Книги по тегу «сильная героиня»: ""
— Прошу! — Цепляюсь за лучшего друга моего мужа, умоляю его севшим от волнения голосом. — Не рассказывай. Нельзя ему знать.
— Предлагаешь молчать? Не сказать лучшему другу правду?
— Но... Ведь было темно. Я не знала, что это ты…
— Мы должны рассказать. Могут быть последствия…
Беременность...
Мой брак трещит по швам. Муж предложил пожить отдельно. Но...
В День его рождения решаю устроить любимому сюрприз. Проникаю в его спальню. В кромешной темноте отдаюсь ему так, как никогда раньше. Но...
Все летит к чертям, лишь только зажигается свет!
Потому что в постели мужа я оказываюсь с его лучшим другом.
— Предлагаешь молчать? Не сказать лучшему другу правду?
— Но... Ведь было темно. Я не знала, что это ты…
— Мы должны рассказать. Могут быть последствия…
Беременность...
Мой брак трещит по швам. Муж предложил пожить отдельно. Но...
В День его рождения решаю устроить любимому сюрприз. Проникаю в его спальню. В кромешной темноте отдаюсь ему так, как никогда раньше. Но...
Все летит к чертям, лишь только зажигается свет!
Потому что в постели мужа я оказываюсь с его лучшим другом.
Она поднимает голову – и наши взгляды встречаются.
Всё вокруг исчезает. Есть только она, и я, и двадцать лет между нами, тяжёлые, как якорная цепь.
***
Телефон вибрирует на журнальном столике.
Половина одиннадцатого вечера.
Нормальные люди в это время не звонят. Если только это не экстренная ситуация, не больница, не…
– Алло?
Тишина на том конце. Короткая, тяжёлая. Потом – голос. Низкий, хриплый, напряжённый до предела:
– Соколов Антон Евгеньевич. Курсант второго курса военно-морского училища. Девятнадцать лет.
Мир останавливается.
Я не дышу. Не двигаюсь. Просто сижу с телефоном у уха, и внутри всё сжимается в ледяной ком.
Михаил.
Он знает.
Как? Господи, как он узнал? Училище? Встретил Антона? Увидел фамилию в списках, посчитал года, сопоставил…
– Это мой сын?
Всё вокруг исчезает. Есть только она, и я, и двадцать лет между нами, тяжёлые, как якорная цепь.
***
Телефон вибрирует на журнальном столике.
Половина одиннадцатого вечера.
Нормальные люди в это время не звонят. Если только это не экстренная ситуация, не больница, не…
– Алло?
Тишина на том конце. Короткая, тяжёлая. Потом – голос. Низкий, хриплый, напряжённый до предела:
– Соколов Антон Евгеньевич. Курсант второго курса военно-морского училища. Девятнадцать лет.
Мир останавливается.
Я не дышу. Не двигаюсь. Просто сижу с телефоном у уха, и внутри всё сжимается в ледяной ком.
Михаил.
Он знает.
Как? Господи, как он узнал? Училище? Встретил Антона? Увидел фамилию в списках, посчитал года, сопоставил…
– Это мой сын?
- Убери свои руки от меня, идиот! - шиплю, чувствуя лапища Беса на своих бёдрах.
- Окей, пока! - скалится Иуда, сверкая в полумраке хищными глазами.
- Стой! Сначала распутай, потом вали! - пытаюсь выбраться, но путаюсь в верёвках только сильнее.
- Рыжуля, у тебя проблемы с вежливостью. - накручивает прядь моих волос на свой палец, явно наслаждаясь моментом.
- А у тебя проблемы с головой, но я же не акцентирую, давай развязывай!
- Что мне за это будет? - нависает надо мной, и я ощущаю его дыхание.
- Большое человеческое спасибо. - стараюсь не вдыхать парфюм, который кажется въелся мне под кожу.
- Нет.
- Что нет?!
- Хочу поцелуй, - пожирает меня взглядом, от которого я начинаю гореть. - Повторим триумф Человека-паука?
- Я не Питер Паркер, дурак!
