Книги по тегу «семейная драма»: ""
На открытии семейного центра мой муж, генерал Гордей Эльский, выводит на сцену свою любовницу — и называет её автором проекта, который три года создавала я.
Он уверен, что я промолчу. Ради сына. Ради его репутации. Ради фонда.
Но я снимаю кольцо и уезжаю в старый дом отца рядом с заброшенной сигнальной башней. Там меня ждёт Демьян Арденов — главный враг Гордея и единственный человек, сохранивший мои настоящие чертежи.
Чтобы вернуть себе имя, профессию и право распоряжаться собственной жизнью, мне придётся объединиться с мужчиной, которого мой муж ненавидит сильнее всех.
Только Демьян не обещает меня спасти. Он просто остаётся рядом — когда рушится проект, когда бывший муж начинает войну и когда мой восьмилетний сын впервые называет его папой.
Теперь мне предстоит решить, можно ли построить новую семью на руинах старой — и не перепутать любовь с благодарностью, а свободу с местью.
Он уверен, что я промолчу. Ради сына. Ради его репутации. Ради фонда.
Но я снимаю кольцо и уезжаю в старый дом отца рядом с заброшенной сигнальной башней. Там меня ждёт Демьян Арденов — главный враг Гордея и единственный человек, сохранивший мои настоящие чертежи.
Чтобы вернуть себе имя, профессию и право распоряжаться собственной жизнью, мне придётся объединиться с мужчиной, которого мой муж ненавидит сильнее всех.
Только Демьян не обещает меня спасти. Он просто остаётся рядом — когда рушится проект, когда бывший муж начинает войну и когда мой восьмилетний сын впервые называет его папой.
Теперь мне предстоит решить, можно ли построить новую семью на руинах старой — и не перепутать любовь с благодарностью, а свободу с местью.
В день моего сорок восьмого рождения муж подарил нашу компанию своей любовнице.
Он сделал это со сцены, перед сотрудниками и клиентами, которых я сама пригласила на двадцатилетие нашего бизнеса. Ещё утром я была совладелицей «Дома обещаний», творческим руководителем и женой человека, которому доверяла четверть века. К вечеру моё имя осталось лишь в строке «почётный основатель», а на документах о передаче доли обнаружилась моя настоящая подпись.
Демьян даёт мне сорок восемь часов, чтобы подтвердить красивую ложь, отказаться от компании и незаметно исчезнуть из его новой жизни.
Только он забыл одну важную вещь: этот бизнес начинался не с его договоров. Он начинался с моих идей, моих рисунков и «Архива обещаний», где тысячи людей доверили мне самое личное.
Я лишилась мужа, дома и прежнего будущего. Но впервые за много лет перестала уступать.
Он сделал это со сцены, перед сотрудниками и клиентами, которых я сама пригласила на двадцатилетие нашего бизнеса. Ещё утром я была совладелицей «Дома обещаний», творческим руководителем и женой человека, которому доверяла четверть века. К вечеру моё имя осталось лишь в строке «почётный основатель», а на документах о передаче доли обнаружилась моя настоящая подпись.
Демьян даёт мне сорок восемь часов, чтобы подтвердить красивую ложь, отказаться от компании и незаметно исчезнуть из его новой жизни.
Только он забыл одну важную вещь: этот бизнес начинался не с его договоров. Он начинался с моих идей, моих рисунков и «Архива обещаний», где тысячи людей доверили мне самое личное.
Я лишилась мужа, дома и прежнего будущего. Но впервые за много лет перестала уступать.
Я променяла пентхаус на старый дом в глуши, а туфли от Маноло Бланик — на резиновые сапоги. Я — беглянка, которую собственная семья хотела продать наследнику другой компании ради слияния. И какой же я была дурой, раз поверила, что в этом может быть хоть что-то хорошее!
Мой план был прост: затаиться в старом доме и переждать бурю. Но я не думала, что в первый же день наткнусь на своем участке на вредного подростка, и уж точно не планировала влюбляться в ее отца!
