Книги по тегу «предательство»: ""
- Я тебя прошу! Давай все закончим, малыш! Так всем будет лучше!
- Игорь, кому лучше? Я жить без тебя не могу! В лица прохожих всматриваюсь, тебя во всех ищу!
- Малышка, хватит! Я женат, у меня дочь! В этом году, Верон идет в школу, ты знаешь!
Внутри все сжимается. До боли, просто до сумасшествия. Что простите? Я просто отказываюсь верить своим ушам. Это невозможно. Просто невозможно. Нет, этого не может быть. Скажите мне что это просто сон. Просто сон….
- Я беременна, Игорь!
Ноги становятся ватными. Эти голоса я узнаю из тысячи. Голоса любимого мужа и…. Племянницы, той с которой была вместе, с пеленок, та которую, так сильно любила.
Удар. Нож в спину. Конец.
Толкаю дверь и замираю. Она у него на коленях. Руки сжимаются в кулаки. Вижу ее испуганный взгляд и его холодных, но таких некогда родных глаз.
- Как назовем? А я простите кем буду? Бабушкой?
Улыбаюсь, а у самой не передать что в душе. Ну вот и все. Конец. Как и не было пятнадцати лет брака. Что же вы натворили, что…
- Игорь, кому лучше? Я жить без тебя не могу! В лица прохожих всматриваюсь, тебя во всех ищу!
- Малышка, хватит! Я женат, у меня дочь! В этом году, Верон идет в школу, ты знаешь!
Внутри все сжимается. До боли, просто до сумасшествия. Что простите? Я просто отказываюсь верить своим ушам. Это невозможно. Просто невозможно. Нет, этого не может быть. Скажите мне что это просто сон. Просто сон….
- Я беременна, Игорь!
Ноги становятся ватными. Эти голоса я узнаю из тысячи. Голоса любимого мужа и…. Племянницы, той с которой была вместе, с пеленок, та которую, так сильно любила.
Удар. Нож в спину. Конец.
Толкаю дверь и замираю. Она у него на коленях. Руки сжимаются в кулаки. Вижу ее испуганный взгляд и его холодных, но таких некогда родных глаз.
- Как назовем? А я простите кем буду? Бабушкой?
Улыбаюсь, а у самой не передать что в душе. Ну вот и все. Конец. Как и не было пятнадцати лет брака. Что же вы натворили, что…
- Какая послушная девочка… - предвкушающе улыбнулся незнакомец. - И на многое она согласна?
Мои попутчики ухмыльнулись.
- Давайте проверим вместе.
Я собралась переехать к парню в другой город, но по пути узнала, что он мне изменял. Однако, два незнакомца предложили мне способ утешения, вот только я не ожидала, что утешителей окажется больше и теперь мне предстоит испытать нечто бесстыдное и… восхитительно порочное.
Мои попутчики ухмыльнулись.
- Давайте проверим вместе.
Я собралась переехать к парню в другой город, но по пути узнала, что он мне изменял. Однако, два незнакомца предложили мне способ утешения, вот только я не ожидала, что утешителей окажется больше и теперь мне предстоит испытать нечто бесстыдное и… восхитительно порочное.
- Ты любишь его?
Твою мать, перешёл на ты и так спросил. Зачем? Но остановиться не мог. Начал ходи. Резко вспомнил её, Аришу, она ведь меня с зоны ждать обещала, но не дождалась…
- Что за вопрос?
Она так растерянно на меня смотрела, такая маленькая, худенькая. Непроизвольно хотелось коснуться её и притянуть к себе. Перестань, Рус, тут же оборвал себя….. В её глазах опять читался испуг.
- Что за вопрос? -тихо вновь спросила она.
Я посмотрел ей прямо в её огромные такие красивые глаза.
- Прямой вопрос! Ты его любишь? - Извините, Руслан, спасибо, вам что привели моего мужа, но остальное, простите, вас не касается!
Она так резко выбежала с балкона, что я на секунду растерялся, а после кинулся за ней и поймав уже у самой двери, схватил её за руку.
- Прости меня, то есть простите, просто, ты думаю достойна лучшего, я…
Кажется меня накрывало. Плевать на все... Она будет моя... Только моя....
