Книги по тегу «шейх»: ""
Она выросла в золотой клетке, под защитой шейха, но ненависть его жён и дочерей выжигала её изнутри.
Азалия — белокурая сирота с глазами, в которых тонут даже самые жестокие мужчины. Её красота — проклятие, её характер — вызов системе, где женщина обязана подчиняться.
Они хотели сделать из неё тень.
Она стала огнём.
В погоне за свободой Азалия втягивает в свою игру мужчин, способных править странами и убивать без колебаний.
Но чем выше ставка, тем опаснее игра.
А когда любовь смешивается с жаждой власти и местью, выживает не самая красивая. А самая хищная.
Азалия — белокурая сирота с глазами, в которых тонут даже самые жестокие мужчины. Её красота — проклятие, её характер — вызов системе, где женщина обязана подчиняться.
Они хотели сделать из неё тень.
Она стала огнём.
В погоне за свободой Азалия втягивает в свою игру мужчин, способных править странами и убивать без колебаний.
Но чем выше ставка, тем опаснее игра.
А когда любовь смешивается с жаждой власти и местью, выживает не самая красивая. А самая хищная.
Вероятность встретить в Москве шейха крайне мала, но никогда не равна нулю.
Узнав, что мой жених променял меня на «тайский салон», я спустила с его карты полмиллиона и сбежала. Решила, что в 24 я слишком молода и прекрасна для чего-то серьёзного.
Но, похоже, судьба решила вмешаться. В тот же вечер, на балконе у подруги, загадочный незнакомец с экзотичным и абсолютно невыговариваемым именем позвал меня замуж. Я рассмеялась ему в лицо и поставила на место. Ну правда, кто так шутит?
Тогда я даже не догадывалась, что восточные мужчины такими предложениями не разбрасываются. Особенно если твой «нахальный ухажёр с соседнего балкона» — на самом деле наследный принц сказочно богатого султаната.
Узнав, что мой жених променял меня на «тайский салон», я спустила с его карты полмиллиона и сбежала. Решила, что в 24 я слишком молода и прекрасна для чего-то серьёзного.
Но, похоже, судьба решила вмешаться. В тот же вечер, на балконе у подруги, загадочный незнакомец с экзотичным и абсолютно невыговариваемым именем позвал меня замуж. Я рассмеялась ему в лицо и поставила на место. Ну правда, кто так шутит?
Тогда я даже не догадывалась, что восточные мужчины такими предложениями не разбрасываются. Особенно если твой «нахальный ухажёр с соседнего балкона» — на самом деле наследный принц сказочно богатого султаната.
Горячие смуглые пальцы заправляют мой белый локон за ухо. Он смотрит на меня, как на собственность. Прекрасную, желанную игрушку.
— Что Вы делаете? Почему я…здесь?
Он подходит вплотную. Пронзительный взгляд порабощает…
— Добро пожаловать в мой мир, Майя, — говорит он низким тембром. Голос — словно бархат, он как будто нарочно лишает воли, но я стараюсь не поддаваться ему.
— Прими свою судьбу. Ты принадлежишь мне. Совсем скоро ты увидишь свой новый дом.
— Что это значит? Я буду у вас работать?
— Нет. Ты будешь моей девочкой. Самой прекрасной из всех…
Еще вчера я была простой сопровождающей делегации наследного принца Киренаики в ходе его визита в Москву, а сегодня оказываюсь на борту его самолета- на пути в его страну и его постель.
#ХЭ
#Современный_Ближний_Восток
— Что Вы делаете? Почему я…здесь?
Он подходит вплотную. Пронзительный взгляд порабощает…
— Добро пожаловать в мой мир, Майя, — говорит он низким тембром. Голос — словно бархат, он как будто нарочно лишает воли, но я стараюсь не поддаваться ему.
— Прими свою судьбу. Ты принадлежишь мне. Совсем скоро ты увидишь свой новый дом.
