Книги по тегу «преодоление трудностей»: ""

В моих дрожащих руках оказался тест на беременность, с которым я отправилась прямо в комнату к Богдану. Поправив форму горничной, я вошла и обнаружила внутри его родителей, лечащего врача и его самого — мрачно сгорбившегося в инвалидной коляске.
— Что? — сухо потребовал он, поймав мой некогда счастливый взгляд.
— Что происходит?
Он говорил холодным и грубым голосом. Тем, которым общался со мной с первого дня. До того, как между нами всё изменилось.
— Можешь оставить свои надежды и проваливать. Ясно?
— Я вернусь, когда ты успокоишься и будешь готов поговорить.
— Отлично, значит, мы больше никогда не увидимся.
Мы не поговорили позже, потому что он не захотел. А когда меня всё это достало, я пришла в тот дом и рассказала о беременности его матери.
— Это хорошая новость. Я расскажу ему, Милана.
Невысказанное «но» повисло в воздухе.
Прошло три года, и он наконец пришёл поговорить, но я больше не хотела слушать.

Я верила, что десять лет брака — это навсегда. Готовила ужины, хранила семейный очаг и не замечала, как превращаюсь в тень успешного мужа. А он однажды бросил мне в лицо: «Ты просто сидела на моей шее» — и ушёл к другой, оставив после себя только чужие серьги в машине, долги по счетам и пустую квартиру с видом на парк.
Через месяц я продала эту квартиру за копейки, переехала в сырую каморку на окраине и считала последние монеты на проезд, пока мой сын лежал в больнице, а бывший муж требовал расписку за каждую потраченную тысячу. Друзья отвернулись, свекровь назвала нахлебницей, и единственное, что у меня осталось, — это горькое понимание, что ниже падать уже некуда.

Но именно с этого дна и начинается настоящая история. Потому что, когда терять больше нечего, просыпается злость.

— Ты правда отдаёшь ей мою песню?
— Марин, ты с чего друг против? Это бизнес!
— А поддельная подпись под договором тоже бизнес?
— И что? Ты всего лишь помогала мне работать. Стой и дальше за моей спиной… тебе не привыкать.
Десять лет я действительно жила за спиной Артёма Громова. Держала его концерты, тексты, срывы, фанатов и скандалы, пока он выходил на сцену и пел о любви. Для всех он был большим артистом. Для меня — мужем, которому я верила. А потом я услышала, как он называет меня рядовой помощницей и обещает другой женщине песню, написанную мной.
Он ещё не понимал одного. Его главные хиты были не только его. И когда правда выйдет на сцену, зал услышит не своего кумира. Зал услышит меня. И он пожалеет.

Эта книга — для тебя, если ты стоишь на пороге развода и внутри всё кричит: «Я не справлюсь. Я не умею ничего. Я никогда не жила одна». Для тебя, если страх парализует сильнее, чем боль.

Когда жизнь рушится, советы не помогают. Помогает живой голос человека, который прошёл через то же самое — и выжил. Не героически, не красиво, а так, как это бывает на самом деле: со слезами, ошибками и моментами, когда не было сил даже встать.

Лия Ланц не учит тебя, как надо. Она просто идёт рядом — и показывает, что путь есть. Что страх проходит. Что беспомощность — это не приговор, а отправная точка. Что женщина, которая сегодня не верит в себя, завтра способна на то, что сама себе не представляла.

Эта книга даст тебе то, что труднее всего найти в одиночестве: ощущение, что ты не одна. Что другие женщины чувствовали то же самое — и нашли в себе силы. И ты найдёшь.
Потому что ты сильнее, чем привыкла о себе думать.

*Потому что ты сильнее, чем привыкла о себе думать.*

Когда-то её прошлое стоило ...сорок "копеек за омлет".

Теперь за него готовы платить миллионы.

Алиса построила новую жизнь из того, что другие называли позором. Любовь. Успех. Большой проект. Мужчина, который обещал беречь.

Только однажды выяснилось, что между «люблю» и «контролирую» иногда всего одно неосторожное решение.

Когда прошлое превращают в оружие, остаётся только один выход — рассказать правду первой.

История женщины, которая отказалась быть чьим-то компроматом.

История мужчины, который любил слишком правильно.

История о том, что счастье всегда имеет цену.

Вопрос лишь в том, кто выставляет счёт 😈

— Мам, смотри, этот дядя как мой папа на твоей старой фотографии у воды! Только живой.
— Маша, отойди от мужчины.
— А почему? Он же хороший. Он мне канат завязал и сказал, что я смелая.
— Потому что это наш новый владелец, — выдавила я, чувствуя, как земля уходит из-под ног.
Шесть лет назад я любила Глеба Орлова так, что готова была поверить ему на слово. Потом меня обвинили в краже, с его рабочего телефона ответил чужой женский голос, а я уехала из города с тестом на беременность в сумке. Теперь я вернулась: полная, упрямая, с дочкой, кредитами и работой в комплексе, который купил он.
Я хотела только удержаться на ногах и не дать прошлому раздавить меня снова. Но Маша сама нашла отца, которого всю жизнь рисовала без лица. А Глеб посмотрел на неё один раз — и все понял.

А потом случилось то, чего они оба боялись.
Сначала — треск. Тонкий, хрустальный, почти музыкальный. Потом — короткий вскрик, и веревка рванулась вперед с такой силой, что Яну сбило с ног и поволокло по снегу.
— Срыв! — успела крикнуть она, вбивая ледоруб.
Лезвие вошло в лед, ее дернуло, протащило еще полметра — и остановило. Веревка натянулась как струна.
Впереди, там, где только что был Марат, зияла черная пасть трещины.
— Марат! — крикнула она в пустоту.
Тишина.
— Марат, твою мать, ответь!
Тишина.
У нее внутри все оборвалось. Холодный ужас — не тот, что бывает от страха, а тот, от которого немеют руки и останавливается время, — затопил сознание. «Он в трещине. Он сорвался. Он…»

— Мира останется со мной и Полиной. Ей нужна нормальная семья, а не твои истерики, Олеся.
Муж сказал это спокойно. Так, будто речь шла не о девочке, которую я вырастила после смерти сестры, а о мебели, которую можно переставить в другую комнату.
Он забрал у меня работу, имя, дом и решил забрать дочь. Только он не знал одного: старый дом с голубыми ставнями хранил документы, способные разрушить его красивую жизнь. А мужчина, которого я приняла за врага, оказался единственным, кто помог.

Я привыкла спасать чужие жизни и молчать о собственной боли. В клинике меня называли железной, дома — удобной. Мужу было спокойно: я держала отделение, улыбалась инвесторам, терпела усталость и не задавала вопросов, на которые он не хотел отвечать.
Но однажды после тяжёлой смены я услышала, как Олег обещает другой женщине мой кабинет, мою фамилию и место в своей жизни. А потом попросил меня всего лишь не портить вечер.
Он думал, я стерплю. Мама думала, я пойму. Отец велел не позорить семью. А любовница уже примеряла моё пальто.
Они ошиблись. Я собираюсь пережить предательство и решить с ними раз и на всегда.

Он выкупил долг моей пекарни и решил, что вместе с правом требования получил право командовать моей жизнью.
Я пришла просить отсрочку, а ушла его личным технологом: с пятилетней племянницей на руках, разбитой репутацией и желанием доказать, что меня нельзя списать в убытки.
Роман Северин привык считать людей рисками. Только я — не риск. Я та, кто знает: в его идеальном бизнесе кто-то давно подмешал ложь.
И когда правда всплывет, платить придется уже не мне.