Книги по тегу «семейная драма»: ""
— Почему ты вернулся? — спросила я.
Он немного помолчал.
— Не знаю, — сказал наконец. — Может, хотел посмотреть, остался ли кто-то, кто помнит меня не таким, каким я стал.
— А если никто не остался?
— Тогда уйду снова.
Мы молчали. Вода шевелилась у камней. Я хотела сказать, что помню. Что он всегда был здесь. Но слова не проходили через горло.
— Ты изменилась, — сказал он. — Стала… спокойнее.
— Это не комплимент.
— Это не укор. — Он чуть улыбнулся. — Ты держишь всё при себе. Раньше не умела.
— Раньше не было чего держать.
Секунд десять мира вокруг не существовало. Мы остановились одновременно — как по внутреннему таймеру. Глубоко вздохнули и выдохнули.
— Я хочу, чтобы ты выбирала, — сказал он.
— А если я выберу неправильно?
— Тогда это будет твоё «неправильно».
Он немного помолчал.
— Не знаю, — сказал наконец. — Может, хотел посмотреть, остался ли кто-то, кто помнит меня не таким, каким я стал.
— А если никто не остался?
— Тогда уйду снова.
Мы молчали. Вода шевелилась у камней. Я хотела сказать, что помню. Что он всегда был здесь. Но слова не проходили через горло.
— Ты изменилась, — сказал он. — Стала… спокойнее.
— Это не комплимент.
— Это не укор. — Он чуть улыбнулся. — Ты держишь всё при себе. Раньше не умела.
— Раньше не было чего держать.
Секунд десять мира вокруг не существовало. Мы остановились одновременно — как по внутреннему таймеру. Глубоко вздохнули и выдохнули.
— Я хочу, чтобы ты выбирала, — сказал он.
— А если я выберу неправильно?
— Тогда это будет твоё «неправильно».
Любовники отдались своей страсти в комнате, прямо на полу. Ничего не подозревающая Нинка, храпела рядышком на диване.
Когда забрезжил рассвет, вышли покурить на кухню. Снежана сидела на коленях Романа и выпускала из своего презрительного рта, клубы дыма.
- Идти мне надо, твоя проснётся скоро, - тяжело вздохнула девушка, - когда уйдёшь - то от неё? Всё обещаешь, обещаешь…
- Кисуууля, - мужчина, как довольный кот, который наелся сметаны, потянулся всем телом, - полквартиры уже на мне. Всю отжать надо! Ты же не примешь меня без жилплощади?! - затушил он сигарету и смачно чмокнул Снежку в щёку.
- Конечно нет, - рыжая ловко соскочила с его колен, - даже и не мечтай! Но ждать мне тоже надоело, одними завтраками кормишь…
- Звёздочка моя, ну потерпи ещё немного! - Роман занервничал, он был не готов потерять Снежану.
Мужчина сам не понимал, почему его так заклинило на ней - некрасивая, высокомерная, грубоватая. Но жил в этой рыжей девке Чёрт или Дьявол, который манил и притягивал...
Когда забрезжил рассвет, вышли покурить на кухню. Снежана сидела на коленях Романа и выпускала из своего презрительного рта, клубы дыма.
- Идти мне надо, твоя проснётся скоро, - тяжело вздохнула девушка, - когда уйдёшь - то от неё? Всё обещаешь, обещаешь…
- Кисуууля, - мужчина, как довольный кот, который наелся сметаны, потянулся всем телом, - полквартиры уже на мне. Всю отжать надо! Ты же не примешь меня без жилплощади?! - затушил он сигарету и смачно чмокнул Снежку в щёку.
- Конечно нет, - рыжая ловко соскочила с его колен, - даже и не мечтай! Но ждать мне тоже надоело, одними завтраками кормишь…
- Звёздочка моя, ну потерпи ещё немного! - Роман занервничал, он был не готов потерять Снежану.
Мужчина сам не понимал, почему его так заклинило на ней - некрасивая, высокомерная, грубоватая. Но жил в этой рыжей девке Чёрт или Дьявол, который манил и притягивал...
Максим Власов – единственное сокровище у матери. Он мечтал закончить институт, устроиться на престижную работу и сделать предложение любимой девушке. Кто же мог подумать, что возлюбленная отправит его за решетку на восемь долгих лет. Отсидев по "нехорошей" статье, Власов узнает, что его мать не пережила суда. Одержимый ненавистью, он мечтает лишь об одном: отомстить всем, кто виновен в его разрушенной жизни. Первой в "черном списке" оказывается его возлюбленная – Карина Горская. Будто насмехаясь, судьба услужливо устраивает им встречу...
