Книги по тегу «первая любовь»: ""
Маньяк пойман, психика восстановлена, хвосты в институте сдала. Юля справилась со всем, кроме самой главной миссии - не влюбиться в собственного телохранителя.
Да, того самого, который предупреждал - влюбляться нельзя. Потом будет больно, потому что он совсем не создан для отношений. Даже не способен на них.
Он - социопат. Нелюдимый, механический, равнодушный. Он создан, чтобы устранять, защищать, ловить и выполнять приказы. Но что, если ты уже заглянула в глаза таинственного сверхчеловека и увидела в них тепло?Если научилась слышать нотки нежности в глухом голосе без интонаций? Если привязалась так, тело дрожит от одной мысли о нем, а все существо стремиться снова быть вместе?
Теперь это ее социопат. А что, если все-таки влюбиться?
Да, того самого, который предупреждал - влюбляться нельзя. Потом будет больно, потому что он совсем не создан для отношений. Даже не способен на них.
Он - социопат. Нелюдимый, механический, равнодушный. Он создан, чтобы устранять, защищать, ловить и выполнять приказы. Но что, если ты уже заглянула в глаза таинственного сверхчеловека и увидела в них тепло?Если научилась слышать нотки нежности в глухом голосе без интонаций? Если привязалась так, тело дрожит от одной мысли о нем, а все существо стремиться снова быть вместе?
Теперь это ее социопат. А что, если все-таки влюбиться?
— Ты что здесь забыла, хорошая девочка? — из темноты коридора звучит голос, которым впору пугать непослушных детей за прогулы лекций.
— Тебя это не касается, — отвечаю я, стараясь говорить уверенно, и надеюсь, что меня не заметят.
— Ошибаешься, Лия, — он выходит на свет, и я понимаю, что боюсь его. — Всё, что происходит в этом клубе, касается меня напрямую.
— Ну кто бы сомневался, — огрызаюсь я, понимая, что из-за страха, мой инстинкт самосохранения снова перестаёт работать как нужно. — Великий Чернобор не только в универе царь и бог, но и в ночных клубах тоже.
— Лично для тебя, я стану кошмаром, Лия, — он перекатывает моё имя на языке, медленно растягивая каждую букву, и делает быстрый шаг вплотную ко мне.
Давид Чернобор — опасный, наглый, слишком красивый. Тот, кого нужно обходит десятой дорогой, но мне не повезло. Я попала в его поле зрения с первого дня в новом универе. А ведь я уезжала из своего города для того, чтобы спрятаться от прошлой боли, но снова попала не в ту дверь.
— Тебя это не касается, — отвечаю я, стараясь говорить уверенно, и надеюсь, что меня не заметят.
— Ошибаешься, Лия, — он выходит на свет, и я понимаю, что боюсь его. — Всё, что происходит в этом клубе, касается меня напрямую.
— Ну кто бы сомневался, — огрызаюсь я, понимая, что из-за страха, мой инстинкт самосохранения снова перестаёт работать как нужно. — Великий Чернобор не только в универе царь и бог, но и в ночных клубах тоже.
— Лично для тебя, я стану кошмаром, Лия, — он перекатывает моё имя на языке, медленно растягивая каждую букву, и делает быстрый шаг вплотную ко мне.
Давид Чернобор — опасный, наглый, слишком красивый. Тот, кого нужно обходит десятой дорогой, но мне не повезло. Я попала в его поле зрения с первого дня в новом универе. А ведь я уезжала из своего города для того, чтобы спрятаться от прошлой боли, но снова попала не в ту дверь.
— Ты не имеешь права решать за меня!
— Имею. В машину села.
Когда погибли мои родители, мама Артёма взяла надо мной опеку. А сам он уехал в Питер, оставив меня с первой любовью, которую я никак не могла забыть.
Я думала, что переросла эти чувства, но...
Мне восемнадцать. И я еду к нему в город поступать.