Твою мать, перешёл на ты и так спросил. Зачем? Но остановиться не мог. Начал ходи. Резко вспомнил её, Аришу, она ведь меня с зоны ждать обещала, но не дождалась…
- Что за вопрос?
Она так растерянно на меня смотрела, такая маленькая, худенькая. Непроизвольно хотелось коснуться её и притянуть к себе. Перестань, Рус, тут же оборвал себя….. В её глазах опять читался испуг.
- Что за вопрос? -тихо вновь спросила она.
Я посмотрел ей прямо в её огромные такие красивые глаза.
- Прямой вопрос! Ты его любишь? - Извините, Руслан, спасибо, вам что привели моего мужа, но остальное, простите, вас не касается!
Она так резко выбежала с балкона, что я на секунду растерялся, а после кинулся за ней и поймав уже у самой двери, схватил её за руку.
- Прости меня, то есть простите, просто, ты думаю достойна лучшего, я…
Кажется меня накрывало. Плевать на все... Она будет моя... Только моя....
Вешаю телефон и захожу в спальню. Кошка спит так сладко, как девчонка, безмятежно улыбаясь во сне. Любуюсь ей непроизвольно и не зная ни одной молитвы наизусть, просто прошу Бога, чтобы она была счастлива, чтобы он берег ее. Сажусь рядом на кровать, и борясь с острым желанием, обнять, просто смотрю на нее. На то какая она красивая, и что я не достоин ее, ни одной, слезинки, упавшей с этих прекрасных глаз. Сколько всего я упустил, сколько ошибок натворил, ведь она совсем ребенок была, когда я ее выгнал. Пытался хоть сейчас не думать об этом, встал и пошел в прихожую, стараясь ее не разбудить. Выйдя на улицу, вновь закурил. Больно. Впервые стало больно, что так сложилась жизнь, до одури хотелось обычной жизни, без бандитских разборок, без всего этого. Пусть и без денег, зато спокойно, счастливо и размеренно, у меня так не получалось. Все шло не так, как хотел. Это был конец и я это понимал...Прости меня моя девочка, прости...
Я встал и уже хотел подойти к Эмме, как она резко вскочила. Внутри все дрогнуло от того, что она сейчас сделала.
-Я настолько тебе противен? - не выдержал я.
Эмма подошла к окну и достала свои тонкие сигареты.
-Я не желаю тебе этого, но жаль ты не можешь испытать все что испытала я!
В ее словах звучало столько отчаяния, что мне хотелось удариться головой об стену, но вместо этого подошел к ней, и несмотря на то, что она пыталась вырваться, схватил жену за хрупкие плечи и прижал к стене. Наверху над ее головой висел портрет, ее портрет в роскошном розовом платье со шлейфом, которое она одевала на нашу помолвку. Десять лет прошло, ровно десять, а я совершил столько ошибок о которых безумно жалею и не могу их забыть, и понять, как все нам вернуть обратно.
-Я столько всего натворил, Эмм, столько сделал! Прошу! Давай все начнем сначала!
Ее длинные черные ресницы дрожали. Я изменил и понимал что могу ее потерять, но не мог без нее, просто не мог...
-Я настолько тебе противен? - не выдержал я.
Эмма подошла к окну и достала свои тонкие сигареты.
-Я не желаю тебе этого, но жаль ты не можешь испытать все что испытала я!
В ее словах звучало столько отчаяния, что мне хотелось удариться головой об стену, но вместо этого подошел к ней, и несмотря на то, что она пыталась вырваться, схватил жену за хрупкие плечи и прижал к стене. Наверху над ее головой висел портрет, ее портрет в роскошном розовом платье со шлейфом, которое она одевала на нашу помолвку. Десять лет прошло, ровно десять, а я совершил столько ошибок о которых безумно жалею и не могу их забыть, и понять, как все нам вернуть обратно.
-Я столько всего натворил, Эмм, столько сделал! Прошу! Давай все начнем сначала!
Ее длинные черные ресницы дрожали. Я изменил и понимал что могу ее потерять, но не мог без нее, просто не мог...