Ещё вчера я была всего лишь обманутой женой, которой изменил муж и которая пыталась понять, как жить после развода. А сегодня неожиданно стала наследницей целого состояния.
Но моё наследство принесло мне смертельную опасность.
Муж не смог смириться с тем, что деньги уплыли из его рук и решил от меня избавиться...
Но моё наследство принесло мне смертельную опасность.
Муж не смог смириться с тем, что деньги уплыли из его рук и решил от меня избавиться...
Я аудитор. Моя работа — не верить словам и проверять, что за ними стоит на бумаге.
Дома я этого никогда не делала. Мужу я просто верила, так было спокойнее.
Теперь у меня есть папка, на корешке которой написано «Свадьба». В этом доме её никто не откроет.
Скандала не будет. По утрам я варю кофе на двоих, улыбаюсь за завтраком и сверяю даты: банковские выписки, реестр, чужие подписи, соседка с мусорным пакетом, которая видела больше меня.
Муж уверен, что я никуда не денусь, — и в чём-то он прав. Не учёл он одного: я считаю быстрее, чем он врёт.
А самое трудное начнётся потом — когда муж станет идеальным и подшивать в папку будет нечего.
Дома я этого никогда не делала. Мужу я просто верила, так было спокойнее.
Теперь у меня есть папка, на корешке которой написано «Свадьба». В этом доме её никто не откроет.
Скандала не будет. По утрам я варю кофе на двоих, улыбаюсь за завтраком и сверяю даты: банковские выписки, реестр, чужие подписи, соседка с мусорным пакетом, которая видела больше меня.
Муж уверен, что я никуда не денусь, — и в чём-то он прав. Не учёл он одного: я считаю быстрее, чем он врёт.
А самое трудное начнётся потом — когда муж станет идеальным и подшивать в папку будет нечего.
💥 ЭКСКЛЮЗИВ 💥
— Только Андрюше ничего не говорите… Это... боже, какая нелепая случайность.
— Заткнись! — резко обрываю нахалку. — Ты случайно оказалась в нашей спальне, по пути потеряв одежду? Или считаешь меня идиоткой, которой легко навешать на уши лапшу?
Роберт встаёт, его лицо налито злобой.
Он даже не скрывает раздражения:
— Ты сама виновата, — бросает, сжимая кулаки. — Превратилась в старуху, Альбина. С этими своими грибами, дачами, вечной заботой мамки. А мне хотелось просто расслабиться. Вот и всё.
— С женой нашего сына? Ты хотя бы понимаешь, как это отвратительно?
Он закатывает глаза.
— Забудь. Пустяк, Альбина. Побереги нервы, в твоем возрасте противопоказаны эмоциональные скандалы. Вечером семейный ужин, надеюсь, не додумаешься до того, чтобы ныть и позорить членов своей семьи?
— Только Андрюше ничего не говорите… Это... боже, какая нелепая случайность.
— Заткнись! — резко обрываю нахалку. — Ты случайно оказалась в нашей спальне, по пути потеряв одежду? Или считаешь меня идиоткой, которой легко навешать на уши лапшу?
Роберт встаёт, его лицо налито злобой.
Он даже не скрывает раздражения:
— Ты сама виновата, — бросает, сжимая кулаки. — Превратилась в старуху, Альбина. С этими своими грибами, дачами, вечной заботой мамки. А мне хотелось просто расслабиться. Вот и всё.
— С женой нашего сына? Ты хотя бы понимаешь, как это отвратительно?
Он закатывает глаза.
— Забудь. Пустяк, Альбина. Побереги нервы, в твоем возрасте противопоказаны эмоциональные скандалы. Вечером семейный ужин, надеюсь, не додумаешься до того, чтобы ныть и позорить членов своей семьи?
Семейный ужин обернулся катастрофой. Сын привел домой девушку, а муж выгнал её, не пожелав даже познакомиться.
Я думала, она ему просто не понравилась, но правда была куда страшнее — девушка оказалась его любовницей.
Мы с сыном в тот же вечер ушли из дома. А муж... Он пока ещё не знает, что тихони тоже умеют мстить.
Я думала, она ему просто не понравилась, но правда была куда страшнее — девушка оказалась его любовницей.
Мы с сыном в тот же вечер ушли из дома. А муж... Он пока ещё не знает, что тихони тоже умеют мстить.
На благотворительном вечере мой муж-генерал выводит меня на сцену и при вспышках камер объявляет о разводе.
Рядом с ним уже стоит другая женщина.
А в моей сумке лежит письмо о том, что я жду близнецов.
Я не устраиваю сцен. Не прошу его остаться. Уезжаю на забытый остров, восстанавливаю старый маяк и начинаю жизнь заново.
