одного человека.

Новый клиент — Игорь Громов — приходит с нестандартным запросом: ему нужна фиктивная невеста. На месяц. Для одного делового ужина и нескольких мероприятий. С юридическим оформлением и совместным проживанием — для убедительности.

Маша соглашается. Это работа. Чёткие условия, пункт восьмой про допустимый физический контакт, отдельные ванные.

А потом — первый снег за окном. Кружка с невидимым детским рисунком. Список покупок, в котором появляется слово наш. Чертежи зданий, которые никогда не будут построены. Восьмилетний мальчик, который говорит: «Вы с папой похожи».

Граница была. Она за ней следила.

Просто оказалось, что следить и охранять — это разные вещи.

Романтика о том, как близость строится не через большие жесты, а через чай с лимоном и правильную ёлку.