Книги по тегу «очень эмоционально»: ""

Тишина в кухне стала густой, осязаемой. Она звенела, как натянутая струна, готовая лопнуть от малейшего прикосновения. Андрей Павлович медленно поднялся из-за стола. Его движения были плавными, хищными, но без тени угрозы. Он обошел стол и остановился позади Лены.

Она не двигалась, лишь вслушивалась в стук собственного сердца, гулкий и учащенный. Она чувствовала его тепло у своей спины, чувствовала, как изменился воздух вокруг нее. Его рука легла ей на плечо. Прикосновение было легким, почти невесомым, но по ее телу пробежал ток, заставив мышцы дернуться.

– Поэтому с сегодняшнего дня ты будешь жить в моем доме, под моим присмотром, чтобы не смела натворить глупостей.
Его слова пригвождают к стулу. Что значит: “Будешь жить в моем доме?” Он шутит?
Ответ нахожу в его серьезном выражении лица. Нет, не шутит. Он говорит это на полном серьезе.
– Спасибо, но я откажусь. Мне есть где жить, – вежливо возражаю я.
Свекор смотрит неотрывно. Его взгляд давит и заставляет дыхание учащаться.
– Это не предложение. Ты остаешься жить здесь, и это не обсуждается.

Я попала в дом свекра, после того, как застала мужа верхом на своей секретарше. Но я никак не ожидала, что окажусь в ловушке, и свекор меня никуда не отпустит. Больше того, моим заключением все не ограничилось – в этот же день стало ясно, чего еще хочет от меня и моего тела мой свекор.

✅КНИГА ПОЛНОСТЬЮ ЗАВЕРШЕНА!
✅САМАЯ НИЗКАЯ ЦЕНА ТОЛЬКО СЕГОДНЯ

— Мам, ну потерпи еще пару дней. Да, меня самого от нее воротит, раскабанела страшно, но она же тебе свою почку отдала! Надо было выждать.

— Да плевать мне на ее почку, сынок! — брезгливо фыркнула свекровь. — Квартиру на меня переоформил? Выставляй эту тушу за дверь, пусть твоя Катюша уже переезжает!

— Завтра выставлю, не переживай. Поплачет и утрется. Кому она теперь нужна, слониха, еще и со шрамом?

Я стояла в темном коридоре, до крови кусая губы, чтобы не завыть. Я отрезала от себя кусок, чтобы спасти этой женщине жизнь.

Из-за гормонов мое тело поплыло, я потеряла красоту, здоровье, а теперь — мужа и единственный дом.

Они всё спланировали. Меня просто вышвыривают на мороз, как отработанный биоматериал. И у меня больше нет сил даже на то, чтобы сделать вдох...

Пять лет назад он не мог сказать ни слова, когда увидел меня в белом платье. Сегодня спокойно целует любовницу в моей квартире.
Хватаю банку цветочного мёда, что привезла свекровь, диванную подушку и нож. Голубки переходят в спальне от прелюдии к активным действиям. Что ж, время для появления обманутой жены.
БУ.
- Ты идиотка?! – кричит брюнетка, хватаясь за волосы, когда я щедро поливаю её мёдом.
- Лиза, что ты тут делаешь? – типичная фраза для неверного мужа, натягивающего штаны.
В руках подушка, так бы и придушила обоих!
Отбрасываю банку, вонзаю нож в бархатную ткань и дёргаю вниз. Материал трещит под лезвием, обнажая внутренности.
- Сюрприз, - произношу и вытряхиваю на любовницу мужа перья, которые тут же прилипают на голову, лицо и дорогое платье. Выметайся, дорогуша, за тобой Руслан подъехал, - извещаю, потому что успела оповестить и её мужа о том, что тут происходит. Брюнетка испуганно смотрит в мою сторону. - А ты, Олежка, собирай свои вещи, здесь ты больше не живёшь!

— Валя, зачем ты так? Мстить мне решила? Я виноват, на мне и отыгрывайся сколько влезет! Сына моего не трогай, пожалуйста. Парень не ест, не спит. Лица на нем нет, — сейчас Геннадий ее умолял.

Он был жалок, выпрашивая снисхождения. Пусть не для себя, а для своего сыночка от другой женщины. Его волнение выдавали слегка дрожащие руки. Акустика в подъезде передала хриплый, срывающийся голос верхним этажам.

Валя смотрела на мужчину, который ничуть не изменился за столько лет. Только сажень в плечах стала шире, да легкая седина на висках. Бывают же люди, не меняющиеся ни в тридцать, ни в сорок с небольшим.

