Книги по тегу «разница в возрасте»: ""
Их трое. Они те, кто празднует 2 августа тихо и мирно. У них никого нет кроме друг друга и... Трех внучек! Как быть трем дедам в такой ситуации? А просто жить, растить девчонок и воспитывать настоящими людьми, а все потому как... Никто кроме нас!
Их трое... Они те, кто, поддавшись любви в "большом мире", сильно обожглись, но собирать старую жизнь по осколкам не согласны! Тогда, что делать, если сердце разбито? Утереть сопли-слюни-слезы и вперед! К новой любви! Потому как... Никто кроме нас!
Что делать, если ты думаешь, что не умеешь любить? Если все вокруг тебя либо рушится само, либо ты сама все рушишь, чтобы уничтожить память о болезненном прошлом? Возвращайся домой… Возвращайся в Тайгу!.. Возможно именно там ты дождешься кого-то, кто развенчает все твои убеждения и подарит ЛЮБОВЬ… И не беда, что его волосы наполовину седые, а сам он издалека! Разве возраст и расстояние преграда для настоящего чувства? Она либо есть, либо нет, как жемчужина в раковине…
Их трое... Они те, кто, поддавшись любви в "большом мире", сильно обожглись, но собирать старую жизнь по осколкам не согласны! Тогда, что делать, если сердце разбито? Утереть сопли-слюни-слезы и вперед! К новой любви! Потому как... Никто кроме нас!
Что делать, если ты думаешь, что не умеешь любить? Если все вокруг тебя либо рушится само, либо ты сама все рушишь, чтобы уничтожить память о болезненном прошлом? Возвращайся домой… Возвращайся в Тайгу!.. Возможно именно там ты дождешься кого-то, кто развенчает все твои убеждения и подарит ЛЮБОВЬ… И не беда, что его волосы наполовину седые, а сам он издалека! Разве возраст и расстояние преграда для настоящего чувства? Она либо есть, либо нет, как жемчужина в раковине…
— Твой братец взял у меня в долг много денежек, — прошипел в лицо тот, кто стоял передо мной. — А потом сбежал, прихватив до кучи ещё и очень важную для меня информацию. Деньги ты отработаешь, не вопрос. А вот бумаги надо будет вернуть.
— У м-меня нет брата, — сипло всхлипнула я, пытаясь отодрать от своего горла огромную мужскую ладонь. — Я не знаю о чём вы говорите. Мы не общаемся очень давно.
Мой сводный брат Сергей не только задолжал крупную сумму опасному бандиту Захару Царёву, но и похитил компромат, способный разрушить жизни влиятельных людей. Меня привели к Захару в счёт расплаты. И я в ужасе поняла: Царёв уверен, что я сообщница брата.
Жестокость Царёва обжигает, а властные руки пробуждают то, что я пыталась похоронить. Ненависть и желание сплетаются воедино.
Смогу ли я выбраться из этой ловушки? Или стану пленницей человека, который разрушил меня… чтобы собрать заново?
— У м-меня нет брата, — сипло всхлипнула я, пытаясь отодрать от своего горла огромную мужскую ладонь. — Я не знаю о чём вы говорите. Мы не общаемся очень давно.
Мой сводный брат Сергей не только задолжал крупную сумму опасному бандиту Захару Царёву, но и похитил компромат, способный разрушить жизни влиятельных людей. Меня привели к Захару в счёт расплаты. И я в ужасе поняла: Царёв уверен, что я сообщница брата.
Жестокость Царёва обжигает, а властные руки пробуждают то, что я пыталась похоронить. Ненависть и желание сплетаются воедино.
Смогу ли я выбраться из этой ловушки? Или стану пленницей человека, который разрушил меня… чтобы собрать заново?
Моя поездка задумывалась как невинное приключение перед началом семейной жизни с тем, кого одобрил отец. Но женщины в семье Островских, сами того не желая, неизбежно становятся магнитом для неприятностей. Поэтому, помогая незнакомцу, я даже представить не могла, что окунусь в мир, от которого меня старался уберечь отец. И вот я мчусь по лесной дороге в компании раненого мужчины, не предполагая, что впереди меня ждут опасность, тайны не моего прошлого, сложный выбор и… любовь.
