Книги по тегу «сложные любовные отношения»: ""
Вторая часть дилогии "Целитель для Двуипостасных".
Бриан исчезла из мира Двуипостасных. Растворилась в тишине, ставшей для нее единственным убежищем, оставив после себя лишь холод, пепел и слабое дыхание, способное оборваться в любой миг.
Лотар искал Бриан словно собственную тень, без которой невозможно жить. Их следующая встреча - не спасение, а начало дороги, уводящей туда, где сплетаются тёмная одержимость и хрупкая нежность, страх потерять и невозможность отпустить. Двуипостасный готов оставаться рядом, даже если она никогда больше не повернётся к нему. Но вернуть - значит не просто удержать на краю, а спуститься в ту Бездну, куда она сама себя загнала.
И чем дальше Лотар идёт за Бриан, тем яснее понимает: чтобы исцелить, придётся разбудить собственных демонов - и, возможно, им проиграть.
История о поиске, который не заканчивается, когда находишь; о любви, что граничит с проклятием и одержимостью; и о двоих, связанных клятвой, которую невозможно сдержать, не потеряв себя.
Бриан исчезла из мира Двуипостасных. Растворилась в тишине, ставшей для нее единственным убежищем, оставив после себя лишь холод, пепел и слабое дыхание, способное оборваться в любой миг.
Лотар искал Бриан словно собственную тень, без которой невозможно жить. Их следующая встреча - не спасение, а начало дороги, уводящей туда, где сплетаются тёмная одержимость и хрупкая нежность, страх потерять и невозможность отпустить. Двуипостасный готов оставаться рядом, даже если она никогда больше не повернётся к нему. Но вернуть - значит не просто удержать на краю, а спуститься в ту Бездну, куда она сама себя загнала.
И чем дальше Лотар идёт за Бриан, тем яснее понимает: чтобы исцелить, придётся разбудить собственных демонов - и, возможно, им проиграть.
История о поиске, который не заканчивается, когда находишь; о любви, что граничит с проклятием и одержимостью; и о двоих, связанных клятвой, которую невозможно сдержать, не потеряв себя.
«Оливия зажгла свечи, встала пред крестом на колени и начала читать молитву за здравие отца, как это делала всегда после визита к нему. Свечи зудели, молитва от сердца не шла, Оливия понимала, что здоровья у отца уже никогда не будет...
Настала пора найти нового урода.»
«Шесть уродов. Шесть уродливых судеб.
Я одна из них.»
Настала пора найти нового урода.»
«Шесть уродов. Шесть уродливых судеб.
Я одна из них.»
— Ты же к Бурмистрову приехала? Лечиться? — Она вперила в меня глаза, улыбаясь краями рта.
Я на секунду впала в ступор, соображая — она хочет сорвать на мне злость?
— Да, никогда не пила настоящее вино. Мне и шмурдяк вкусный. Был. Я почти закончила программу и скоро улетаю.
— Дома наверняка заждались. — Тая взялась за подвеску на цепочке — белый бриллиант, — и глянула на Диму.
— Так. Не наливать, значит? — спросил он.
— Ну почему же. Пару глотков я сделаю. Вам, наверное, охота узнать, отличается вино от шмурдяка или нет.
— Да, скажи нам, Милана, — подначила Тая.
— А знаешь, Таисия. Люди они ведь как вино. Порой долго приходится смаковать, пока вдруг не поймешь, что это шмурдяк. Такая вот качественная подделка.
— Что, прости?
Я откинулась на спинку дивана.
— Прощаю.
Она схватила свой бокал. Дима не успел поймать ее запястье, и она выплеснула вино мне в лицо!
Я на секунду впала в ступор, соображая — она хочет сорвать на мне злость?
— Да, никогда не пила настоящее вино. Мне и шмурдяк вкусный. Был. Я почти закончила программу и скоро улетаю.
— Дома наверняка заждались. — Тая взялась за подвеску на цепочке — белый бриллиант, — и глянула на Диму.