- И это определённо твой плюс, дура! - ухмыляется, и в следующую секунду его губы накрывают мои.
- Окей, пока! - скалится Иуда, сверкая в полумраке хищными глазами.
- Стой! Сначала распутай, потом вали! - пытаюсь выбраться, но путаюсь в верёвках только сильнее.
- Рыжуля, у тебя проблемы с вежливостью. - накручивает прядь моих волос на свой палец, явно наслаждаясь моментом.
- А у тебя проблемы с головой, но я же не акцентирую, давай развязывай!
- Что мне за это будет? - нависает надо мной, и я ощущаю его дыхание.
- Большое человеческое спасибо. - стараюсь не вдыхать парфюм, который кажется въелся мне под кожу.
- Нет.
- Что нет?!
- Хочу поцелуй, - пожирает меня взглядом, от которого я начинаю гореть. - Повторим триумф Человека-паука?
- Я не Питер Паркер, дурак!
- И это определённо твой плюс, дура! - ухмыляется, и в следующую секунду его губы накрывают мои.
– Соня, задержусь сегодня.
– Хорошо, – отвечаю я. – Во сколько ждать?
– Часов в одиннадцать.
Он вешает трубку. Я стою на кухне с телефоном в руке, и внутри… страх, злость, отчаяние.
Открываю приложение. Жду.
В семь вечера его метка появляется на карте. Тот же адрес, что и вчера.
Я смотрю на экран несколько минут. Потом, не давая себе времени передумать, хватаю куртку, сумку, ключи от машины.
Сорок минут езды. Навигатор объявляет: «Вы прибыли».
Я сижу в своей машине, пытаюсь подавить нарастающую панику. Дыши. Просто дыши.
В окнах горит свет. Панорамные окна не закрыты шторами – я вижу их.
Рома стоит у барной стойки, держит в руке бокал, а рядом с ним женщина.
Я смотрю, как Роман наклоняется к ней и их губы соприкасаются. Долгий поцелуй. Его рука скользит по ее талии, притягивает ближе.
Это не деловая встреча. Это не недоразумение. Это правда, которую я знала, но отказывалась признавать.
Роман изменяет мне.
– Хорошо, – отвечаю я. – Во сколько ждать?
– Часов в одиннадцать.
Он вешает трубку. Я стою на кухне с телефоном в руке, и внутри… страх, злость, отчаяние.
Открываю приложение. Жду.
В семь вечера его метка появляется на карте. Тот же адрес, что и вчера.
Я смотрю на экран несколько минут. Потом, не давая себе времени передумать, хватаю куртку, сумку, ключи от машины.
Сорок минут езды. Навигатор объявляет: «Вы прибыли».
Я сижу в своей машине, пытаюсь подавить нарастающую панику. Дыши. Просто дыши.
В окнах горит свет. Панорамные окна не закрыты шторами – я вижу их.
Рома стоит у барной стойки, держит в руке бокал, а рядом с ним женщина.
Я смотрю, как Роман наклоняется к ней и их губы соприкасаются. Долгий поцелуй. Его рука скользит по ее талии, притягивает ближе.
Это не деловая встреча. Это не недоразумение. Это правда, которую я знала, но отказывалась признавать.
Роман изменяет мне.
Мне все говорили, что я счастливая женщина.
Хирург, который спасает детей. Дом, где ничего не нужно чинить. Муж, который за семь лет ни разу не повысил на меня голос — он просто задаёт вопросы, и после них ты сама начинаешь оправдываться, хотя не сделала ничего.
Каждое воскресенье он уезжал. Клиника, фонд, бумаги, попечители. Я привыкла так, как привыкают к шуму за окном, — и перестала спрашивать.
А потом в половине первого ночи мне пришло сообщение с номера, которого не было в моей записной книжке. Шесть слов.
Наутро я поехала следом.
Я готовилась увидеть чужую женщину. Я не была готова к тому, что чужой в этой истории окажусь я.
Оказалось, что все эти годы за моей спиной очень аккуратно, по бумажке в месяц, у меня забирали всё, что оставил мне отец. И самое страшное — что забирали правильно. По закону. С моей собственной подписью.