Теперь мы живём под одной крышей.
С мужчиной, от которого мне стоит держаться как можно дальше…
— Имею. В машину села.
Когда погибли мои родители, мама Артёма взяла надо мной опеку. А сам он уехал в Питер, оставив меня с первой любовью, которую я никак не могла забыть.
Я думала, что переросла эти чувства, но...
Мне восемнадцать. И я еду к нему в город поступать.
Теперь мы живём под одной крышей.
С мужчиной, от которого мне стоит держаться как можно дальше…
- Ты не пойдёшь с ним! - чуть ли не рычит, прижимая меня к двери комнаты, и запах парфюма, что кажется, въелся мне под кожу, заполняет лёгкие, дурманя мысли.
- Это не твоё дело! - цежу сквозь зубы, прожигая его яростным взглядом, несмотря на то, что сердце предательски ускоряет ритм. - Тебя не касается то, где и с кем я нахожусь! Понял? - ударяю рукой по широким плечам, пытаясь оттолкнуть Ларина, но он всё так же стоит на месте, держа меня за талию.
- Ошибаешься, принцесса, это моё дело,и ты моя Лера! - шепчет хриплым голосом, смотря почерневшими глазами, в которых разрастается настоящее пламя. - А знаешь что, пошло всё к черту! - проговаривает мне в губы, сметая все запреты, выставленные между нами, и, взяв за затылок, впивается в мои губы поцелуем, заменяя собой воздух.
Я думала, наша встреча случайность, но всё оказалось совсем не так... Как объяснить глупому сердцу, что любовь пришла не по плану?!
- Это не твоё дело! - цежу сквозь зубы, прожигая его яростным взглядом, несмотря на то, что сердце предательски ускоряет ритм. - Тебя не касается то, где и с кем я нахожусь! Понял? - ударяю рукой по широким плечам, пытаясь оттолкнуть Ларина, но он всё так же стоит на месте, держа меня за талию.
- Ошибаешься, принцесса, это моё дело,и ты моя Лера! - шепчет хриплым голосом, смотря почерневшими глазами, в которых разрастается настоящее пламя. - А знаешь что, пошло всё к черту! - проговаривает мне в губы, сметая все запреты, выставленные между нами, и, взяв за затылок, впивается в мои губы поцелуем, заменяя собой воздух.
Я думала, наша встреча случайность, но всё оказалось совсем не так... Как объяснить глупому сердцу, что любовь пришла не по плану?!
Вхожу в ванную.
В этот же самый момент перегородка отодвигается и из душевой кабинки выходит Барнс.
Совершенно голый.
Логично, блин! Чего бы ему в душе одетым делать?
— Объяснишь? — как ни в чем не бывало произносит Барнс и берет с крючка полотенце.
— Я… я стучала, но ты не слышал и я…
— И ты решила войти? — приподнимает одну бровь.
— Да, то есть нет, то есть, блин! — я уже и сама забыла, зачем пришла.
Ах да, точно!
— Я не хотела врываться, но…
— Еще и "но" имеется?
Я планировала встретить Новый год с друзьями, весело отпраздновать и как следует развлечься, но у судьбы были совершенно другие планы! В последний момент что-то пошло не так и я осталась наедине с красавчиком телохранителем в его большом и пустом доме…
В этот же самый момент перегородка отодвигается и из душевой кабинки выходит Барнс.
Совершенно голый.
Логично, блин! Чего бы ему в душе одетым делать?
— Объяснишь? — как ни в чем не бывало произносит Барнс и берет с крючка полотенце.
— Я… я стучала, но ты не слышал и я…
— И ты решила войти? — приподнимает одну бровь.
— Да, то есть нет, то есть, блин! — я уже и сама забыла, зачем пришла.
Ах да, точно!
— Я не хотела врываться, но…
— Еще и "но" имеется?