— Так. Не наливать, значит? — спросил он.
— Ну почему же. Пару глотков я сделаю. Вам, наверное, охота узнать, отличается вино от шмурдяка или нет.
— Да, скажи нам, Милана, — подначила Тая.
— А знаешь, Таисия. Люди они ведь как вино. Порой долго приходится смаковать, пока вдруг не поймешь, что это шмурдяк. Такая вот качественная подделка.
— Что, прости?
Я откинулась на спинку дивана.
— Прощаю.
Она схватила свой бокал. Дима не успел поймать ее запястье, и она выплеснула вино мне в лицо!
Этот исторический роман посвящен русскому когда-то городу Порт-Артуру и людям, жившим в нем во время Русско-японской войны. Читателю представляется возможность погрузиться в атмосферу того далекого и во многом забытого времени.
Повествование ведет некий поручик, который поэтапно рассказывает о событиях, происходивших непосредственно в его жизни и в городе в целом. Его судьба переплетается с судьбами других людей, так не похожих друг на друга, но оказавшихся по воле случая в одинаковом положении. Этот роман – взгляд русского офицера на все происходящее в новом крае
России, и, в первую очередь, философский взгляд. Также читатель узнает о
трагической гибели очень известных и прославленных личностей того времени, вошедших в историю и по сей день высоко почитаемых в России.
Сам герой – человек, который познает сам себя в сложившихся
обстоятельствах. Он встречает китаянку с которой у него начинается тесная связь и возможно любовь, запретная любовь.
Повествование ведет некий поручик, который поэтапно рассказывает о событиях, происходивших непосредственно в его жизни и в городе в целом. Его судьба переплетается с судьбами других людей, так не похожих друг на друга, но оказавшихся по воле случая в одинаковом положении. Этот роман – взгляд русского офицера на все происходящее в новом крае
России, и, в первую очередь, философский взгляд. Также читатель узнает о
трагической гибели очень известных и прославленных личностей того времени, вошедших в историю и по сей день высоко почитаемых в России.
Сам герой – человек, который познает сам себя в сложившихся
обстоятельствах. Он встречает китаянку с которой у него начинается тесная связь и возможно любовь, запретная любовь.
Марина Черных два года считает себя виновной в смерти пациента. От этой мысли она сбежала из Москвы — в маленькую больницу у моря, где никто не знает её историю.
Марк Соколов приехал туда с системой, которая должна исключить врачебную ошибку раз и навсегда. Три года назад именно такая ошибка стоила ему жены — и с тех пор он не доверяет никому в белом халате.
Они не выносят друг друга с первого дежурства. А потом терминал начинает вести себя странно: диагнозы появляются раньше пациентов, данные — там, где их быть не должно.
Кто-то давно и методично вмешивается в систему. Кто-то, кто знает про Марину больше, чем она рассказывала даже себе.
Чтобы понять, что происходит на самом деле, Марине и Марку придётся перестать видеть друг в друге врага.
Марк Соколов приехал туда с системой, которая должна исключить врачебную ошибку раз и навсегда. Три года назад именно такая ошибка стоила ему жены — и с тех пор он не доверяет никому в белом халате.
Они не выносят друг друга с первого дежурства. А потом терминал начинает вести себя странно: диагнозы появляются раньше пациентов, данные — там, где их быть не должно.
Кто-то давно и методично вмешивается в систему. Кто-то, кто знает про Марину больше, чем она рассказывала даже себе.
Чтобы понять, что происходит на самом деле, Марине и Марку придётся перестать видеть друг в друге врага.
Стою на палубе лайнера, передо мной муж с ландшафтным дизайнером нашей фирмы словно растворяются в откровенной, почти вызывающей страсти.
Десять лет брака, любовь, которую я вложила до последней капли, мои дизайнерские проекты, – все разлетается вдребезги прямо на этом роскошном лайнере.
Только у моего мужа совершенно другие планы. Щелчок замка отрезанной от мира каюты звучит как выстрел.
