Книги по тегу «очень эмоционально»: ""
- Ты что тут делаешь?! – грозно рыкнул Михаил, полностью открывая багажник и разглядывая меня в свадебном платье.
- Привет, - выдохнула я. Поняла, что надо выбираться, раз уж меня обнаружили.
- У вас свадьба сорвалась. Тебя по всей территории искали, жених чуть с ума не сошел, а ты в мою машину залезла? Какого черта?
Судорожно пыталась придумать себе оправдание, потому что любые версии казались глупыми. Как назло, в голову ничего не приходило. Да еще и Коршунов сверлил меня тяжелым, суровым взглядом.
- Даже не знаю, как объяснить, почему я сбежала…
- Короче, ясно. Залезай обратно, отвезу тебя к жениху!
Не соображая, что творю, вцепилась в плечи Михаила и прошептала:
- Я сделаю все, что угодно, только увези меня от него подальше.
- Сделаешь все, что угодно?! – переспросил Коршунов и мне очень не понравилось, как он на меня глянул.
- Привет, - выдохнула я. Поняла, что надо выбираться, раз уж меня обнаружили.
- У вас свадьба сорвалась. Тебя по всей территории искали, жених чуть с ума не сошел, а ты в мою машину залезла? Какого черта?
Судорожно пыталась придумать себе оправдание, потому что любые версии казались глупыми. Как назло, в голову ничего не приходило. Да еще и Коршунов сверлил меня тяжелым, суровым взглядом.
- Даже не знаю, как объяснить, почему я сбежала…
- Короче, ясно. Залезай обратно, отвезу тебя к жениху!
Не соображая, что творю, вцепилась в плечи Михаила и прошептала:
- Я сделаю все, что угодно, только увези меня от него подальше.
- Сделаешь все, что угодно?! – переспросил Коршунов и мне очень не понравилось, как он на меня глянул.
- Неустойку ты плати! Расторгай контракт и уматывай! Что для тебя десять миллионов?! – делаю ещё шаг и почти утыкаюсь в каменную грудь.
- А, мне платить незачем. Я свой контракт пока не подписал! – Сусликов с изощренным наслаждением садиста рассматривает моё раскрасневшееся, подергивающееся от злости, лицо.
- Ну, вот и Слава Богу! – выдыхаю я. – Вот, всё и решилось.
Сусликов наклоняется ко мне и шепчет в самое ухо, обжигая его горячим дыханием.
- Ты так не хочешь со мной работать? – его губы почти касаются моих, вызывая непонятный трепет во всем теле.
- Больше всего на свете! Мечтаю, никогда тебя больше не видеть! – шепчу ему в ответ.
- Я так плох? – он касается горячими губами моей шеи. Пропускаю разряд.
- Хуже самого страшного кошмара! – борюсь со своим телом, дрожащим от близости этого ужасного мужчины.
- Юля, тащи контракт! Я подпишу! – он усмехается мне в лицо, притягивает меня к себе за талию. – Готов на всё, чтобы превратить твою жизнь в сущий ад, Бедоева!
- А, мне платить незачем. Я свой контракт пока не подписал! – Сусликов с изощренным наслаждением садиста рассматривает моё раскрасневшееся, подергивающееся от злости, лицо.
- Ну, вот и Слава Богу! – выдыхаю я. – Вот, всё и решилось.
Сусликов наклоняется ко мне и шепчет в самое ухо, обжигая его горячим дыханием.
- Ты так не хочешь со мной работать? – его губы почти касаются моих, вызывая непонятный трепет во всем теле.
- Больше всего на свете! Мечтаю, никогда тебя больше не видеть! – шепчу ему в ответ.
- Я так плох? – он касается горячими губами моей шеи. Пропускаю разряд.
- Хуже самого страшного кошмара! – борюсь со своим телом, дрожащим от близости этого ужасного мужчины.
- Юля, тащи контракт! Я подпишу! – он усмехается мне в лицо, притягивает меня к себе за талию. – Готов на всё, чтобы превратить твою жизнь в сущий ад, Бедоева!
— Может, в полицию? — напоминает о себе водитель. Поворачиваю к нему голову, первое, что вижу — глаза. Каре-зелёные, теплые.
— Нет, — качаю головой. — Боюсь, там меня быстрее всего найдут.
— Всё так плохо?
— Не знаю, — голос сел, почти шепчу. Накатила усталость, мозг как будто погрузили в кисель. Хмыкнув, смотрю на крепкие руки, лежащие на руле, и брякаю:
— Не хотите на мне жениться? Платье есть, паспорт при себе.
— А если скажу «да»?