Мой план был прост: затаиться в старом доме и переждать бурю. Но я не думала, что в первый же день наткнусь на своем участке на вредного подростка, и уж точно не планировала влюбляться в ее отца!
У Алены было все: семья, любящий муж, достаток, беззаботная жизнь.
Но однажды ее мир рушится. Алена становится заложницей жестоких игр одержимого психопата.
Тот, кто преследовал ее с пятнадцати лет, вернулся и забрал у нее все, что ей было дорого.
Но за свою жизнь она готова бороться.
Даже если для этого придется собрать себя заново из осколков.
Но однажды ее мир рушится. Алена становится заложницей жестоких игр одержимого психопата.
Тот, кто преследовал ее с пятнадцати лет, вернулся и забрал у нее все, что ей было дорого.
Но за свою жизнь она готова бороться.
Даже если для этого придется собрать себя заново из осколков.
Мне тридцать восемь. У меня идеальный дом, успешный муж-хирург, взрослая дочь и жизнь, расписанная по минутам. Завтрак в восемь. Ужин в шесть. Секс по воскресеньям, в 23:00, три минуты без прелюдий. Я давно смирилась, что моё тело больше ничего не чувствует. Что я — удобная функция, а не женщина.
Пока в один вторник всё не изменилось.
Даниил — сын моего мужа от первого брака. Ему двадцать четыре. Он живёт в гостевом флигеле, много молчит и смотрит на меня не так, как смотрят на мачеху. Я пыталась сопротивляться. Убеждала себя, что это просто кризис возраста, игра гормонов, глупость. Но каждую неделю, ровно в 21:00, когда муж на суточном дежурстве, я стучу в его дверь.
Это история о женщине, которая рискнула всем ради права чувствовать. О запретной любви, которая не должна была случиться. О выборе между привычным «правильно» и пугающим «настоящим». И о мужчине, который сказал: «Я не тороплюсь. Я подожду».
Пока в один вторник всё не изменилось.
Даниил — сын моего мужа от первого брака. Ему двадцать четыре. Он живёт в гостевом флигеле, много молчит и смотрит на меня не так, как смотрят на мачеху. Я пыталась сопротивляться. Убеждала себя, что это просто кризис возраста, игра гормонов, глупость. Но каждую неделю, ровно в 21:00, когда муж на суточном дежурстве, я стучу в его дверь.
Это история о женщине, которая рискнула всем ради права чувствовать. О запретной любви, которая не должна была случиться. О выборе между привычным «правильно» и пугающим «настоящим». И о мужчине, который сказал: «Я не тороплюсь. Я подожду».
В день моего пятидесятилетия муж подарил мне развод — и молодую женщину, которую уже посадил в моё кресло.
Леонид уверен: после двадцати восьми лет брака мне хватит загородного дома, машины и роли почётной бывшей жены. А сеть исторических гостиниц «Эпоха», которую мы создавали с нуля, останется ему.
Он не учёл одного.
Среди коробок с моими вещами я нахожу старое соглашение. Название, концепция и правила, превратившие разрозненные здания в прибыльную империю, всё ещё принадлежат мне. Через шестьдесят дней право мужа пользоваться ими закончится — если я не поставлю подпись.
Теперь Леонид готов отнять у меня деньги, дом и даже доверие дочери. Мне предстоит доказать партнёрам, сотрудникам и самой себе, что за блестящим фасадом «Эпохи» все эти годы стояла не жена великого бизнесмена, а женщина, способная построить собственную жизнь.
И рядом неожиданно оказывается мужчина, который помнит, кто на самом деле создавал эту империю.
Леонид уверен: после двадцати восьми лет брака мне хватит загородного дома, машины и роли почётной бывшей жены. А сеть исторических гостиниц «Эпоха», которую мы создавали с нуля, останется ему.
Он не учёл одного.
