Книги по тегу «сильная героиня»: ""
- Ты бесплодная пустышка. За столько лет не смогла родить ребенка, а я вот сразу забеременела, - с ядовитой улыбкой говорит девка, глядя на меня так, будто уже победила.
Ее слова задевают, но я упрямо держу лицо. Я не позволю ей увидеть, как это больно.
- Мы разводимся, и я женюсь на Диане, - холодно, почти равнодушно произносит муж, выталкивая меня за дверь, словно я - лишняя вещь в его новой жизни. - А ты уезжай. Не видишь? Я счастлив без тебя. С ней. А ты… ты и правда бракованная.
Я застала мужа с другой в тот самый день, когда у нас был последний шанс стать родителями. День, в который я ехала к нему с надеждой, с верой, с любовью. Но оказалось, что для него этот шанс уже реализован, только не со мной.
Раздавленная предательством и унижением, я делаю то, на что никогда бы не решилась раньше.
Я провожу ночь с незнакомцем, с которым просто пытаюсь забыться.
Но утром понимаю, что ничего не помню из той ночи.
И это пугает, потому что у каждого поступка могут быть последствия..
Ее слова задевают, но я упрямо держу лицо. Я не позволю ей увидеть, как это больно.
- Мы разводимся, и я женюсь на Диане, - холодно, почти равнодушно произносит муж, выталкивая меня за дверь, словно я - лишняя вещь в его новой жизни. - А ты уезжай. Не видишь? Я счастлив без тебя. С ней. А ты… ты и правда бракованная.
Я застала мужа с другой в тот самый день, когда у нас был последний шанс стать родителями. День, в который я ехала к нему с надеждой, с верой, с любовью. Но оказалось, что для него этот шанс уже реализован, только не со мной.
Раздавленная предательством и унижением, я делаю то, на что никогда бы не решилась раньше.
Я провожу ночь с незнакомцем, с которым просто пытаюсь забыться.
Но утром понимаю, что ничего не помню из той ночи.
И это пугает, потому что у каждого поступка могут быть последствия..
— Я…
“Беременна” застряло в горле, потому что мой взгляд неожиданно зацепился за надпись на бумагах, брошенных мужем на стол.
— Подпиши, Надя, — устало попросил Олег.
“Заявление о расторжении брака”
— Что это, Соколов?
— Заявление. У меня другая и она беременна.
В день, когда я хотела сообщить о беременности, мой муж сказал, что уходит к другой. Я дала ему развод, чтобы через полгода увидеть бывшего с вопросом: “Это… мой сын”?
“Беременна” застряло в горле, потому что мой взгляд неожиданно зацепился за надпись на бумагах, брошенных мужем на стол.
— Подпиши, Надя, — устало попросил Олег.
“Заявление о расторжении брака”
— Что это, Соколов?
— Заявление. У меня другая и она беременна.
В день, когда я хотела сообщить о беременности, мой муж сказал, что уходит к другой. Я дала ему развод, чтобы через полгода увидеть бывшего с вопросом: “Это… мой сын”?
Когда муж заявил о разводе, я не умерла, а переродилась. Вместо того, чтобы рыдать в подушку, я решила жить свою лучшую жизнь.
Пока бывший судорожно пытался справляться с «сюрпризом» — детьми, оставшимися из упрямства с предателем, я раскручивала новый бизнес, встречалась с подругами и, о боги, начала ходить на свидания.
Молодой нахал из спортзала, чья улыбка сбивает мой пульс, или роскошный миллиардер, готовый вложить в мой проект целое состояние? Решать только мне. Я свободна, сильна и независима.
Впрочем, иногда меня догоняет мысль: что если эта мантра — не больше чем хлипкий щит, за которым скрывается банальное желание быть любимой? И кто станет тем, кто рискнёт пробить его насквозь?
Пока бывший судорожно пытался справляться с «сюрпризом» — детьми, оставшимися из упрямства с предателем, я раскручивала новый бизнес, встречалась с подругами и, о боги, начала ходить на свидания.
Молодой нахал из спортзала, чья улыбка сбивает мой пульс, или роскошный миллиардер, готовый вложить в мой проект целое состояние? Решать только мне. Я свободна, сильна и независима.
Впрочем, иногда меня догоняет мысль: что если эта мантра — не больше чем хлипкий щит, за которым скрывается банальное желание быть любимой? И кто станет тем, кто рискнёт пробить его насквозь?
Я пришла на ночное дежурство в обычной форме и кружевных чулках — а оказалась привязанной к операционному столу . Сергей, Андрей и Максим не спрашивали моего согласия, но мое тело отвечало им быстрее, чем мой разум мог приказать остановиться. Когда они оставили меня на рассвете с конвертом денег и запиской «Через две недели», я поняла, что не просто пережила эту ночь — я нашла то, что искала всю свою скучную жизнь.
— Так что с договором?
— Договора не будет.
Я беру планшет, безжалостно стираю все заполненные поля и нажимаю «Удалить файл».
Улыбка медленно сползает с лица Алисы.