Из-за двери сауны доносился хохот и звон стекла. Я собиралась пройти наверх, чтобы не мешать мужу с приятелями отдыхать. Но что-то заставило замереть. Ноги будто приросли к полу, когда я услышала голос Сергея, громкий, развязный:
— Ну ты ж сам понимаешь, братан! Жена — она как рабочая лошадка. Верная, преданная, пашет без выходных. А Эльмирка... — он захихикал, и у меня похолодело внутри, — чистокровная арабская скаковая!
Меня будто ударили по лицу. Кровь отхлынула от него, потом прилила обратно, обжигая щеки. Я вцепилась в стену, чтобы не упасть.
Будто добивая меня, Сергей продолжал:
— Сейчас Эля с подружкой приедет, сами оцените! А свою клушу я в спа сплавил. Она там до вечера будет кудахтать от счастья. Чем меньше балуешь — тем больше благодарность! Учитесь, мужики!
Звон бокалов. Смех.
А я стояла за дверью, сжав кулаки так, что ногти впились в ладони.
— Ну ты ж сам понимаешь, братан! Жена — она как рабочая лошадка. Верная, преданная, пашет без выходных. А Эльмирка... — он захихикал, и у меня похолодело внутри, — чистокровная арабская скаковая!
Меня будто ударили по лицу. Кровь отхлынула от него, потом прилила обратно, обжигая щеки. Я вцепилась в стену, чтобы не упасть.
Будто добивая меня, Сергей продолжал:
— Сейчас Эля с подружкой приедет, сами оцените! А свою клушу я в спа сплавил. Она там до вечера будет кудахтать от счастья. Чем меньше балуешь — тем больше благодарность! Учитесь, мужики!
Звон бокалов. Смех.
А я стояла за дверью, сжав кулаки так, что ногти впились в ладони.
— Жена пришла.
— Жена?! — повысила голос Анна, подбоченившись. — Какая еще жена?! Ты же говорил, что она умерла. Ребенок тогда откуда?!
— Мало ли что я говорил!
Дверь открылась, на пороге стояла девушка.
— Жена? — угрожающе спросила Анна, начиная чувствовать подвох.
— Жена? — удивленно переспросила девушка. Ее голос был мелодичен и юн. — Я не жена. Любовница, можно так сказать. Меня зовут Маша.
***
После тридцати лет брака муж завел себе двух любовниц, посчитав, что имеет на это полное право.
Мне ничего не остается, как показать ему, где я видела это право и куда его засуну мужу во время развода.
ХЭ - обязательно)))
— Жена?! — повысила голос Анна, подбоченившись. — Какая еще жена?! Ты же говорил, что она умерла. Ребенок тогда откуда?!
— Мало ли что я говорил!
Дверь открылась, на пороге стояла девушка.
— Жена? — угрожающе спросила Анна, начиная чувствовать подвох.
— Жена? — удивленно переспросила девушка. Ее голос был мелодичен и юн. — Я не жена. Любовница, можно так сказать. Меня зовут Маша.
***
После тридцати лет брака муж завел себе двух любовниц, посчитав, что имеет на это полное право.
Мне ничего не остается, как показать ему, где я видела это право и куда его засуну мужу во время развода.
ХЭ - обязательно)))
— От ребёнка избавишься, — приказывает муж.
— Что?.. — лепечу. — Игорь, что ты несёшь?..
— Заткнись! — тяжёлой ладонью о стол. — Сейчас я говорю!
Его любовница ухмыляется — она таки добилась своего.
Но он не может требовать этого от меня!
— Избавиться от твоего ребёнка? — шепчу едва слышно. — Это… и есть твоё условие для развода?
— Моего ребёнка? — кривит губы супруг. — Ну, вот на этот счёт я совсем не уверен.
— Что?.. — лепечу. — Игорь, что ты несёшь?..
— Заткнись! — тяжёлой ладонью о стол. — Сейчас я говорю!
Его любовница ухмыляется — она таки добилась своего.
Но он не может требовать этого от меня!
— Избавиться от твоего ребёнка? — шепчу едва слышно. — Это… и есть твоё условие для развода?