Меня зовут Ева. Мне двадцать девять лет, и я больше не подписываю не глядя.
Хирург, который спасает детей. Дом, где ничего не нужно чинить. Муж, который за семь лет ни разу не повысил на меня голос — он просто задаёт вопросы, и после них ты сама начинаешь оправдываться, хотя не сделала ничего.
Каждое воскресенье он уезжал. Клиника, фонд, бумаги, попечители. Я привыкла так, как привыкают к шуму за окном, — и перестала спрашивать.
А потом в половине первого ночи мне пришло сообщение с номера, которого не было в моей записной книжке. Шесть слов.
Наутро я поехала следом.
Я готовилась увидеть чужую женщину. Я не была готова к тому, что чужой в этой истории окажусь я.
Оказалось, что все эти годы за моей спиной очень аккуратно, по бумажке в месяц, у меня забирали всё, что оставил мне отец. И самое страшное — что забирали правильно. По закону. С моей собственной подписью.
Меня зовут Ева. Мне двадцать девять лет, и я больше не подписываю не глядя.
Шесть лет назад Кирилл разрушил мой мир, уйдя к другой. Я не стала его держать, а в тот же день узнала, что беременна. Спрятав боль глубоко внутри, я втайне вырастила нашего сына и поклялась никогда не оглядываться назад. Но у судьбы свои планы: теперь Громов — мой босс, и от него зависит всё моё будущее.
Очередное испытание ждало меня в кабинете школьного директора, куда нас обоих вызвали из-за драки детей. Но стоило мне взглянуть на его дочь, как сердце пропустило удар. Девочка смотрела на меня моими собственными глазами. Она — моя точная копия.
Как это возможно? Какую правду он скрыл от меня шесть лет назад? Теперь нам придется встретиться с призраками прошлого, чтобы понять: есть ли у нас шанс на счастье… в квадрате?
*ПРОШУ ОТЛОЖИТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКУ И ПОСТАВИТЬ "НРАВИТСЯ"*
Очередное испытание ждало меня в кабинете школьного директора, куда нас обоих вызвали из-за драки детей. Но стоило мне взглянуть на его дочь, как сердце пропустило удар. Девочка смотрела на меня моими собственными глазами. Она — моя точная копия.
Как это возможно? Какую правду он скрыл от меня шесть лет назад? Теперь нам придется встретиться с призраками прошлого, чтобы понять: есть ли у нас шанс на счастье… в квадрате?
*ПРОШУ ОТЛОЖИТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКУ И ПОСТАВИТЬ "НРАВИТСЯ"*
Светлана не вскакивает в испуге, не прячет лицо. Смотрит на меня спокойно. Даже с улыбкой. Словно я лишняя в собственной спальне.
— Виктория Аркадьевна, — начинает она ровным голосом. Будто пришла на собеседование вторых жён. — Я беременна. Это наш с Макаром ребёнок. Мы любим друг друга. С вами он живёт из жалости. Я не уйду, пока не получу то, что заслуживаю по праву.
Она показательно обводит спальню рукой.
— Дом Макара мне нравится. Уютный. Наш ребёнок будет расти здесь.
Макар молчит. Глаза в пол. Я знаю его двадцать лет. Он трус. Был, есть и будет.
Смотрю на моё кольцо на её пальце. Макар никогда не подарил бы любовнице мою вещь. Значит его отдала ей наша домработница...
В попытке узнать причину тройного предательства открываю страшную тайну прошлого семьи мужа...
— Виктория Аркадьевна, — начинает она ровным голосом. Будто пришла на собеседование вторых жён. — Я беременна. Это наш с Макаром ребёнок. Мы любим друг друга. С вами он живёт из жалости. Я не уйду, пока не получу то, что заслуживаю по праву.
Она показательно обводит спальню рукой.
— Дом Макара мне нравится. Уютный. Наш ребёнок будет расти здесь.
Макар молчит. Глаза в пол. Я знаю его двадцать лет. Он трус. Был, есть и будет.