— То есть как это? — она картинно хмурится. — Вы отказываете клиенту?
— Именно.
— Вы не можете. Знаете, сколько у меня подписчиков? Один пост в социальной сети и вы вылетите с работы.
— Хорошо, — я равнодушно пожимаю плечами, хотя внутри меня все кровоточит и рвется на части. — Вам ведь не нужно гендер-пати, Алиса. Вы пришли сюда не за этим.
Она замолкает, оценивающе скользит по мне взглядом и брезгливо кривит накрашенные губы, сбрасывая маску милой беременяшки.
— Конечно, не нужно, — фыркает она, убирая телефон в брендовую сумочку. — Господи, неужели ты думала, что я доверю организацию праздника моего сына тебе? Я просто хотела своими глазами увидеть ту, с кем Арс не может развестись из жалости.
Пять лет безуспешных попыток, годы бесполезной терапии, и вот я узнаю, что у мужа беременная любовница.
— Договора не будет.
Я беру планшет, безжалостно стираю все заполненные поля и нажимаю «Удалить файл».
Улыбка медленно сползает с лица Алисы.
— То есть как это? — она картинно хмурится. — Вы отказываете клиенту?
— Именно.
— Вы не можете. Знаете, сколько у меня подписчиков? Один пост в социальной сети и вы вылетите с работы.
— Хорошо, — я равнодушно пожимаю плечами, хотя внутри меня все кровоточит и рвется на части. — Вам ведь не нужно гендер-пати, Алиса. Вы пришли сюда не за этим.
Она замолкает, оценивающе скользит по мне взглядом и брезгливо кривит накрашенные губы, сбрасывая маску милой беременяшки.
— Конечно, не нужно, — фыркает она, убирая телефон в брендовую сумочку. — Господи, неужели ты думала, что я доверю организацию праздника моего сына тебе? Я просто хотела своими глазами увидеть ту, с кем Арс не может развестись из жалости.
Пять лет безуспешных попыток, годы бесполезной терапии, и вот я узнаю, что у мужа беременная любовница.
— Мест в убежище нет! Оно уже переполнено! Ближайшее в пяти минутах отсюда! Направляйтесь туда!
Вокруг воют сирены, над головой гудят беспилотники.
Ещё немного, и до нас доберутся!
Толпа всё равно пытается втиснуться в убежище, все хотят как можно скорее укрыться в безопасном месте.
Я в числе первых, тяжело дышу, показываю солдатам, что беременна, что они должны пропустить девушку в положении…
— Нельзя! Сказали же, вообще нет мест!
И в этот момент замечаю своего мужа.
Он протискивается через толпу, держит за руку рыжую девушку.
Беременную девушку!
Вспоминаю, что на днях нашла в машине мужа рыжий волос.
И пазл в голове моментально складывается…
Но сейчас я думаю о другом… о том, как спасти малыша в животе.
— Пропустите, — кричу в отчаянии, — там мой муж...
Машу руками, зову его:
— Глеб! Умоляю… я здесь! Скажи им, что я твоя жена!
А он пропускает рыжую в убежище, целует её в губы.
Оборачивается, замечает меня.
— Эту не впускать…
Вокруг воют сирены, над головой гудят беспилотники.
Ещё немного, и до нас доберутся!
Толпа всё равно пытается втиснуться в убежище, все хотят как можно скорее укрыться в безопасном месте.
Я в числе первых, тяжело дышу, показываю солдатам, что беременна, что они должны пропустить девушку в положении…
— Нельзя! Сказали же, вообще нет мест!
И в этот момент замечаю своего мужа.
Он протискивается через толпу, держит за руку рыжую девушку.
Беременную девушку!
Вспоминаю, что на днях нашла в машине мужа рыжий волос.
И пазл в голове моментально складывается…
Но сейчас я думаю о другом… о том, как спасти малыша в животе.
— Пропустите, — кричу в отчаянии, — там мой муж...
Машу руками, зову его:
— Глеб! Умоляю… я здесь! Скажи им, что я твоя жена!
А он пропускает рыжую в убежище, целует её в губы.
Оборачивается, замечает меня.
— Эту не впускать…
- Скажи честно, ты решил поиграть с моими чувствами?! - Тая со злостью отталкивает меня, смотря злыми глазами.
- Нет, и ты это знаешь!
- Я знаю только то, что ты вернулся и перевернул всю мою жизнь с ног на голову, для чего?! Мы были друзьями, Гордей, а ты взял и всё испортил! - окончательно выходит из себя, начиная лупить меня своими маленькими ручками, - этот поцелуй был ошибкой... У меня есть парень, и я его люблю, уходи, Гордей, пожалуйста!
- Я не отдам тебя ему, никому не отдам, слышишь?! - притягиваю Таю к себе, ощущая дрожь её тела, с которой она безуспешно борется, - не ври хотя бы себе, ты не любишь Паркова и никогда не любила, так же, как и я никого до... Нас тянет друг к другу, и я устал сопротивляться... - наплевав на всё, зарываюсь пальцами в её волосах, наблюдая, как расширяются зрачки, закрывая бездонную голубизну нереально красивых глаз. Вдох, и весь мир сужается до нас двоих, выдох, и я наконец впиваюсь в губы, что сводили меня с ума каждый чёртов день...