Среди коробок с моими вещами я нахожу старое соглашение. Название, концепция и правила, превратившие разрозненные здания в прибыльную империю, всё ещё принадлежат мне. Через шестьдесят дней право мужа пользоваться ими закончится — если я не поставлю подпись.
Теперь Леонид готов отнять у меня деньги, дом и даже доверие дочери. Мне предстоит доказать партнёрам, сотрудникам и самой себе, что за блестящим фасадом «Эпохи» все эти годы стояла не жена великого бизнесмена, а женщина, способная построить собственную жизнь.
И рядом неожиданно оказывается мужчина, который помнит, кто на самом деле создавал эту империю.
— Я не буду ходить вокруг. Мы с Кирой вместе.
Муж произносит это между свадебной церемонией нашей дочери и первым семейным тостом. Я могла сорвать праздник, вывести его любовницу за дверь и рассказать всем правду. Вместо этого я заканчиваю церемонию — и после последнего гостя перестаю быть удобной женой.
Теперь мне предстоит отстоять свою долю в квартире, спасти цветочную студию и заново выстроить отношения с дочерью, которая боится, что наш развод разрушит ее молодую семью.
А рядом оказывается Константин Руднев — отец жениха и владелец отеля, где прошла свадьба. Он предлагает моей студии честный контракт и поддержку, о которой я не просила. Между нами возникает чувство, но окружающие видят в нем лишь месть бывшему.
Смогу ли я выбрать любовь, не отказавшись от собственной свободы? И выдержат ли две семьи правду о том, что новая жизнь началась в день чужой свадьбы?
Муж произносит это между свадебной церемонией нашей дочери и первым семейным тостом. Я могла сорвать праздник, вывести его любовницу за дверь и рассказать всем правду. Вместо этого я заканчиваю церемонию — и после последнего гостя перестаю быть удобной женой.
Теперь мне предстоит отстоять свою долю в квартире, спасти цветочную студию и заново выстроить отношения с дочерью, которая боится, что наш развод разрушит ее молодую семью.
А рядом оказывается Константин Руднев — отец жениха и владелец отеля, где прошла свадьба. Он предлагает моей студии честный контракт и поддержку, о которой я не просила. Между нами возникает чувство, но окружающие видят в нем лишь месть бывшему.
Смогу ли я выбрать любовь, не отказавшись от собственной свободы? И выдержат ли две семьи правду о том, что новая жизнь началась в день чужой свадьбы?
В день нашей двадцатой годовщины мой муж, генерал Савелий Ордынцев, вывел на сцену другую женщину и назвал её создательницей проекта, которому я отдала семь лет.
А через девять минут сообщил, что наш брак окончен.
Развестись — можно. Но публично я должна остаться безупречной генеральской женой, передать архив его фонду и молчать.
Он был уверен, что без его фамилии у меня не останется ничего.
Я ушла с одним чемоданом и старым ключом, который привёл меня на заброшенную телеграфную станцию. Там хранились письма женщин, чьи идеи, труд и достижения присвоили другие. И документы, доказывающие: мой муж много лет поступал со мной точно так же.
Теперь мне предстоит вернуть своё имя, защитить архив и открыть «Дом голосов». А ещё понять, смогу ли я после двадцати лет рядом с человеком, привыкшим командовать, довериться мужчине, который не обещает меня спасти — только предлагает идти рядом.
Генерал Ордынцев ещё не понял: командовать мной поздно.
А через девять минут сообщил, что наш брак окончен.
Развестись — можно. Но публично я должна остаться безупречной генеральской женой, передать архив его фонду и молчать.
Он был уверен, что без его фамилии у меня не останется ничего.
Я ушла с одним чемоданом и старым ключом, который привёл меня на заброшенную телеграфную станцию. Там хранились письма женщин, чьи идеи, труд и достижения присвоили другие. И документы, доказывающие: мой муж много лет поступал со мной точно так же.
