Книги по тегу «рукописи_не_горят»: ""
Он видел мир через формулы. Она научила его видеть его через чувства.
Евгений Морозов гений-первокурсник, для которого люди были неразрешимой задачей. Людмила душа компании, для которой жизнь была яркой, шумной и полной красок.
Их встреча привела к сбою в его установках.
Евгений Морозов гений-первокурсник, для которого люди были неразрешимой задачей. Людмила душа компании, для которой жизнь была яркой, шумной и полной красок.
Их встреча привела к сбою в его установках.
Мой босс — хищник в идеально сидящем костюме. Его голос — приказ. Его взгляд — обещание. Его близость — опасность, от которой мурашки бегут по спине.
Мне нужна только работа, но он решил иначе.
Он хочет меня в своём клубе, в своём графике… и, кажется, в своей постели. Он проверяет мои границы, ломает привычные правила и чертовски умело играет моими страхами.
Мне нужно сбежать. Но каждый раз, когда он оказывается слишком близко, я забываю, почему должна это сделать.
Мне нужна только работа, но он решил иначе.
Он хочет меня в своём клубе, в своём графике… и, кажется, в своей постели. Он проверяет мои границы, ломает привычные правила и чертовски умело играет моими страхами.
Мне нужно сбежать. Но каждый раз, когда он оказывается слишком близко, я забываю, почему должна это сделать.
«Стихийное бедствие в колготках с оленями» — именно так охарактеризовал Лику ее новый напарник, Марк. И он был прав. Поездка в Питер на каникулы обернулась для нее кошмаром: вместо вечеринок — работа в «Игрополисе», вместо отдыха — противостояние с неприступным эльфом-продавцом.
Лика готова на все, чтобы вывести его из себя, а он — чтобы ее усмирить. По воле случая они оказались запертыми в магазине. Теперь у них есть ночь, дюжина карамельных тросточек и невыносимое желание поцеловать друг друга. Сможет ли лишь одна ночь перечеркнуть все его правила?
Лика готова на все, чтобы вывести его из себя, а он — чтобы ее усмирить. По воле случая они оказались запертыми в магазине. Теперь у них есть ночь, дюжина карамельных тросточек и невыносимое желание поцеловать друг друга. Сможет ли лишь одна ночь перечеркнуть все его правила?
У меня были благие намерения, когда я решила нанять парня для своей подруги. Со своей работой и учёбой Катя совсем себя загнала. Она больше ничего не видит в своей жизни. А самое главное - не хочет видеть! А будь у неё парень, Катя раскрылась бы как девушка, появилась бы энергия и силы. В открытую она мою помощь принимать не захотела, поэтому я и стала действовать исподтишка. Связалась с нужным человеком, обговорила детали... Да только всё пошло не по сценарию. И я бы с этим обязательно разобралась, если бы не проблемы в моей личной жизни.
Увидев любимого, я поднимаюсь, чтобы подойти, но тут он замечает её...
— Фиса, ты что здесь делаешь?
— Милый, я к тебе с отличной новостью.
Вася озирается по сторонам, но не замечает меня, успевшую спрятаться за стойкой.
— Быстро в кабинет, ты что хочешь скомпрометировать меня перед персоналом?
— Ты не отвечаешь на звонки, заблокировал меня в мессенджерах. Мне срочно надо поговорить с тобой.
Они скрываются за дверью кабинета.
На трясущихся ногах подхожу ближе.
Дверь приоткрыта, и я могу расслышать слова их разговора.
— Фиса, у меня есть невеста, и она нравится моим родным. Мы же договаривались, что просто спим вместе без обязательств.
— Но любишь же ты меня!
— Ты же не будешь ухаживать за моей бабушкой.
— Найми сиделку!
— Это дорого. А я коплю на квартиру. Говори, что хотела, и иди, пока тебя никто не увидел.
— Новость у меня замечательная, я беременна, Вася.
Если ещё хоть на минуту останусь здесь, то расплачусь, но я не могла позволить, чтобы они увидели мою боль.
— Фиса, ты что здесь делаешь?
— Милый, я к тебе с отличной новостью.
Вася озирается по сторонам, но не замечает меня, успевшую спрятаться за стойкой.
— Быстро в кабинет, ты что хочешь скомпрометировать меня перед персоналом?
— Ты не отвечаешь на звонки, заблокировал меня в мессенджерах. Мне срочно надо поговорить с тобой.
Они скрываются за дверью кабинета.
На трясущихся ногах подхожу ближе.
Дверь приоткрыта, и я могу расслышать слова их разговора.
— Фиса, у меня есть невеста, и она нравится моим родным. Мы же договаривались, что просто спим вместе без обязательств.
— Но любишь же ты меня!
— Ты же не будешь ухаживать за моей бабушкой.
— Найми сиделку!
— Это дорого. А я коплю на квартиру. Говори, что хотела, и иди, пока тебя никто не увидел.
— Новость у меня замечательная, я беременна, Вася.
Если ещё хоть на минуту останусь здесь, то расплачусь, но я не могла позволить, чтобы они увидели мою боль.
— Добро пожаловать на борт, Аманда, — сказал Матвей, его голос был низким, командным, как удар хлыста. — Здесь не место для ошибок. Выполняй приказы без вопросов, или я лично обеспечу, чтобы ты поняла последствия.
Аманда кивнула, её горло сжалось, но она заставила себя ответить.
— Я готова, капитан, — сказала она, стараясь звучать уверенно. — Моя специализация — артефакты, и я не подведу.
