Книги по тегу «семейная драма»: ""
— Не могу поверить, что ты подрался из-за меня.
— Ну ты же теперь моя сестренка, — с ленивой ухмылкой протягивает Чернов, нависая всем телом.
— Сводная!
— Хорошо, что ты уточнила это, стоя передо мной на коленях, — хохочет этот гад, скользнув к моей талии. — Иначе было бы неловко, дорогая.
Сколько себя помню, Кирилл Чернов превращал мою жизнь в ад. С детского сада и до университетской скамьи этот мажор отрабатывал на мне свои лучшие саркастичные приемы. Но у меня всегда оставался козырь — вечером я возвращалась домой, где его не было.
Пока мама не ошарашила меня новостью о помолвке с его отцом.
Теперь мы сводные. И, как вишенка на этом безумном торте: родители умотали в медовый месяц, оставив нас запертыми в огромном особняке на целую неделю. Что может быть хуже?! Если бы я только знала, чем закончатся эти 7 дней со сводным братом наедине…
— Ну ты же теперь моя сестренка, — с ленивой ухмылкой протягивает Чернов, нависая всем телом.
— Сводная!
— Хорошо, что ты уточнила это, стоя передо мной на коленях, — хохочет этот гад, скользнув к моей талии. — Иначе было бы неловко, дорогая.
Сколько себя помню, Кирилл Чернов превращал мою жизнь в ад. С детского сада и до университетской скамьи этот мажор отрабатывал на мне свои лучшие саркастичные приемы. Но у меня всегда оставался козырь — вечером я возвращалась домой, где его не было.
Пока мама не ошарашила меня новостью о помолвке с его отцом.
Теперь мы сводные. И, как вишенка на этом безумном торте: родители умотали в медовый месяц, оставив нас запертыми в огромном особняке на целую неделю. Что может быть хуже?! Если бы я только знала, чем закончатся эти 7 дней со сводным братом наедине…
- И вот на это ты решил меня променять? – трясет смартфоном перед лицом Наталья. – Ты в своем уме? Она ровесница нашей дочери!
- Успокойся и не истери, сериал включи, как раз начался твой любимый, - спокойно поправляю галстук, собираясь на свидание к Маше.
- Не истери? Лев, ты в своем уме? Двадцать пять лет брака и ты заводишь шашни с двадцатилетней пигалицей, ставя на кон все?
- Почему шашни? Наташ, я подаю на развод, ты мне надоела и наш брак давно чистая формальность, так что не трать время на претензии, лучше приведи себя в порядок, превратилась в жирную бесформенную домохозяйку, смотреть тошно…
- Успокойся и не истери, сериал включи, как раз начался твой любимый, - спокойно поправляю галстук, собираясь на свидание к Маше.
- Не истери? Лев, ты в своем уме? Двадцать пять лет брака и ты заводишь шашни с двадцатилетней пигалицей, ставя на кон все?
- Почему шашни? Наташ, я подаю на развод, ты мне надоела и наш брак давно чистая формальность, так что не трать время на претензии, лучше приведи себя в порядок, превратилась в жирную бесформенную домохозяйку, смотреть тошно…
Одна женщина.
Трое мужчин: муж, любовник, сын. Все они с секретами.
Муж, старше на двадцать лет и скорее наставник, чем супруг. Он что-то скрывает? Быть такого не может, за десять лет брака она хорошо его изучила.
Любовник гипотетический и лишь в головах окружающих, а на деле – аспирант, сильно моложе. Красавец с гениальными мозгами.
Сын приемный. Единственный. Подарок Судьбы
Если жизнь твоя давно спокойна и налажена, важно помнить, что мудростью своей народ делится не зря. А поговорка "И на старуху бывает проруха" зачастую идет вместе с "Не хвали день до вечера, машину до парковки, а мужа до погребальной процессии".
Семейная сага, где вдохновенно страдают даже герои второго плана.
Роман-терапия для взрослых девочек
ХЭ
Обложка от And Artedox
Трое мужчин: муж, любовник, сын. Все они с секретами.
Муж, старше на двадцать лет и скорее наставник, чем супруг. Он что-то скрывает? Быть такого не может, за десять лет брака она хорошо его изучила.
Любовник гипотетический и лишь в головах окружающих, а на деле – аспирант, сильно моложе. Красавец с гениальными мозгами.
Сын приемный. Единственный. Подарок Судьбы
Если жизнь твоя давно спокойна и налажена, важно помнить, что мудростью своей народ делится не зря. А поговорка "И на старуху бывает проруха" зачастую идет вместе с "Не хвали день до вечера, машину до парковки, а мужа до погребальной процессии".
Семейная сага, где вдохновенно страдают даже герои второго плана.