Теперь мне предстоит вернуть своё имя, защитить архив и открыть «Дом голосов». А ещё понять, смогу ли я после двадцати лет рядом с человеком, привыкшим командовать, довериться мужчине, который не обещает меня спасти — только предлагает идти рядом.
Генерал Ордынцев ещё не понял: командовать мной поздно.
В день своего пятьдесят первого рождения Злата Вересова ждёт, что муж наконец назовёт её автором главного проекта их компании.
Вместо этого Ростислав объявляет о разводе перед гостями, выводит на сцену молодую любовницу — и оставляет жене поручительство на сорок два миллиона рублей.
Пока прибыльные контракты, сотрудники и чертежи Златы переходят в фирму соперницы, ей достаются пустые счета и часы, которые должны сломаться во время прямой трансляции. Виновной заранее назначили её.
Чтобы сохранить дом, достаточно подписать отказ от собственного имени. Чтобы сохранить себя, придётся за тридцать дней собрать новую команду, доказать авторство и запустить механизм, который муж собирался использовать против неё.
Рядом оказывается Матвей — мужчина, который не обещает спасти, не требует подчинения и впервые называет её работу её именем.
Ростислав уверен: в пятьдесят один год поздно начинать сначала.
Он ещё не понял, что Злата уже начала.
Вместо этого Ростислав объявляет о разводе перед гостями, выводит на сцену молодую любовницу — и оставляет жене поручительство на сорок два миллиона рублей.
Пока прибыльные контракты, сотрудники и чертежи Златы переходят в фирму соперницы, ей достаются пустые счета и часы, которые должны сломаться во время прямой трансляции. Виновной заранее назначили её.
Чтобы сохранить дом, достаточно подписать отказ от собственного имени. Чтобы сохранить себя, придётся за тридцать дней собрать новую команду, доказать авторство и запустить механизм, который муж собирался использовать против неё.
Рядом оказывается Матвей — мужчина, который не обещает спасти, не требует подчинения и впервые называет её работу её именем.
Ростислав уверен: в пятьдесят один год поздно начинать сначала.
Он ещё не понял, что Злата уже начала.
— Тётя Яся, почему здесь написано, что ты моя мать?
На двадцать пятом дне рождения Мирославы семейный тест должен был стать необычным подарком. Вместо этого он раскрыл тайну, которую от меня скрывали четверть века: девушка, выросшая дочерью моей сестры, на самом деле — моя дочь.
Но самое страшное открытие ждало впереди. Мой муж не удивился результатам. Он знал правду двенадцать лет и решил, что имеет право молчать ради сохранения семьи.
Теперь сестра боится потерять дочь, муж требует забыть о разводе, а Мирослава не знает, кого из нас называть мамой. Но я больше не позволю другим распоряжаться моей жизнью. Я ухожу от мужа, начинаю всё заново и учусь быть матерью взрослой женщине, у которой уже есть мама.
И именно тогда рядом появляется мужчина, который не пытается решать за меня.
Можно ли вернуть потерянные годы, не разрушив тех, кого любишь? И что останется от семьи, когда правда наконец прозвучит?
На двадцать пятом дне рождения Мирославы семейный тест должен был стать необычным подарком. Вместо этого он раскрыл тайну, которую от меня скрывали четверть века: девушка, выросшая дочерью моей сестры, на самом деле — моя дочь.
Но самое страшное открытие ждало впереди. Мой муж не удивился результатам. Он знал правду двенадцать лет и решил, что имеет право молчать ради сохранения семьи.
Теперь сестра боится потерять дочь, муж требует забыть о разводе, а Мирослава не знает, кого из нас называть мамой. Но я больше не позволю другим распоряжаться моей жизнью. Я ухожу от мужа, начинаю всё заново и учусь быть матерью взрослой женщине, у которой уже есть мама.
И именно тогда рядом появляется мужчина, который не пытается решать за меня.
Можно ли вернуть потерянные годы, не разрушив тех, кого любишь? И что останется от семьи, когда правда наконец прозвучит?
Выберите полку для книги