Я планировала встретить Новый год с друзьями, весело отпраздновать и как следует развлечься, но у судьбы были совершенно другие планы! В последний момент что-то пошло не так и я осталась наедине с красавчиком телохранителем в его большом и пустом доме…
Он - спортсмен, мажор, баловень судьбы, в которого влюблены все девчонки в универе.
Я - лучшая студентка, любимица ректора, а еще бледная скучная моль, у которой нет ни гроша за душой, зато есть куча проблем!
Его предки как-то узнают о моих успехах в учебе и предлагают стать репетитором для сына, чтобы подтянуть пробелы перед выпускными экзаменами. Им нужен диплом, а мне деньги.
И, казалось бы, можно выдохнуть. Вот только наши с ним занятия выходят за рамки договоренностей...
Я - лучшая студентка, любимица ректора, а еще бледная скучная моль, у которой нет ни гроша за душой, зато есть куча проблем!
Его предки как-то узнают о моих успехах в учебе и предлагают стать репетитором для сына, чтобы подтянуть пробелы перед выпускными экзаменами. Им нужен диплом, а мне деньги.
И, казалось бы, можно выдохнуть. Вот только наши с ним занятия выходят за рамки договоренностей...
ИСТОРИЯ ЗАВЕРШЕНА!
Кирилл Амурский – моя первая любовь. Человек, заставивший испытать меня мучительный стыд и разбивший мне сердце.
Теперь он мой босс.
Работать с ним – выше моих сил, но отпускать меня он не намерен…
- Нет, лучше сразу уволиться, чем работать с этим напыщенным, недалеким при…
Настя кривится и как-то странно кивает в сторону входа.
Сердце ухает вниз, а по коже ползет неприятный морозец.
Подавшись в её сторону, грудью почти что ложусь на её стол.
- Он что, стоит за моей спиной?
- Да, - шепчет тихо.
Ну поганка!
Почему сразу мне не сказала?!
Резко обернувшись, чувствую, как кровь приливает к щекам. Они мгновенно становятся алыми.
Это какой-то дурной портал… В прошлое!
- И тебе, София, привет! Что замолчала? Продолжай.
Кирилл Амурский – моя первая любовь. Человек, заставивший испытать меня мучительный стыд и разбивший мне сердце.
Теперь он мой босс.
Работать с ним – выше моих сил, но отпускать меня он не намерен…
- Нет, лучше сразу уволиться, чем работать с этим напыщенным, недалеким при…
Настя кривится и как-то странно кивает в сторону входа.
Сердце ухает вниз, а по коже ползет неприятный морозец.
Подавшись в её сторону, грудью почти что ложусь на её стол.
- Он что, стоит за моей спиной?
- Да, - шепчет тихо.
Ну поганка!
Почему сразу мне не сказала?!
Резко обернувшись, чувствую, как кровь приливает к щекам. Они мгновенно становятся алыми.
Это какой-то дурной портал… В прошлое!
- И тебе, София, привет! Что замолчала? Продолжай.
— Свалила с моего места, конопатая, — буравит меня взглядом наглец, возникший из ниоткуда, и голос его режет воздух сталью.
— А с чего это оно твоё? — вскакиваю я, впиваясь упрямым взглядом в его ледяные, графитовые глаза. — Ты его купил?
— Купил. И твою дохлую тушку куплю, если не уберёшься.
Он хватает меня за руку и дёргает из-за парты, я не успеваю даже пискнуть. Учебники и тетради веером летят на пол. В аудитории воцаряется звенящая тишина. Сокурсники затаили дыхание, с жадным любопытством следя за разворачивающейся сценой.
Я поднимаю с пола увесистый том гражданского права и замахиваюсь, собираясь вложить в удар всю свою злость. Но он перехватывает мою руку. Секунду мы сверлим друг друга яростными взглядами, пока нас не прерывает вошедший преподаватель.
Я приехала в этот город, чтобы спасти свою жизнь, но вскоре поняла, скучать мне не придётся. Один наглый мажор позаботится о том, чтобы я не заскучала.