— Что это значит? Я буду у вас работать?
— Нет. Ты будешь моей девочкой. Самой прекрасной из всех…
Еще вчера я была простой сопровождающей делегации наследного принца Киренаики в ходе его визита в Москву, а сегодня оказываюсь на борту его самолета- на пути в его страну и его постель.
#ХЭ
#Современный_Ближний_Восток
Она - дерзкая, непокорная, талантливая. Она - такая, какими не могут быть женщины в арабском мире. У принца такой игрушки еще не было, и ему безразлично, что она против. Чем закончится игра? Он ее сломает или она найдет у него сердце?
***
- Я оказалась там случайно, - заикаясь, наконец, выдавила она.
- Случайно? - с сарказмом спросил принц. - Это только в дешевых женских романах на оргии попадают случайно, детка! - зловеще добавил.
- Я просто хотела посмотреть на Ваш дворец, а потом меня схватили по ошибке, - снова попыталась оправдаться Саша, не замечая его язвительного и грозного тона.
- Приличные женщины в моей стране ночью носа из дома не высовывают. А те, что шастают по улицам в это время, однозначно хотят, чтоб их поимели, - Имран со злостью ударил ладонями по подлокотникам кресла.
Саша испуганно вздрогнула и сжалась.
- … потаскухи, которые ищут развлечений и соблазняют мужчин. Ты знаешь, что за распутное поведение женщин наказывают?
***
- Я оказалась там случайно, - заикаясь, наконец, выдавила она.
- Случайно? - с сарказмом спросил принц. - Это только в дешевых женских романах на оргии попадают случайно, детка! - зловеще добавил.
- Я просто хотела посмотреть на Ваш дворец, а потом меня схватили по ошибке, - снова попыталась оправдаться Саша, не замечая его язвительного и грозного тона.
- Приличные женщины в моей стране ночью носа из дома не высовывают. А те, что шастают по улицам в это время, однозначно хотят, чтоб их поимели, - Имран со злостью ударил ладонями по подлокотникам кресла.
Саша испуганно вздрогнула и сжалась.
- … потаскухи, которые ищут развлечений и соблазняют мужчин. Ты знаешь, что за распутное поведение женщин наказывают?
Я никогда не хотела замуж. И вечеринки меня тоже не интересовали. Но по просьбе крестной я еду на праздник, который устраивает один из шейхов Дубая.
И кого я там вижу?
– Как вас зовут? – единственный сын шейха пытается заглянуть мне в лицо, которое я заблаговременно прикрыла, – Мне кажется я вас уже видел...
Конечно видел! Я спасла тебе жизнь... Вот только если ты меня узнаешь, проблем не избежать!
И кого я там вижу?
– Как вас зовут? – единственный сын шейха пытается заглянуть мне в лицо, которое я заблаговременно прикрыла, – Мне кажется я вас уже видел...
Конечно видел! Я спасла тебе жизнь... Вот только если ты меня узнаешь, проблем не избежать!
— Ты украла у меня ребенка!
— Ты сам у себя его украл, Амир, обвинил меня, унизил, поверив лжи!
— Как ты смеешь так со мной разговаривать?
— Мы в России, шейх Амир! Это моя страна, и я тут — свободная женщина! А ты — обычный мужчина, а не суровый правитель эмирата! Возвращайся в свой Аджаман и командуй своим гаремом!
— Я вернусь. Только я вернусь вместе с моим сыном!
— Ты не посмеешь отнять у меня Льва!
— Посмотрим, женщина…
Шейх Амир разбил мне сердце, оставив один только лед. И малыша под этим разбитым сердцем, а сейчас вернулся и обвиняет в том, что я украла его сына, и его сон…
— Каждую ночь ты снишься, уже пять лет… Отпусти меня, ведьма, освободи, или я сам заберу тебя.