Роман-терапия для взрослых девочек
ХЭ
Обложка от And Artedox
Студентка-отличница Яна Зиновьева вот уже несколько раз безуспешно пытается сдать экзамен по предпринимательскому праву. В процессе общения со строгим преподавателем Салминым девушка понимает, что по-настоящему увлечена им как мужчиной. Однако в ходе различных событий выясняется, что Ирину, мать Яны, и Салмина связывает давняя общая тайна...
ПОДПИСКА, ХЭППИ-ЭНД
ПОДПИСКА, ХЭППИ-ЭНД
Муж изменил мне с моей собственной матерью, и теперь она ждёт от него ребёнка.
Есть от чего сойти с ума? Но, видимо, и этого испытания мне недостаточно.
- Лера, - мать смотрит мне прямо в глаза, и в её взгляде нет ни капли раскаяния, - подумай, дочка. Ведь я могу родить этого ребёнка... для вас.
- Что ты несёшь... - шепчу в ответ, задыхаясь от кома в горле. Всё ещё не верю в происходящее.
- Подумай, дочка! - с нажимом повторяет мама. - Этот малыш спасёт ваш с Арсением брак. Ты бесплодна, а ему нужен наследник... и я могу вам его дать!
Боже... Кажется, я попала в параллельную вселенную. Где самые близкие люди оказались хуже кровных врагов.
Может, это всё-таки сон?
Нет... Реальность.
В которой меня предала собственная мать.
А самое страшное, что любимый муж на её стороне…
Есть от чего сойти с ума? Но, видимо, и этого испытания мне недостаточно.
- Лера, - мать смотрит мне прямо в глаза, и в её взгляде нет ни капли раскаяния, - подумай, дочка. Ведь я могу родить этого ребёнка... для вас.
- Что ты несёшь... - шепчу в ответ, задыхаясь от кома в горле. Всё ещё не верю в происходящее.
- Подумай, дочка! - с нажимом повторяет мама. - Этот малыш спасёт ваш с Арсением брак. Ты бесплодна, а ему нужен наследник... и я могу вам его дать!
Боже... Кажется, я попала в параллельную вселенную. Где самые близкие люди оказались хуже кровных врагов.
Может, это всё-таки сон?
Нет... Реальность.
В которой меня предала собственная мать.
А самое страшное, что любимый муж на её стороне…
- Зачем этот фарс? – еле слышно шепчу, прижатая к входной двери сильным телом. – Ты сегодня женишься на моей сестре. Несчастными будут все…
- Люблю тебя! Хоть так буду рядом с тобой, - он криво усмехается и жарко выдыхает мне в висок.
- Вига же любит тебя. А ты ее сломаешь. Она не заслужила этого...
- Мы все равно поженимся. Это не обсуждается!
Хочется кричать от обиды, боли и бессилия...
Мне жалко ЕЁ, ЕГО, СЕБЯ...
Говорят, самые крепкие браки – по расчету. Да, но только если расчет сделан правильно.
Третья история цикла: Илья Фирс и Ядвига Янтарская
ТРАГЕДИЯ, ХЭ с точки зрения героев, но поперек мнения Автора и здравого смысла.
Герой жесток, одержим и с приветом: немного маньяк, чуть-чуть вуайерист и слегка того...
«Маленькие трагедии современности», «богатые тоже плачут» и «не надо ТАК» - все здесь
- Люблю тебя! Хоть так буду рядом с тобой, - он криво усмехается и жарко выдыхает мне в висок.
- Вига же любит тебя. А ты ее сломаешь. Она не заслужила этого...
- Мы все равно поженимся. Это не обсуждается!
Хочется кричать от обиды, боли и бессилия...
Мне жалко ЕЁ, ЕГО, СЕБЯ...
Говорят, самые крепкие браки – по расчету. Да, но только если расчет сделан правильно.
Третья история цикла: Илья Фирс и Ядвига Янтарская
ТРАГЕДИЯ, ХЭ с точки зрения героев, но поперек мнения Автора и здравого смысла.
Герой жесток, одержим и с приветом: немного маньяк, чуть-чуть вуайерист и слегка того...
«Маленькие трагедии современности», «богатые тоже плачут» и «не надо ТАК» - все здесь
- Я всё объясню! - горячо заверил муж, когда я застала его в обществе молоденькой девушки.
Он действительно всё объяснил. Вот только оказалось, что его тайна куда страшнее простой измены.
И это было только начало. Спустя некоторое время он сам обвинил меня в измене и объявил нам с сыном настоящую войну…
Он действительно всё объяснил. Вот только оказалось, что его тайна куда страшнее простой измены.
И это было только начало. Спустя некоторое время он сам обвинил меня в измене и объявил нам с сыном настоящую войну…
– Добудь мне номерок вон той чёрненькой.
– Слушай, Мишань. Эта девчонка не из таких... – Костров непонимающе глядит на него, и Левон поясняет. – К которым ты привык.