Он подошёл ближе, его глаза скользнули по её фигуре, задержавшись на её атлетических контурах, и Аманда почувствовала, как жар поднимается к щекам. Матвей не улыбался; вместо этого он схватил её за руку, крепко, но не болезненно, и повёл к пульту.
— Садись за навигацию, — приказал он. — Стартуем через пять минут. Если ты не справишься, я возьму контроль. Полностью.
Аманда кивнула, её горло сжалось, но она заставила себя ответить.
— Я готова, капитан, — сказала она, стараясь звучать уверенно. — Моя специализация — артефакты, и я не подведу.
Он подошёл ближе, его глаза скользнули по её фигуре, задержавшись на её атлетических контурах, и Аманда почувствовала, как жар поднимается к щекам. Матвей не улыбался; вместо этого он схватил её за руку, крепко, но не болезненно, и повёл к пульту.
— Садись за навигацию, — приказал он. — Стартуем через пять минут. Если ты не справишься, я возьму контроль. Полностью.
Любовь бывает разной... Брак с мужчиной старше себя, возвысивший Роксану, теперь готов ее уничтожить. Пожелав развода, она еще не знает, что платой за свободу может стать жизнь ее родной сестры. Девушка не верит в справедливость и готова пойти на все условия мужа, но в ее жизни неожиданно появляется тот, кто не боится ему противостоять!
Здесь герои, ради спасения, не грабят банки грубо и открыто — они планируют хитрые схемы, придумывают позывные и ускользают до того, как прозвучит «Стоять: полиция!». Их отличает ловкость, азарт и блеск в глазах. Они не ждут шанса — они его крадут. И конечно же, влюбляются, радуются, страдают, выбирают между адреналином и стабильностью. Но что бы они ни выдумали, читатель всегда будет на их стороне.
Здесь герои, ради спасения, не грабят банки грубо и открыто — они планируют хитрые схемы, придумывают позывные и ускользают до того, как прозвучит «Стоять: полиция!». Их отличает ловкость, азарт и блеск в глазах. Они не ждут шанса — они его крадут. И конечно же, влюбляются, радуются, страдают, выбирают между адреналином и стабильностью. Но что бы они ни выдумали, читатель всегда будет на их стороне.
– Еще раз услышу слово «детка» – сделаю твою жизнь невыносимой! Я Виктория Дмитриевна, запомни, мальчик!
Парень меняется в лице, и я понимаю, что перегнула с мальчиком. Но уж больно он меня разозлил.
– А я Виктор Николаевич. И я тебе не мальчик, ясно? – стальным голосом выдает он.
И я вздрагиваю от яростного огня, на миг вспыхнувшего в его взгляде.
_____________________
Она спасла ему жизнь, когда он был совсем ребенком. А спустя много лет они снова встретились. Он мажор и не привык подчиняться. Она начальница в крупной компании.
Но что будет, если он вдруг станет ее стажером? Кто первый сдастся в их противостоянии?
Парень меняется в лице, и я понимаю, что перегнула с мальчиком. Но уж больно он меня разозлил.
– А я Виктор Николаевич. И я тебе не мальчик, ясно? – стальным голосом выдает он.
И я вздрагиваю от яростного огня, на миг вспыхнувшего в его взгляде.
_____________________
Она спасла ему жизнь, когда он был совсем ребенком. А спустя много лет они снова встретились. Он мажор и не привык подчиняться. Она начальница в крупной компании.
Но что будет, если он вдруг станет ее стажером? Кто первый сдастся в их противостоянии?
— Анечка, родная… Как ты?
Незнакомый мужчина сидит на краю моей больничной койки и смотрит словно в самую душу. Он знает мое имя. Откуда?
— К-кто вы? — искренне не узнаю его.
У мужчины шире распахиваются глаза от удивления.
— Я твой муж, Аня. А ты — моя жена.
В преддверии нового года, придя в себя в палате клиники после аварии, я увидела незнакомца, который представился моим мужем. Я все забыла. Кажется, что всю жизнь забрала у меня та авария. Мужчина показал мне наше общее фото, и я позволила забрать меня в его дом. О чем позже сильно пожалела…
Незнакомый мужчина сидит на краю моей больничной койки и смотрит словно в самую душу. Он знает мое имя. Откуда?
— К-кто вы? — искренне не узнаю его.
У мужчины шире распахиваются глаза от удивления.
— Я твой муж, Аня. А ты — моя жена.
В преддверии нового года, придя в себя в палате клиники после аварии, я увидела незнакомца, который представился моим мужем. Я все забыла. Кажется, что всю жизнь забрала у меня та авария. Мужчина показал мне наше общее фото, и я позволила забрать меня в его дом. О чем позже сильно пожалела…
— Какого хрена ты шарахаешься от меня, как от чудовища?
— Да потому что ты и есть чудовище, а я не хочу так!
— Как так Вилора?
— Я не хочу быть твоей парой!
— Я ведь могу и по другому Вилорррра..
Меня как куклу в печатали в стену, не заботясь о том что я хорошенько так приложилась об неё головой.
— И что ты сделаешь? Насильно поставишь метку и запрешь в клетке?!
Заорала в лицо навалившегося на меня волка.
— Да потому что ты и есть чудовище, а я не хочу так!
— Как так Вилора?
— Я не хочу быть твоей парой!
— Я ведь могу и по другому Вилорррра..
Меня как куклу в печатали в стену, не заботясь о том что я хорошенько так приложилась об неё головой.
— И что ты сделаешь? Насильно поставишь метку и запрешь в клетке?!
Заорала в лицо навалившегося на меня волка.
Выберите полку для книги