Моргаю. Присматриваюсь: симпатичный, очень даже. Твёрдый подбородок, каштановые волосы, приятная улыбка. В свете всего сумасшествия, уже случившегося сегодня, мой вопрос и его ответ звучат даже логично.
— Тогда мы поедем в ЗАГС.
— Нет, — качаю головой. — Боюсь, там меня быстрее всего найдут.
— Всё так плохо?
— Не знаю, — голос сел, почти шепчу. Накатила усталость, мозг как будто погрузили в кисель. Хмыкнув, смотрю на крепкие руки, лежащие на руле, и брякаю:
— Не хотите на мне жениться? Платье есть, паспорт при себе.
— А если скажу «да»?
Моргаю. Присматриваюсь: симпатичный, очень даже. Твёрдый подбородок, каштановые волосы, приятная улыбка. В свете всего сумасшествия, уже случившегося сегодня, мой вопрос и его ответ звучат даже логично.
— Тогда мы поедем в ЗАГС.
— Отлично выглядишь, Зайцева. Пойдешь со мной в ресторан? — Мой босс-тиран, который всегда меня ненавидел, теперь окидывает заинтересованным взглядом.
Я аж теряю дар речи.
— Вы в своем уме, Тимур Евгеньевич? Головой не ушиблись?
— В здравом уме и трезвой памяти, — он подходит ближе, зажав меня у рабочего стола, и спрашивает игриво: — Так что, Ален, идем? Только ты и я.
***
Мой жених изменил и бросил меня. А босс-тиран, который всегда меня ненавидел, теперь не дает прохода. Я не верю в его внезапные чувства. И что ему нужно на самом деле?
Я аж теряю дар речи.
— Вы в своем уме, Тимур Евгеньевич? Головой не ушиблись?
— В здравом уме и трезвой памяти, — он подходит ближе, зажав меня у рабочего стола, и спрашивает игриво: — Так что, Ален, идем? Только ты и я.
***
Мой жених изменил и бросил меня. А босс-тиран, который всегда меня ненавидел, теперь не дает прохода. Я не верю в его внезапные чувства. И что ему нужно на самом деле?
Такси приезжает быстро. Я сажусь на заднее сиденье, и водитель – пожилой турок – сразу включает кондиционер на полную мощность.
До отеля добираемся за двадцать минут.
Лифт поднимает меня на наш этаж. Глеб, наверное, уже уехал на пляж. Я достаю из сумки карточку-ключ, вставляю в замок. Зеленый огонёк. Щелчок. Толкаю дверь.
И замираю.
Из номера доносятся звуки. Женский голос, высокий, задыхающийся. Мужской – низкий, хриплый.
Секунду я стою, не понимая. Может, я ошиблась дверью?
Но нет – на кресле у входа лежит моя пляжная сумка, а на столике стоит бутылка воды, которую я оставила утром.
Я делаю шаг внутрь. Еще один. Сердце колотится так сильно, что, кажется, его слышно на весь коридор.
И тогда я вижу.
На нашей кровати, на белоснежных простынях, которые нам поменяли сегодня утром, мой муж страстно целует другую женщину.
Время останавливается.
Мир превращается в замедленную съёмку.
Я не кричу.
Я просто стою в дверях и смотрю, как рушится вся моя жизнь.
До отеля добираемся за двадцать минут.
Лифт поднимает меня на наш этаж. Глеб, наверное, уже уехал на пляж. Я достаю из сумки карточку-ключ, вставляю в замок. Зеленый огонёк. Щелчок. Толкаю дверь.
И замираю.
Из номера доносятся звуки. Женский голос, высокий, задыхающийся. Мужской – низкий, хриплый.
Секунду я стою, не понимая. Может, я ошиблась дверью?
Но нет – на кресле у входа лежит моя пляжная сумка, а на столике стоит бутылка воды, которую я оставила утром.
Я делаю шаг внутрь. Еще один. Сердце колотится так сильно, что, кажется, его слышно на весь коридор.
И тогда я вижу.
На нашей кровати, на белоснежных простынях, которые нам поменяли сегодня утром, мой муж страстно целует другую женщину.
Время останавливается.
Мир превращается в замедленную съёмку.
Я не кричу.
Я просто стою в дверях и смотрю, как рушится вся моя жизнь.
ЗАВЕРШЁННАЯ ПОВЕСТЬ!
– Мне придётся уехать на пару дней, – муж явно идёт куда-то, слышен шум машин.
– Что? Но ведь…
– Малышка, прости, мне пора. Позвоню!
– Хорошо, – вздыхаю, заставляю себя улыбнуться. – Буду ждать.