- Ты должна была быть другой. Блондинкой. Покорной вещью для уплаты долга, - его низкий, с хрипотцой голос обжигает кожу даже на расстоянии. - А я рыжая и с зубами. Не повезло тебе, Лютый, - отвечаю я, вскидывая подбородок, хотя сердце ухает в пятки. Он усмехается, и от этой усмешки по спине бегут мурашки. Темные глаза хищно осматривают меня с ног до головы. — Нет, Рыжуля. Повезло. Ты просто еще не поняла, насколько.
Его зовут Дамир Булатов, но весь город знает его как Лютого. Он - криминальный босс, жестокий и безжалостный. Он пришел за долгом моего отца, и ценой должна была стать моя старшая сестра. Но его люди ошиблись. Теперь я в его власти, в его роскошном доме, который стал моей золотой клеткой. Он думает, что я сломлюсь. А я думаю, как сбежать. Но что делать, если ненависть с каждым днем все больше отдает привкусом запретного желания, а в глазах монстра я начинаю видеть мужчину?
Его зовут Дамир Булатов, но весь город знает его как Лютого. Он - криминальный босс, жестокий и безжалостный. Он пришел за долгом моего отца, и ценой должна была стать моя старшая сестра. Но его люди ошиблись. Теперь я в его власти, в его роскошном доме, который стал моей золотой клеткой. Он думает, что я сломлюсь. А я думаю, как сбежать. Но что делать, если ненависть с каждым днем все больше отдает привкусом запретного желания, а в глазах монстра я начинаю видеть мужчину?
— Марк Витальевич, что вы делаете? — вздрагиваю, но не отступаю от него.
— Марго, не бойся, я хочу помочь тебе, — медленно, не отрывая от моих глаз взгляд развязывает пояс на халатике. — Тебе понравится, не сопротивляйся.
Моя жизнь — это скучный брак с мужем. Борька — ноль в постели и эгоист в жизни. Но всё меняется, когда в мою одинокую ночь врывается он — Марк Витальевич, мой свёкор.
Он — всё, о чём я мечтала: опытный, страстный, умеющий доводить до безумия одним прикосновением. Его руки знают, чего хочет моё тело, а его слова заставляют дрожать. Но он — запретный плод. Или… единственный шанс на настоящую любовь?
— Марго, не бойся, я хочу помочь тебе, — медленно, не отрывая от моих глаз взгляд развязывает пояс на халатике. — Тебе понравится, не сопротивляйся.
Моя жизнь — это скучный брак с мужем. Борька — ноль в постели и эгоист в жизни. Но всё меняется, когда в мою одинокую ночь врывается он — Марк Витальевич, мой свёкор.
Он — всё, о чём я мечтала: опытный, страстный, умеющий доводить до безумия одним прикосновением. Его руки знают, чего хочет моё тело, а его слова заставляют дрожать. Но он — запретный плод. Или… единственный шанс на настоящую любовь?
— Я тебе запрещаю! — рычит сквозь зубы. — Услышала?
— Мне ваши запреты, Мирон Владиславович, до того места, где мысленно была ваша ладонь, — напуганная, но дерзкая. — Ты вообще ничего не можешь мне запрещать! Ты мне никто! Мне двадцать лет, и я сама решаю с кем мне встречаться, целоваться или кого куда послать!
— Нет, ты глупая, наивная девчонка! — рявкает Уваров. — Грызи свои цветные карандаши и не бросай вызов взрослым мужчинам, Лиля, не потянешь! Думаешь, Князев остановится на поцелуях?
– По крайней мере, его рот не присасывался к губам моей тети. А язык не вытворял всех тех штук, о которых я даже думать не хочу. И о тебе, Уваров, я не хочу думать по той же причине.