Смотрю на моё кольцо на её пальце. Макар никогда не подарил бы любовнице мою вещь. Значит его отдала ей наша домработница...
В попытке узнать причину тройного предательства открываю страшную тайну прошлого семьи мужа...
Они ворвались в мой дом ночью. Мать мужа и тетки. Шесть человек. Они били и таскали за волосы якобы за измену. А потом вытолкали на улицу в одной сорочке. Без денег. Без документов. Без телефона.
Они усадили меня в такси и отправили в неизвестность.
А мой муж... Он в это время гулял на свадьбе. Собственной свадьбе. А я ничего не знала, что он взял вторую жену мне на замену.
Но я должна выжить ради того, кого ношу под сердцем и о ком он ничего не знает.
Они усадили меня в такси и отправили в неизвестность.
А мой муж... Он в это время гулял на свадьбе. Собственной свадьбе. А я ничего не знала, что он взял вторую жену мне на замену.
Но я должна выжить ради того, кого ношу под сердцем и о ком он ничего не знает.
— Дальше поедешь не со мной, — произносит Егор с раздражением. — К маме. Откуда взял туда и возвращаю. Это твоя судьба.
— Ты с ума сошёл? — шепчу, оглядываясь по сторонам. — Егор, мне рожать через три недели.
— Я знаю. И что? — Смотрит холодно.
— Что значит — и что? Ты же вёз меня в Москву!
Усмехается:
— Передумал.
— Как — передумал?!
Он садится обратно в машину. Хлопает дверью. Звук блокировки. Опускает стекло.
— На развод я подам сам, — говорит, глядя перед собой. — Всё по закону. Алименты буду платить. Ребёнка не брошу.
— Егор…
— У меня есть любимая женщина, — перебивает с раздражением. — Скоро родится дочь. Не надо устраивать сцен.Извини, — пожимает плечами. — Так лучше для всех. Ты будешь под присмотром, но не моим, а твоей идиотки матери.
❤️САМАЯ НИЗКАЯ ЦЕНА В ПЕРВЫЙ ДЕНЬ!
— Ты с ума сошёл? — шепчу, оглядываясь по сторонам. — Егор, мне рожать через три недели.
— Я знаю. И что? — Смотрит холодно.
— Что значит — и что? Ты же вёз меня в Москву!
Усмехается:
— Передумал.
— Как — передумал?!
Он садится обратно в машину. Хлопает дверью. Звук блокировки. Опускает стекло.
— На развод я подам сам, — говорит, глядя перед собой. — Всё по закону. Алименты буду платить. Ребёнка не брошу.
— Егор…
— У меня есть любимая женщина, — перебивает с раздражением. — Скоро родится дочь. Не надо устраивать сцен.Извини, — пожимает плечами. — Так лучше для всех. Ты будешь под присмотром, но не моим, а твоей идиотки матери.
❤️САМАЯ НИЗКАЯ ЦЕНА В ПЕРВЫЙ ДЕНЬ!
– Говорила мне мама, что ты бесполезная…– взгляд мужа прожигает насквозь, – а я не верил!
– Вообще-то, – встревает врач, – пол ребенка зависит напрямую от отца.
Арслан не обращает на нее внимания. Он не отводит от меня своих презрительных глаз.
– Ты помнишь, что я тебе говорил? Либо сын, либо аборт!
– Тогда мы разводимся, – отвечаю холодно, на что он только улыбается зло.
– У нас не разводятся, Машка.
Не разводятся? Ну что ж, тогда я превращу твою жизнь в ад, дорогой! И посмотрим, насколько тебя хватит…
– Вообще-то, – встревает врач, – пол ребенка зависит напрямую от отца.
Арслан не обращает на нее внимания. Он не отводит от меня своих презрительных глаз.
– Ты помнишь, что я тебе говорил? Либо сын, либо аборт!
– Тогда мы разводимся, – отвечаю холодно, на что он только улыбается зло.
– У нас не разводятся, Машка.
Не разводятся? Ну что ж, тогда я превращу твою жизнь в ад, дорогой! И посмотрим, насколько тебя хватит…
Выберите полку для книги