Отнимаю мобильный от уха, опускаю руки и оглядываю кухню. Ну что ж… праздничный ужин отменяется. Придется мне придержать свою новость.
Вот только вся моя жизнь буквально за несколько часов летит кувырком. И когда я спустя полдня возвращаюсь домой, то застываю в дверях нашей спальни, глядя на невозможную, нереальную картину.
– Милый, ты посмотри, кто пришёл! – врезается мне в уши знакомый, пропитанный ненавистью голос.
– Мне придётся уехать на пару дней, – муж явно идёт куда-то, слышен шум машин.
– Что? Но ведь…
– Малышка, прости, мне пора. Позвоню!
– Хорошо, – вздыхаю, заставляю себя улыбнуться. – Буду ждать.
Отнимаю мобильный от уха, опускаю руки и оглядываю кухню. Ну что ж… праздничный ужин отменяется. Придется мне придержать свою новость.
Вот только вся моя жизнь буквально за несколько часов летит кувырком. И когда я спустя полдня возвращаюсь домой, то застываю в дверях нашей спальни, глядя на невозможную, нереальную картину.
– Милый, ты посмотри, кто пришёл! – врезается мне в уши знакомый, пропитанный ненавистью голос.
Дарина — простая студентка, работающая официанткой. Она даже не представляла, какие тайны хранила её семья и от каких демонов она бежала из родного города. Но однажды эти демоны настигли и её.
Кот — опасный криминальный авторитет из мира, где правят кровь и власть. И именно он, по насмешке судьбы, должен стать её защитником, ведь его связывает клятва, данная много лет назад.
Он знает всё: кто она, откуда и почему должна была исчезнуть. Не знает лишь одного — как устоять перед ней, когда её взгляд сжигает дотла все его запреты, а губы манят его демонов. И как сопротивляться самому себе и оставаться верным данному слову.
Спасение стало её проклятием. Клятва — его слабостью.
Сжигающими заживо. Пробуждающими страсть, опасные и запретные чувства к нему.
Что окажется сильнее: долг… или желание, которое сводит с ума?
🔥 Очень откровенно
🖤 Властный герой криминального мира
💔 Запретная страсть
❤️🔥Разница в возрасте 16 лет
Кот — опасный криминальный авторитет из мира, где правят кровь и власть. И именно он, по насмешке судьбы, должен стать её защитником, ведь его связывает клятва, данная много лет назад.
Он знает всё: кто она, откуда и почему должна была исчезнуть. Не знает лишь одного — как устоять перед ней, когда её взгляд сжигает дотла все его запреты, а губы манят его демонов. И как сопротивляться самому себе и оставаться верным данному слову.
Спасение стало её проклятием. Клятва — его слабостью.
Сжигающими заживо. Пробуждающими страсть, опасные и запретные чувства к нему.
Что окажется сильнее: долг… или желание, которое сводит с ума?
🔥 Очень откровенно
🖤 Властный герой криминального мира
💔 Запретная страсть
❤️🔥Разница в возрасте 16 лет
– Генеральный скоро бросит свою бесплодную жёнушку! Она только и умеет, что борщи варить! За десять лет брака ни одного ребёнка не родила! Зато я залетела с первого раза, – секретарша моего мужа гладит плоский живот.
– Счастливая ты, Машка! Такого мужика смогла охомутать! Ради наследника Темников на всё согласится!
– Он пообещал мне, что его развод мы отпразднуем нашей свадьбой! Темников заберёт у своей клуши долю бизнеса и подарит её мне! Безбедную старость я себе, считай, обеспечила! – продолжаю подслушивать разговор сплетниц в офисе моего супруга и чувствую, как по щекам текут слёзы.
Хотела обрадовать мужа новостью о долгожданной беременности, но узнала о своём супруге чудовищную правду. Его любовница ждёт ребёнка, а сам он готовится к разводу. Мерзавец не захотел честно делить совместно нажитое имущество, поэтому решил избавиться от меня и нашего ещё неродившегося малыша.
– Счастливая ты, Машка! Такого мужика смогла охомутать! Ради наследника Темников на всё согласится!
– Он пообещал мне, что его развод мы отпразднуем нашей свадьбой! Темников заберёт у своей клуши долю бизнеса и подарит её мне! Безбедную старость я себе, считай, обеспечила! – продолжаю подслушивать разговор сплетниц в офисе моего супруга и чувствую, как по щекам текут слёзы.
Хотела обрадовать мужа новостью о долгожданной беременности, но узнала о своём супруге чудовищную правду. Его любовница ждёт ребёнка, а сам он готовится к разводу. Мерзавец не захотел честно делить совместно нажитое имущество, поэтому решил избавиться от меня и нашего ещё неродившегося малыша.