– Ты будешь молчать и улыбаться инвесторам до конца круиза, – произносит муж, пряча в сейф мой паспорт и карты. – Твой проект останется в компании. Развода не будет.
Муж думает, что сломал меня и полностью контролирует ситуацию. Он еще не знает, что я сыграю роль послушной жертвы…ровно до тех пор, пока его империя не пойдет ко дну.
Десять лет брака, любовь, которую я вложила до последней капли, мои дизайнерские проекты, – все разлетается вдребезги прямо на этом роскошном лайнере.
Только у моего мужа совершенно другие планы. Щелчок замка отрезанной от мира каюты звучит как выстрел.
– Ты будешь молчать и улыбаться инвесторам до конца круиза, – произносит муж, пряча в сейф мой паспорт и карты. – Твой проект останется в компании. Развода не будет.
Муж думает, что сломал меня и полностью контролирует ситуацию. Он еще не знает, что я сыграю роль послушной жертвы…ровно до тех пор, пока его империя не пойдет ко дну.
Эта книга — не летняя романтическая зарисовка. Это тяжелая, гнетущая психологическая драма с элементами мрачного триллера. Текст содержит сцены эмоционального насилия, описание последствий тяжелых травм и патологическую созависимость двух несовместимых героев.
Если ваш инстинкт самосохранения работает исправно — закройте страницу. Вы здесь не найдете катарсиса, морального ориентира или светлого финала. Давайте начистоту. Вы держите в руках триггер. Текст пропитан сценами пассивной агрессии, результатами психологических травм и анатомией нездоровой привязанности.
Это история о том, как два условно совместимых человека верят в здоровые отношения между ними. И то, что сами герои назовут своим счастливым концом, заставит вашу нервную систему биться в припадке тошноты.
Если ваш инстинкт самосохранения работает исправно — закройте страницу. Вы здесь не найдете катарсиса, морального ориентира или светлого финала. Давайте начистоту. Вы держите в руках триггер. Текст пропитан сценами пассивной агрессии, результатами психологических травм и анатомией нездоровой привязанности.
Это история о том, как два условно совместимых человека верят в здоровые отношения между ними. И то, что сами герои назовут своим счастливым концом, заставит вашу нервную систему биться в припадке тошноты.
Впечатлительность и даже некоторая доля истеричности это дар или проклятие? Для мадемуазели Греты это единственный способ выжить в ожидании прекрасного принца. Ее будни наполнены мяуканьем любимой кошки, авантюрными прогулками по городу и шиком невообразимых шляпок. Это хроника одного большого поиска, где за каждым углом может скрываться ОН, а каждая неловкая ситуация становится лишь очередным испытанием на пути к настоящему чувству.
Перед вами уникальный путеводитель по человеческой глупости и высоким материям. Платон Пантелеймонович Похотливый – интеллектуал, эрудит и обладатель безупречных манер. Он способен поддержать разговор о квантовой физике, урбанистике или барокко. Но у его гениальности есть нюанс: любую великую мысль он неизбежно сводит к площадной похабщине. Эта сатирическая энциклопедия изящно просветит вас в науках и безжалостно обнажит изнанку одержимого разума. Готовы к спуску от кутюр до канавы?
Мир ледяной Доминии суров и опасен. Недра темной империи таят опасный секрет, ради сохранения коего правящие гранд-дамы Алой Лозы совершают беспрецедентный шаг. Впуская в святая святых чужака, позволяя инопланетной ученой-ботанику прикоснуться к запретной тайне. Эвелин Вэйн идет на осознанный риск, начиная свою игру на вражеской территории. Игру, вдруг способную стать чем-то безумно личным, вернуть ей того, кто несколько лет не значился в реестрах живых. Игру, где нет правил, нет права первого хода, нет четкой позиции и не значится однозначных союзников. Но остался один единственный выбор, между долгом и тем, ради коего она готова поставить на карту решительно все….
Выберите полку для книги