Книги по тегу «очень эмоционально»: ""

Его боятся. Либо пресмыкаются, либо обходят стороной. Он отзывается на кликуху Ад. И это явно не просто сокращение от имени...
Но именно с этим парнем мне предстоит сблизиться. Моё будущее зависит от того, смогу ли я узнать его самые сокровенные тайны.

Я врываюсь в операционную, готовый силой вытащить этого грёбаного хирурга, который отказывается эвакуироваться и...
И встречаюсь взглядом с бывшей женой.
С беременной бывшей женой, так на минуточку!
— Азар?..
Еву я оставил в Москве почти пять месяцев назад. После одной ночи, которой между нами больше не должно было случиться.
Теперь она оперирует посреди захваченного города и заявляет, что никуда не уйдёт, пока не закончит.
— У тебя десять минут, Ева.
— Мне нужно пятнадцать.
— Через десять я забираю тебя отсюда. Сама пойдёшь или понесу — выбирай.

— Не удивлен, что ты так и осталась одна, – хмыкнул бывший муж, когда мы встретились в аэропорту.
Наверное, мне стоило просто поздороваться и пройти мимо. Но его самодовольный вид и молодая жена так меня взбесили, что я заявила, что тоже не одна! Тыкнула на совершенно незнакомого мужчину и попросила его подыграть мне.
Только вот я не ожидала, что несколько минут маленького спектакля грозят обернуться очень большими неприятностями…

— Троицкий... — выдавливаю я, припечатанная его тяжёлым телом к полу кухни. — Слезь.
Ян медленно приподнимается на предплечьях. Не для того, чтобы встать, а чтобы зависнуть надо мной, любуясь видом.
Его тёмные глаза блестят хищным весельем.
— Куда спешить, Ремизова? — спрашивает он низким голосом. — Мне, знаешь ли, на удивление удобно.
— Слезь, сказала! — я толкаюсь, и он тут же прижимает мои руки к полу. — У тебя тормоза вообще есть?!
— Ты же сама меня уронила, камазик, -- мурлычет Ян. -- Так не терпелось пообжиматься со мной на полу?
— Что ты несёшь?! — взвизгиваю я, сгорая от стыда.
— Истину, — щурится он, опускаясь так низко, что его дыхание щекочет мне губы...

— Мариш, ты только не начинай! Внизу 180 гостей!

Муж говорит это в свадебном люксе нашего отеля. На кровати застёгивает босоножку беременная Кира — администраторша, которую я сама всему научила.

Я не устраиваю сцен... Просто довожу чужой банкет до последнего тоста, а затем кладу на стойку ключи от отеля, который 18 лет держался на моих плечах.

Дома Кира уже хозяйничает на моей кухне, в моём халате. А Паша смеётся мне в лицо:

— Ты без меня никто! Приползёшь обратно!

К утру он блокирует карту, а дочь опускает глаза: знала про Киру ещё весной.

У меня остаётся только заброшенный бабушкин пансионат: текущая крыша, сгоревший флигель, куча пожарных нарушений и месяц на открытие. А у ворот уже стоит подполковник Гордеев — мужчина, которого я не выбрала 18 лет назад. Приехал с проверкой по чьей-то очень своевременной жалобе.

Павел уверен, что я пропаду. Пусть ждёт...

Удобная «хозяюшка» больше не вернётся. Вернётся хозяйка — и заберёт своё! До последнего рубля!

Я аудитор. Моя работа — не верить словам и проверять, что за ними стоит на бумаге.

Дома я этого никогда не делала. Мужу я просто верила, так было спокойнее.

Теперь у меня есть папка, на корешке которой написано «Свадьба». В этом доме её никто не откроет.

Скандала не будет. По утрам я варю кофе на двоих, улыбаюсь за завтраком и сверяю даты: банковские выписки, реестр, чужие подписи, соседка с мусорным пакетом, которая видела больше меня.

Муж уверен, что я никуда не денусь, — и в чём-то он прав. Не учёл он одного: я считаю быстрее, чем он врёт.

А самое трудное начнётся потом — когда муж станет идеальным и подшивать в папку будет нечего.

Она бежала от предательства. Он — от собственной памяти.
Гроза заперла их в одной избушке на краю леса: разбитую городскую женщину и солдата, который помнит только ад.
Одна ночь. Лихорадка, тепло, безумие — и утреннее «это ошибка», от которого рушится всё.
Но что делать, если израненный зверь уже стал единственным, ради кого хочется жить?
Сможет ли любовь исцелить того, кто считает себя недостойным?
Он думал, что сломан. Она доказала, что жив.

Максим Железнов – капитан баскетбольной команды, гений программирования и мой друг детства.
Пять лет назад он разбил мне сердце и я поклялась забыть его.
Я почти поверила, что справилась.
Пока однажды ночью он снова не ворвался в мою жизнь.

— Верунчик, ты же понимаешь, что твоя почка — это единственный шанс нашего малыша на роскошную жизнь? — Игорь нежно погладил округлившийся живот моей бывшей подруги.
— Вы... вы сумасшедшие? — я отступала к двери, но за спиной уже стояла свекровь со шприцем.
— Ой, да не истери, мышь детдомовская! С одной почкой живут! А нам с Игоречком загородный дом нужен! — прошипела та, вжимая полотенце мне в лицо.

Я три года брала ночные смены, чтобы оплатить «смертельную болезнь» свекрови. Экономила на еде, донашивала старые куртки и верила, что муж искренне меня любит.

Пока случайно не открыла конверт с результатами её МРТ: «Пациентка полностью здорова».

А в тайном ящике мужа не нашла договор... о продаже моей собственной почки богатскому клиенту за триста тысяч долларов!

Они объявили меня сумасшедшей. Они выписали меня из квартиры, повесили на меня миллионные кредиты и уложили на операционный стол. Скальпель уже занесен над моей кожей, а муж с улыбкой шепчет: «Ничего личного, милая.