На балконе нашей спальни стоял мой муж.
Голый. Абсолютно.
Я почувствовала, как жар разливается по щекам.
Что он творит?! Средь бела дня! Любой из соседей может увидеть!
Улыбнулась смущённо. Может, это какая-то его новая причуда? Хотел меня удивить?
А потом балконная дверь распахнулась…
Женские руки с длинными, красными ногтями обвились вокруг торса.
Кто-то притянул его к себе, и дверь захлопнулась.
За полупрозрачными шторами заметались две тени.
Не помню, как добежала до крыльца, как толкнула дверь.
— Мамочка!
Катя выскочила из гостиной и встала передо мной, упирая крошечные ручки в бока.
— А туда нельзя! Папа велел никого не пускать!
Я опустилась на колени, хватая ртом воздух.
— Катенька, солнышко, что ты...
— Тшшш! — дочка приложила пальчик к губам. — Не шуми! Папа очень-очень занят. Пришла красивая тётя, в такой короткой юбочке! Они пошли наверх! Папа сказал — не мешать и пообещал мне новую куклу! Так что ты тоже не мешай, мамочка, а то куклы не будет…
Голый. Абсолютно.
Я почувствовала, как жар разливается по щекам.
Что он творит?! Средь бела дня! Любой из соседей может увидеть!
Улыбнулась смущённо. Может, это какая-то его новая причуда? Хотел меня удивить?
А потом балконная дверь распахнулась…
Женские руки с длинными, красными ногтями обвились вокруг торса.
Кто-то притянул его к себе, и дверь захлопнулась.
За полупрозрачными шторами заметались две тени.
Не помню, как добежала до крыльца, как толкнула дверь.
— Мамочка!
Катя выскочила из гостиной и встала передо мной, упирая крошечные ручки в бока.
— А туда нельзя! Папа велел никого не пускать!
Я опустилась на колени, хватая ртом воздух.
— Катенька, солнышко, что ты...
— Тшшш! — дочка приложила пальчик к губам. — Не шуми! Папа очень-очень занят. Пришла красивая тётя, в такой короткой юбочке! Они пошли наверх! Папа сказал — не мешать и пообещал мне новую куклу! Так что ты тоже не мешай, мамочка, а то куклы не будет…
— Ого, — я беру машинку в руки, она тяжёлая, прохладная. — Какая красивая, Женя.
Он смеётся, шмыгает носом.
— Папа сказал, что если я соберу без помощи, то он мне потом самолёт купит. Настоящий! Только маленький.
— Верю, — говорю я. — С твоими руками всё получится.
Он гордо выпрямляется, берёт машинку обратно, крутит колёса.
Мы улыбаемся друг другу. За дверью — звук шагов, короткий, уверенный.
Женя оборачивается.
Шаги ближе. Замок щёлкает, дверь открывается.
— Папа, ты вернулся раньше! — кричит он, бросает конструктор на стол и бежит в прихожую.
Я не двигаюсь. Почему-то дыхание перехватывает. В воздухе появляется тот самый запах — немного табака, немного древесины, немного чего-то, что я слишком хорошо помню.
Оборачиваюсь.
Мирон стоит в дверях, держит... сына на руках. Женя что-то рассказывает ему, машет руками, но я уже не слышу.
Бывший муж смотрит на меня. Долго, прямо, без улыбки.
— Неожиданная встреча, — говорит наконец, тихо, почти без эмоций. — Ну здравствуй, Надя.
Он смеётся, шмыгает носом.
— Папа сказал, что если я соберу без помощи, то он мне потом самолёт купит. Настоящий! Только маленький.
— Верю, — говорю я. — С твоими руками всё получится.
Он гордо выпрямляется, берёт машинку обратно, крутит колёса.
Мы улыбаемся друг другу. За дверью — звук шагов, короткий, уверенный.
Женя оборачивается.
Шаги ближе. Замок щёлкает, дверь открывается.
— Папа, ты вернулся раньше! — кричит он, бросает конструктор на стол и бежит в прихожую.
Я не двигаюсь. Почему-то дыхание перехватывает. В воздухе появляется тот самый запах — немного табака, немного древесины, немного чего-то, что я слишком хорошо помню.
Оборачиваюсь.
Мирон стоит в дверях, держит... сына на руках. Женя что-то рассказывает ему, машет руками, но я уже не слышу.
Бывший муж смотрит на меня. Долго, прямо, без улыбки.
— Неожиданная встреча, — говорит наконец, тихо, почти без эмоций. — Ну здравствуй, Надя.
Выберите полку для книги