– То есть я только с курицами могу мутить, по-твоему?!
– Я имел в виду, что серьёзные отношения тебе ни к чему сейчас.
– Давай я сам как-нибудь разберусь, а?
– Ну, как знаешь. Потом не говори, что не предупреждал.
А через девять месяцев он стоял в палате отказников в роддоме.
– Точно мой?
– Да, не сомневайтесь. Вот, заявление от Натальи Викторовны…
Он не сомневается, что сын его. Миха был у Наташки первым. Первый секс, первый залет. Она не хотела делать аборт – боялась, что потом не сможет родить. А оставить, видать, не захотела. Что люди-то скажут? Сволочь.
– Ну, привет, друг. – Костров осторожно отгибает край рукавчика и берёт мальчишку за ладошку. Пальцы у него тоненькие, почти прозрачные. Мальчик оживляется, дёргает ножками, крепко сжимает его палец в кулачке.
– Сильный. Хороший будет удар у тебя, мелкий.
– Слушай, Мишань. Эта девчонка не из таких... – Костров непонимающе глядит на него, и Левон поясняет. – К которым ты привык.
– То есть я только с курицами могу мутить, по-твоему?!
– Я имел в виду, что серьёзные отношения тебе ни к чему сейчас.
– Давай я сам как-нибудь разберусь, а?
– Ну, как знаешь. Потом не говори, что не предупреждал.
А через девять месяцев он стоял в палате отказников в роддоме.
– Точно мой?
– Да, не сомневайтесь. Вот, заявление от Натальи Викторовны…
Он не сомневается, что сын его. Миха был у Наташки первым. Первый секс, первый залет. Она не хотела делать аборт – боялась, что потом не сможет родить. А оставить, видать, не захотела. Что люди-то скажут? Сволочь.
– Ну, привет, друг. – Костров осторожно отгибает край рукавчика и берёт мальчишку за ладошку. Пальцы у него тоненькие, почти прозрачные. Мальчик оживляется, дёргает ножками, крепко сжимает его палец в кулачке.
– Сильный. Хороший будет удар у тебя, мелкий.
— Ничего не было, — прорычал он, хватая меня за плечи и заглядывая в глаза.
— А что ж ты так? Ты ведь так хотел, — съязвила я.
— Прекрати!
Я вздрогнула от грозного крика мужа.
Стас склонился и уткнулся своим лбом в мой.
— У любого мужика встанет на такую, — он кивнул на дверь, за которой скрылась Ангелина.
— Но не каждый предложит жене открыть брак, — заявила я, снова становясь серьезной. — Ты знаешь, следующего раза не будет. Мне здесь делать больше нечего. Дочь меня знать не желает, ты хочешь развлекаться в постели с кем-то помоложе. Пожалуйста. Живите без меня!
— Полина, ты не можешь уйти.
— А что ж ты так? Ты ведь так хотел, — съязвила я.
— Прекрати!
Я вздрогнула от грозного крика мужа.
Стас склонился и уткнулся своим лбом в мой.
— У любого мужика встанет на такую, — он кивнул на дверь, за которой скрылась Ангелина.
— Но не каждый предложит жене открыть брак, — заявила я, снова становясь серьезной. — Ты знаешь, следующего раза не будет. Мне здесь делать больше нечего. Дочь меня знать не желает, ты хочешь развлекаться в постели с кем-то помоложе. Пожалуйста. Живите без меня!
— Полина, ты не можешь уйти.
– Эльза, отдел дизайна – самое тихое место в холдинге. Работай спокойно, никто тебя не потревожит, – хмыкнул, открывая дверь. – А я пока разберусь с твоими проблемами и наследством.
– Спасибо, – еле слышный шепот и она бесшумно устраивается за рабочим столом.
Моя очередная проблема: сильно битая жизнью девочка, которую, конечно, надо спасти и защитить. Как всегда.
За десять лет договорного брака Эльза привыкла к равнодушию, пренебрежению и изменам мужа. Научилась быть чуткой, незаметной и не нуждаться в людях, ведь они всегда бросают или предают. Но здесь, рядом с Эриком Бергом, который решает ее проблемы, ей неожиданно спокойно.
Но как быть, если в мирное настоящее врывается страшное прошлое?
– Спасибо, – еле слышный шепот и она бесшумно устраивается за рабочим столом.
Моя очередная проблема: сильно битая жизнью девочка, которую, конечно, надо спасти и защитить. Как всегда.
За десять лет договорного брака Эльза привыкла к равнодушию, пренебрежению и изменам мужа. Научилась быть чуткой, незаметной и не нуждаться в людях, ведь они всегда бросают или предают. Но здесь, рядом с Эриком Бергом, который решает ее проблемы, ей неожиданно спокойно.
Но как быть, если в мирное настоящее врывается страшное прошлое?
Выберите полку для книги