Моих детей растит Тимофей — мужчина, который не раздаёт красивых обещаний, а просто остаётся рядом.
Шесть лет спустя генерал возвращается с приказом закрыть наш центр и забрать землю. Он ещё не знает, что двое детей, бегущих навстречу другому мужчине с криком «папа», — его родные сын и дочь.
Теперь Демьян хочет участвовать в их жизни. Хочет вернуть семью. Хочет вернуть меня.
Но можно ли вернуть женщину, которую однажды публично предал?
И кто является настоящим отцом: тот, чья кровь течёт в детях, или тот, кто растил их каждый день?
Рядом с ним уже стоит другая женщина.
А в моей сумке лежит письмо о том, что я жду близнецов.
Я не устраиваю сцен. Не прошу его остаться. Уезжаю на забытый остров, восстанавливаю старый маяк и начинаю жизнь заново.
Моих детей растит Тимофей — мужчина, который не раздаёт красивых обещаний, а просто остаётся рядом.
Шесть лет спустя генерал возвращается с приказом закрыть наш центр и забрать землю. Он ещё не знает, что двое детей, бегущих навстречу другому мужчине с криком «папа», — его родные сын и дочь.
Теперь Демьян хочет участвовать в их жизни. Хочет вернуть семью. Хочет вернуть меня.
Но можно ли вернуть женщину, которую однажды публично предал?
И кто является настоящим отцом: тот, чья кровь течёт в детях, или тот, кто растил их каждый день?
- Рома, что ты наделал? Господи, что ты наделал!
От ужаса и отвращения мне слепит глаза. Но даже так, лишившись зрения, я не могу развидеть страшную картину: мой муж и моя сестра! Моя младшая сестренка, которая росла у нас на глазах.
- Маша, успокойся. – Равнодушно цедит Роман. – Ничего не случилось, я люблю твою сестру, а она любит меня. Мы ждем ребенка.
- А я?
- А ты как-нибудь сама.
Первый раз родители бросили меня, когда я родилась. Во второй, когда скрыли от меня связь младшей сестры и моего мужа. В третьей, когда обвинили в том, что это она, а не я родит им внука.
Ребенка от моего мужа! Который ушел из дома, так и не узнав, что последнее ЭКО дало результат.
Ты станешь папой дважды, милый. Я и правда как-нибудь сама. Справлюсь, выношу, рожу, отомщу.
От ужаса и отвращения мне слепит глаза. Но даже так, лишившись зрения, я не могу развидеть страшную картину: мой муж и моя сестра! Моя младшая сестренка, которая росла у нас на глазах.
- Маша, успокойся. – Равнодушно цедит Роман. – Ничего не случилось, я люблю твою сестру, а она любит меня. Мы ждем ребенка.
- А я?
- А ты как-нибудь сама.
Первый раз родители бросили меня, когда я родилась. Во второй, когда скрыли от меня связь младшей сестры и моего мужа. В третьей, когда обвинили в том, что это она, а не я родит им внука.
Ребенка от моего мужа! Который ушел из дома, так и не узнав, что последнее ЭКО дало результат.
Ты станешь папой дважды, милый. Я и правда как-нибудь сама. Справлюсь, выношу, рожу, отомщу.
Акушерка Ирина не знала одиночества, пока не встретила Сергея. Он был успешным хирургом, обещал уйти от бесплодной жены Веры и начать новую жизнь. Она поверила. Но когда жена Сергея наконец забеременела, он просто исчез.
Спустя 9 месяцев Ирина приняла роды у Веры. Её руки держали ребёнка Сергея. Здорового, розового, крикливого мальчика.
А в соседней блоке рожала бедная женщина — и её ребёнок задыхался от гипоксии.
Ирина поняла: она может убить двух зайцев одним выстрелом. Наказать Сергея — пусть получит больного наследника. И дать шанс бедному младенцу вырасти в роскоши. Ирина поменяла бирки за три секунды...
«Бирка» — это честный роман о том, как обида рождает чудовищ, а любовь оказывается сильнее крови.
Спустя 9 месяцев Ирина приняла роды у Веры. Её руки держали ребёнка Сергея. Здорового, розового, крикливого мальчика.
А в соседней блоке рожала бедная женщина — и её ребёнок задыхался от гипоксии.
Ирина поняла: она может убить двух зайцев одним выстрелом. Наказать Сергея — пусть получит больного наследника. И дать шанс бедному младенцу вырасти в роскоши. Ирина поменяла бирки за три секунды...
«Бирка» — это честный роман о том, как обида рождает чудовищ, а любовь оказывается сильнее крови.
Выберите полку для книги