- Нет, и ты это знаешь!
- Я знаю только то, что ты вернулся и перевернул всю мою жизнь с ног на голову, для чего?! Мы были друзьями, Гордей, а ты взял и всё испортил! - окончательно выходит из себя, начиная лупить меня своими маленькими ручками, - этот поцелуй был ошибкой... У меня есть парень, и я его люблю, уходи, Гордей, пожалуйста!
- Я не отдам тебя ему, никому не отдам, слышишь?! - притягиваю Таю к себе, ощущая дрожь её тела, с которой она безуспешно борется, - не ври хотя бы себе, ты не любишь Паркова и никогда не любила, так же, как и я никого до... Нас тянет друг к другу, и я устал сопротивляться... - наплевав на всё, зарываюсь пальцами в её волосах, наблюдая, как расширяются зрачки, закрывая бездонную голубизну нереально красивых глаз. Вдох, и весь мир сужается до нас двоих, выдох, и я наконец впиваюсь в губы, что сводили меня с ума каждый чёртов день...
- Алло, Ольга Николаевна! - голос любовницы мужа бодрый, приветливый, с придыханием.
- Да, Анастасия. Я скоро буду, - чеканю я сухо, официально, холодно.
Сбрасываю звонок, не дожидаясь ответа, не слушая любезностей.
Я должна продать квартиру любовницы своего мужа. Квартиру, которую он ей купил, обустроил, в которой они проводили время вместе, пока я работала допоздна или ездила по командировкам. Квартиру, где висит их совместное фото размером со стену.
***
Я так легко не сдамся дорогой муженек, ты ей сделал предложение… а развод со мной тебя ждет впереди, и я сделаю все, чтобы ты начал все нуля со своей дорогой невестой.
- Да, Анастасия. Я скоро буду, - чеканю я сухо, официально, холодно.
Сбрасываю звонок, не дожидаясь ответа, не слушая любезностей.
Я должна продать квартиру любовницы своего мужа. Квартиру, которую он ей купил, обустроил, в которой они проводили время вместе, пока я работала допоздна или ездила по командировкам. Квартиру, где висит их совместное фото размером со стену.
***
Я так легко не сдамся дорогой муженек, ты ей сделал предложение… а развод со мной тебя ждет впереди, и я сделаю все, чтобы ты начал все нуля со своей дорогой невестой.
Я взяла с полки буккроссинга книгу про оборотней — просто чтобы посмеяться. Дешёвый роман, где всё предсказуемо до последней страницы. Посмеяться и забыть.
Я закрыла книгу на середине и заснула.
А проснулась внутри неё. В теле травницы, которую зовут Лидия. В мире, который существует только на бумаге. И надо мной стоял он — тот самый Альфа из книги. И он смотрел на меня так, будто ждал меня всю жизнь.
Я должна бояться его. Я должна бежать. Но когда он касается меня, я забываю, как дышать. Когда он рядом, я хочу забыть всё, что было до него. Его голос проникает под кожу. Его руки сжигают дотла.
Я не знаю, как вернуться домой. И с каждым его прикосновением я всё меньше хочу это делать.
Я закрыла книгу на середине и заснула.
А проснулась внутри неё. В теле травницы, которую зовут Лидия. В мире, который существует только на бумаге. И надо мной стоял он — тот самый Альфа из книги. И он смотрел на меня так, будто ждал меня всю жизнь.
Я должна бояться его. Я должна бежать. Но когда он касается меня, я забываю, как дышать. Когда он рядом, я хочу забыть всё, что было до него. Его голос проникает под кожу. Его руки сжигают дотла.
Я не знаю, как вернуться домой. И с каждым его прикосновением я всё меньше хочу это делать.
— Твоя подпись стоит на бумаге, так что забудь о своих желаниях…
— Почему ты так поступаешь со мной?
— Потому что могу.
Два простых слова, но в них скрыто столько холода, что я ощущаю его физически. Но выбора не было, а отступать я не привыкла. Даже когда хочется кричать, я всё равно буду улыбаться. Так и сейчас. Ярослав ждёт моей истерики, скандала, но я не покажу ему, что чувствую на самом деле.
Ярослав Северов пять лет назад бросил меня, ничего не сказав, а просто исчез. Теперь он решил, что мне было мало боли, и решил всё повторить.
— Почему ты так поступаешь со мной?
— Потому что могу.
Два простых слова, но в них скрыто столько холода, что я ощущаю его физически. Но выбора не было, а отступать я не привыкла. Даже когда хочется кричать, я всё равно буду улыбаться. Так и сейчас. Ярослав ждёт моей истерики, скандала, но я не покажу ему, что чувствую на самом деле.
Ярослав Северов пять лет назад бросил меня, ничего не сказав, а просто исчез. Теперь он решил, что мне было мало боли, и решил всё повторить.
Выберите полку для книги