— Моего ребёнка? — кривит губы супруг. — Ну, вот на этот счёт я совсем не уверен.
– Даже не знаю, как сказать... Вчера такой интересный клиент заходил. Я глазам не поверила!
– Кто?
– Твой Максим!
Сердце пропускает удар. Почему Максим был в агентстве недвижимости?
– Может, по работе? У них же новый проект...
– Вот в том-то и дело! – Ирина наклоняется ближе, понижает голос. – Он смотрел дом. Шикарный особняк в "Сосновом бору". Знаешь этот поселок? Там участки от тридцати миллионов.
Тридцать миллионов. Мы ни разу не обсуждали покупку дома. Во всяком случае, я не помню таких разговоров.
– Наверное, для компании. Они же строят коттеджи, нужен демонстрационный...
– Лен, документы он оформлял на физлицо. На себя.
– И это еще не все. – Ирина явно наслаждается моментом. – Карина говорит, он приходил не один. С молоденькой такой блондиночкой!!
– Кто?
– Твой Максим!
Сердце пропускает удар. Почему Максим был в агентстве недвижимости?
– Может, по работе? У них же новый проект...
– Вот в том-то и дело! – Ирина наклоняется ближе, понижает голос. – Он смотрел дом. Шикарный особняк в "Сосновом бору". Знаешь этот поселок? Там участки от тридцати миллионов.
Тридцать миллионов. Мы ни разу не обсуждали покупку дома. Во всяком случае, я не помню таких разговоров.
– Наверное, для компании. Они же строят коттеджи, нужен демонстрационный...
– Лен, документы он оформлял на физлицо. На себя.
– И это еще не все. – Ирина явно наслаждается моментом. – Карина говорит, он приходил не один. С молоденькой такой блондиночкой!!
— Любимая… что с тобой? — Миша останавливается, испуг в голосе. — Ты… ты плакала? Что случилось?
Я отвожу взгляд, глотаю сухой ком.
— Миш, скажи мне правду… — смотрю прямо ему в глаза, выискиваю дрожь в зрачках, хотя он такой — ровный, уверенный. — Ты кого-нибудь приводил домой, пока я была с Мией в роддоме?
— Не понял?.. — он моргает, растерянно.
— В смысле кого приводил?.. Пацаны приходили, да. Ну ты же сама говорила — чтобы они тут собрались, отпраздновали рождение нашей принцессы. А почему ты спрашиваешь?
Я наклоняюсь. Просовываю руку под диван.
И достаю то, что не даёт мне покоя все время пока я кормила дочь. Розовые, кружевные стринги. Совсем не мои. Миша смотрит на бельё. Долго. Будто пока не поверит — не ответит.
— Это что?.. — наконец выдавливает.
— Чьи это, Яна?.. Я не понимаю… Серьёзно. Я… вижу их впервые.
— Я тоже впервые их вижу, Миша! — срываюсь, голос дрожит. — Отвечай, кто был в нашей спальне?! В нашей постели, в конце концов?!
Я отвожу взгляд, глотаю сухой ком.
— Миш, скажи мне правду… — смотрю прямо ему в глаза, выискиваю дрожь в зрачках, хотя он такой — ровный, уверенный. — Ты кого-нибудь приводил домой, пока я была с Мией в роддоме?
— Не понял?.. — он моргает, растерянно.
— В смысле кого приводил?.. Пацаны приходили, да. Ну ты же сама говорила — чтобы они тут собрались, отпраздновали рождение нашей принцессы. А почему ты спрашиваешь?
Я наклоняюсь. Просовываю руку под диван.
И достаю то, что не даёт мне покоя все время пока я кормила дочь. Розовые, кружевные стринги. Совсем не мои. Миша смотрит на бельё. Долго. Будто пока не поверит — не ответит.
— Это что?.. — наконец выдавливает.
— Чьи это, Яна?.. Я не понимаю… Серьёзно. Я… вижу их впервые.
— Я тоже впервые их вижу, Миша! — срываюсь, голос дрожит. — Отвечай, кто был в нашей спальне?! В нашей постели, в конце концов?!
Выберите полку для книги