— А с чего это оно твоё? — вскакиваю я, впиваясь упрямым взглядом в его ледяные, графитовые глаза. — Ты его купил?
— Купил. И твою дохлую тушку куплю, если не уберёшься.
Он хватает меня за руку и дёргает из-за парты, я не успеваю даже пискнуть. Учебники и тетради веером летят на пол. В аудитории воцаряется звенящая тишина. Сокурсники затаили дыхание, с жадным любопытством следя за разворачивающейся сценой.
Я поднимаю с пола увесистый том гражданского права и замахиваюсь, собираясь вложить в удар всю свою злость. Но он перехватывает мою руку. Секунду мы сверлим друг друга яростными взглядами, пока нас не прерывает вошедший преподаватель.
Я приехала в этот город, чтобы спасти свою жизнь, но вскоре поняла, скучать мне не придётся. Один наглый мажор позаботится о том, чтобы я не заскучала.
- Убирайся, - рычит он, жёстко прижимая меня к стене. - Тебе здесь не место, прокурорская дочка.
- А если я хочу остаться? - смотрю на свежую ссадины на его лице.
Взгляд Яна темнеет, обжигая мои губы.
- Тогда пеняй на себя, солнце. Раздевайся и за мной.
______
Моя жизнь - золотая клетка. Влиятельный отец контролирует каждый мой шаг, а впереди маячит навязанный брак. В день своего восемнадцатилетия решаю сделать глоток свободы и случайно открываю не ту дверь.
Ян - хозяин андеграундного тату-салона и звезда нелегальных боев. Он пахнет адреналином и до скрежета зубов ненавидит мою семью. Именно мой отец когда-то разрушил его жизнь.
Я для него - дочь заклятого врага. Абсолютное табу и правило под запретом. Он пытается меня слить, но нас тянет друг к другу с такой разрушительной силой, что тормоза срывает у обоих.
На стене его клуба написано: «Хорошие девочки попадают в рай. Плохие - туда, куда им хочется».
И я больше не хочу быть хорошей.
- А если я хочу остаться? - смотрю на свежую ссадины на его лице.
Взгляд Яна темнеет, обжигая мои губы.
- Тогда пеняй на себя, солнце. Раздевайся и за мной.
______
Моя жизнь - золотая клетка. Влиятельный отец контролирует каждый мой шаг, а впереди маячит навязанный брак. В день своего восемнадцатилетия решаю сделать глоток свободы и случайно открываю не ту дверь.
Ян - хозяин андеграундного тату-салона и звезда нелегальных боев. Он пахнет адреналином и до скрежета зубов ненавидит мою семью. Именно мой отец когда-то разрушил его жизнь.
Я для него - дочь заклятого врага. Абсолютное табу и правило под запретом. Он пытается меня слить, но нас тянет друг к другу с такой разрушительной силой, что тормоза срывает у обоих.
На стене его клуба написано: «Хорошие девочки попадают в рай. Плохие - туда, куда им хочется».
И я больше не хочу быть хорошей.
Он — ее начальник.
Она — девушка, чью жизнь он однажды разрушил.
Она вернулась в его жизнь в новом образе — холодная, уверенная, недосягаемая — чтобы заставить его платить по старым счетам.
Но у мести оказался свой характер: чем ближе она подбиралась к нему, тем сильнее рушился ее собственный план.
И теперь то, что должно было стать расплатой, грозило обернуться опасной игрой, где проиграть могли оба...
Она — девушка, чью жизнь он однажды разрушил.
Она вернулась в его жизнь в новом образе — холодная, уверенная, недосягаемая — чтобы заставить его платить по старым счетам.
Но у мести оказался свой характер: чем ближе она подбиралась к нему, тем сильнее рушился ее собственный план.
И теперь то, что должно было стать расплатой, грозило обернуться опасной игрой, где проиграть могли оба...
Выберите полку для книги