— Мне плевать, Гена, на тебя и твоего сына. Угораздило же мою девочку влюбиться именно в него? — она прикусила язык, чтобы не добавить: «В сына той, кто увела любимого у ее матери».

– Я ухожу от тебя! – заявляет муж.
– У нас за плечами десять лет совместной жизни… О чём ты?!
– Прости, дорогая, но мы разводимся! Ты классная хозяйка, отменный повар и охрененный друг. Рядом с тобой мне было комфортно.
– Охрененный друг?
Из всех слов, которые можно услышать от мужа после десятилетия брака, эти – самые унизительные. Не любимая женщина, не вторая половинка, не та, ради которой хочется бегом бежать с работы, а просто удобный, надёжный друг.
– Согласись, за столько лет мы невыносимо надоели друг другу. В постели ты уже не кричишь, как раньше. Между нами уже давно не искрит воздух. Огонь угас. Секс приелся и перестал приносить удовольствие, – произносит жестокие слова.
– Кто она? Кто та мерзавка, с которой ты спишь?! – цежу сквозь зубы.
– Снежанка. Хочешь, я вас познакомлю?

На следующий день после нашей годовщины мой муж выгнал меня из дома. Я ушла, скрыв от мерзавца свою беременность. Но через пять лет предатель объявился и требует второго шанса...

– Измени мне.
– Что?
Мне кажется, я ослышалась, потому что он не мог... Мой муж не мог такое сказать. Мы десять лет женаты, мы счастливы, мы...
– Пожалуйста.
– Ты... ты...
От шока я заикаюсь. А вот он выглядит так же невозмутимо, как и до этого.
– Ты спрашивала, чего я хочу? Какой подарок на день рождения? Я выбрал. Измени мне, пожалуйста. Мой друг тебе подойдет?

В двух шагах от меня стоит Амир. Он не торопится уходить, не смотрит по сторонам, только на меня. И взгляд у него совсем не тот, что был минуту назад, не дерзкий, не насмешливый. Что‑то в нём изменилось, стал глубже, серьёзнее, почти… проникновенным.
Я невольно сжимаю ручку сумки чуть крепче, делаю глубокий вдох, стараясь сохранить самообладание и смотрю на дверь в аудиторию,которая почему то закрыта?А потом перевожу взгляд снова на него.
- Амир? - мой голос звучит тише, чем раньше, но всё ещё твёрдо.
- Ты что‑то хотел?
И в следующую секунду,он приближается ко мне вплотную.
Он высокий,так,что мне приходится задирать голову и в мгновение обхватывает меня за талию, и садит на учительский стол,вклиниваясь между моих ног. Я замираю, не в силах пошевелиться. Всё происходит так стремительно, что мозг отказывается воспринимать происходящее и в следующую секунду его губы жадно впиваются в мои.

— У твоего генерала любовница!
У меня буквально отпадает челюсть куда-то вниз, к недопитому латте с ароматной пенкой, и впору вернуть ее рукой в привычное положение.
— Это что, шутка такая дурацкая? Первоапрельская? — выдыхаю я растерянно.
— Нет. Я видела вчера твоего генерала с фитоняшкой. Она такая… — подруга закатывает глаза и начинает перечислять, — стройная, подтянутая, волосы ухоженные, длинные, аж переливаются, и смотрит на него, как на… Ну ты поняла.
— Не поняла.
— Ну как кот на сметану, — выдает она и, наклоняясь ко мне, заговорщически добавляет. — Чтобы муж не ушел, тебе срочно нужно приводить себя в форму. К тому же скоро весна, не повредит. Ты после вторых родов заметно…
— Поправилась?!
— Я не хотела тебя обидеть, Люб, но ты сама посмотри на себя в зеркало. Не как обычно, впопыхах, а внимательно, с толком да с расстановкой…
— А чего смотреть?! Я всегда была аппетитной, — перебиваю я. —И Самойлов любит меня такой. Не всем нравится глодать кости.

Экран горит в темноте, и я не могу отвести глаз.
Телефон Дмитрия лежит на тумбочке, повёрнутый экраном вверх. Он забыл его, когда пошёл в душ.
Экран вспыхивает сам, и я вижу имя. Женское. Незнакомое. И первую строчку сообщения, которую невозможно не прочитать.
«Я не могу больше ждать. Ты обещал бросить её».
***
Дима выходит в халате, вытирая волосы полотенцем. Видит меня — и замирает.
— Свет? Ты чего не спишь?
Голос спокойный. Ласковый даже. Господи, как он это делает? Как переключается? Утром — ей пишет «скучаю», вечером — мне улыбается, как будто я единственная женщина на планете.
Я поднимаю телефон и разворачиваю экраном к нему.
— Кто такая Полина?
Тишина. Секунда. Две.