***
Мирон Уваров. Самоуверенный, бессовестный похититель женского спокойствия. Мой преподаватель и мужчина, сломавший жизнь моей тёти. Мне нельзя любить его по многим причинам. Но что я буду делать, когда он поставит целью сделать меня своей?
— Мне ваши запреты, Мирон Владиславович, до того места, где мысленно была ваша ладонь, — напуганная, но дерзкая. — Ты вообще ничего не можешь мне запрещать! Ты мне никто! Мне двадцать лет, и я сама решаю с кем мне встречаться, целоваться или кого куда послать!
— Нет, ты глупая, наивная девчонка! — рявкает Уваров. — Грызи свои цветные карандаши и не бросай вызов взрослым мужчинам, Лиля, не потянешь! Думаешь, Князев остановится на поцелуях?
– По крайней мере, его рот не присасывался к губам моей тети. А язык не вытворял всех тех штук, о которых я даже думать не хочу. И о тебе, Уваров, я не хочу думать по той же причине.
***
Мирон Уваров. Самоуверенный, бессовестный похититель женского спокойствия. Мой преподаватель и мужчина, сломавший жизнь моей тёти. Мне нельзя любить его по многим причинам. Но что я буду делать, когда он поставит целью сделать меня своей?
Я всего лишь хотела убедиться, что с моим женихом все в порядке, а попала в руки жесткого и циничного свекра. Вместо того, чтобы помочь найти своего сына, он помогает мне найти его спальню!
Перед ним нет преград. Ни двери, ни люди, ни кольцо на моем пальце, ни даже мой лифчик не становятся для него препятствием...
Потому что он слишком дикий, чтобы соблюдать правила...
— Тебе здесь не место, девочка. Проваливай.
— Я вам не девочка, — резко бросаю я и демонстративно выставляю безымянный палец правой руки. С кольцом… — Я невеста вашего сына! Вам придется с этим смириться. И сегодня вы меня не выгоните отсюда.
— Невестушка, значит, да? — рычит он не хуже зверя, притягивая меня к себе. — Сейчас я тебя научу, как разговаривать с будущим свекром. Враз отучишься факи показывать.
Перед ним нет преград. Ни двери, ни люди, ни кольцо на моем пальце, ни даже мой лифчик не становятся для него препятствием...
Потому что он слишком дикий, чтобы соблюдать правила...
— Тебе здесь не место, девочка. Проваливай.
— Я вам не девочка, — резко бросаю я и демонстративно выставляю безымянный палец правой руки. С кольцом… — Я невеста вашего сына! Вам придется с этим смириться. И сегодня вы меня не выгоните отсюда.
— Невестушка, значит, да? — рычит он не хуже зверя, притягивая меня к себе. — Сейчас я тебя научу, как разговаривать с будущим свекром. Враз отучишься факи показывать.
- Тебе сколько лет-то?
- Девятнадцать.
- Не рановато?
- Для чего? - смотрю непонимающе.
Он рукой сверху вниз проводит, на меня указывая.
Намекает, что я накрасилась ярко, оделась вызывающе? По клубам шатаюсь? Или на что? Он же не знает, что я так никогда не делаю. Что я скромница заучка.
- Нет, не рано, - вздергиваю подбородок. - Совершеннолетняя, как никак.
- Как зовут-то тебя, совершеннолетняя?
- Лиса… То есть Алиса, - поправляюсь стыдливо, ляпнув по привычке свое прозвище.
- Лиса… Ну что же, Лиса. Давай тогда к делу. Хочу тебя.
Застукала парня в клубе за изменой и спряталась в ближайшей випке. Мужчина принял меня за девушку по вызову. Взрослый, сильный, невозможно притягательный. И как оказалось, друг моего отца.
- Девятнадцать.
- Не рановато?
- Для чего? - смотрю непонимающе.
Он рукой сверху вниз проводит, на меня указывая.
Намекает, что я накрасилась ярко, оделась вызывающе? По клубам шатаюсь? Или на что? Он же не знает, что я так никогда не делаю. Что я скромница заучка.
- Нет, не рано, - вздергиваю подбородок. - Совершеннолетняя, как никак.
- Как зовут-то тебя, совершеннолетняя?
- Лиса… То есть Алиса, - поправляюсь стыдливо, ляпнув по привычке свое прозвище.
- Лиса… Ну что же, Лиса. Давай тогда к делу. Хочу тебя.
Застукала парня в клубе за изменой и спряталась в ближайшей випке. Мужчина принял меня за девушку по вызову. Взрослый, сильный, невозможно притягательный. И как оказалось, друг моего отца.
- Какого это влюбится в отца своей лучшей подруги? Знаю, звучит мерзко и грязно, но я не смогла устоять перед этим похотливым мерзавцем. Я совершила роковую ошибку, позволив своему сердцу окунуться в сладкий вкус запретной любви.
Я пишу эту историю о вас Самсон Вронский - вы стали моим змеем искусителем, я почувствовала себя Евой, ведь также, как и она, поддалась дикому искушению, мне так сильно хотелось попробовать запретный плод, что я пошла против своих принципов и всех правил.
Вы открыли для меня взрослый мир, где правителями были: разврат, страсть, похоть и безрассудство. Я отдалась эмоциям и чувствам, позволив вам терзать мою душу, играть с моим сердцем и пьянить мой разум.
Вы стали моим музыкантом, а я вашей любимой скрипкой, вы играли на моем теле самые красивые мелодии.
Я пишу эту историю о вас Самсон Вронский - вы стали моим змеем искусителем, я почувствовала себя Евой, ведь также, как и она, поддалась дикому искушению, мне так сильно хотелось попробовать запретный плод, что я пошла против своих принципов и всех правил.
Вы открыли для меня взрослый мир, где правителями были: разврат, страсть, похоть и безрассудство. Я отдалась эмоциям и чувствам, позволив вам терзать мою душу, играть с моим сердцем и пьянить мой разум.
Вы стали моим музыкантом, а я вашей любимой скрипкой, вы играли на моем теле самые красивые мелодии.
Вероника
Я выросла на красивой сказке про сильную любовь. Спустя время я узнала, что это была реальная история создания моей семьи. Я наследница самого опасного в Нью-Йорке клана мафии - «Эль Диабло». Милая, послушная и правильная - такой меня видит мир. Но за этой маской прячется кто-то другой. Со своими темными желаниями. И я боюсь, что скоро совершу непростительную ошибку - предам семью ради врага с татуировками по всему телу.
Лоренцо
Я специальный агент ФБР. Телохранитель. Солдат. Моё будущее было предначертано еще с рождения. Но в один момент я лишился всего. Я знаю своего врага в лицо. И я иду за ним. Неважно сколько при этом погибнет людей. Все они всего лишь сопутствующие потери. Я прячусь за множеством масок. Но настоящий я - худшая из всех. Ни любви. Ни чувств. Ни жалости. Но что-то изменилось, когда в мою тачку прыгнул невинный ангел с характером демона.
Я выросла на красивой сказке про сильную любовь. Спустя время я узнала, что это была реальная история создания моей семьи. Я наследница самого опасного в Нью-Йорке клана мафии - «Эль Диабло». Милая, послушная и правильная - такой меня видит мир. Но за этой маской прячется кто-то другой. Со своими темными желаниями. И я боюсь, что скоро совершу непростительную ошибку - предам семью ради врага с татуировками по всему телу.
Лоренцо
Я специальный агент ФБР. Телохранитель. Солдат. Моё будущее было предначертано еще с рождения. Но в один момент я лишился всего. Я знаю своего врага в лицо. И я иду за ним. Неважно сколько при этом погибнет людей. Все они всего лишь сопутствующие потери. Я прячусь за множеством масок. Но настоящий я - худшая из всех. Ни любви. Ни чувств. Ни жалости. Но что-то изменилось, когда в мою тачку прыгнул невинный ангел с характером демона.
Выберите полку для книги