Я не хочу возвращаться к тому, кто принес мне боль и разочарование, не могу бороться с его близкими, которые против меня и моего сына, вот только что мне делать, если самый важный человек в моей жизни просит меня уступить?
— Мам… Я так хочу, чтобы он был моим папой!
— Ты сам у себя его украл, Амир, обвинил меня, унизил, поверив лжи!
— Как ты смеешь так со мной разговаривать?
— Мы в России, шейх Амир! Это моя страна, и я тут — свободная женщина! А ты — обычный мужчина, а не суровый правитель эмирата! Возвращайся в свой Аджаман и командуй своим гаремом!
— Я вернусь. Только я вернусь вместе с моим сыном!
— Ты не посмеешь отнять у меня Льва!
— Посмотрим, женщина…
Шейх Амир разбил мне сердце, оставив один только лед. И малыша под этим разбитым сердцем, а сейчас вернулся и обвиняет в том, что я украла его сына, и его сон…
— Каждую ночь ты снишься, уже пять лет… Отпусти меня, ведьма, освободи, или я сам заберу тебя.
Я не хочу возвращаться к тому, кто принес мне боль и разочарование, не могу бороться с его близкими, которые против меня и моего сына, вот только что мне делать, если самый важный человек в моей жизни просит меня уступить?
— Мам… Я так хочу, чтобы он был моим папой!
— Отпусти меня, сволочь! Я видела, как ты убил того человека! У меня есть доказательства!
—Ты думаешь, здесь кто-то посмеет тронуть шейха аль-Рашида? Ты в моей стране. На моей земле. И теперь — в моих руках.
— Я журналистка! Когда обо мне узнают...
—Никто не придёт тебя спасать, Анна. Никто. Ты сама это понимаешь.
— Что ты собираешься со мной сделать? Убить, как того парня?
— Грохнуть тебя было бы слишком скучно. У меня другие планы.
— Какие планы?! Я не боюсь тебя!
— Врёшь. Ты дрожишь. Но это не всё, что ты чувствуешь, верно?
— Я ненавижу тебя...
— Ненависть и страсть, Анна, — две стороны одной медали. Скоро ты поймёшь разницу. В моей постели.
— Никогда! Я скорее умру!
— У тебя есть выбор: стать моей женой — жить в роскоши, носить мои бриллианты, спать в моих шелках... и подчиняться каждому моему слову. Или стать моей пленницей — и обслуживать моих людей. По одному. По десять. Пока не сломаешься.
— Это не выбор!
— Это твоя новая реальность.
—Ты думаешь, здесь кто-то посмеет тронуть шейха аль-Рашида? Ты в моей стране. На моей земле. И теперь — в моих руках.
— Я журналистка! Когда обо мне узнают...
—Никто не придёт тебя спасать, Анна. Никто. Ты сама это понимаешь.
— Что ты собираешься со мной сделать? Убить, как того парня?
— Грохнуть тебя было бы слишком скучно. У меня другие планы.
— Какие планы?! Я не боюсь тебя!
— Врёшь. Ты дрожишь. Но это не всё, что ты чувствуешь, верно?
— Я ненавижу тебя...
— Ненависть и страсть, Анна, — две стороны одной медали. Скоро ты поймёшь разницу. В моей постели.
— Никогда! Я скорее умру!
— У тебя есть выбор: стать моей женой — жить в роскоши, носить мои бриллианты, спать в моих шелках... и подчиняться каждому моему слову. Или стать моей пленницей — и обслуживать моих людей. По одному. По десять. Пока не сломаешься.
— Это не выбор!
— Это твоя новая реальность.
— Я могу всему миру рассказать твой секрет. Тогда все узнают, что ты не настоящая дочь шейха, а нищая египтянка, которую из жалости подобрал мой отец. Ты ведь этого не хочешь?
— Ты этого не сделаешь!
— Не сделаю, — кивает брат, — если будешь вести себя правильно.
— Правильно — это как? — уточняю спустя минуту задумчивого молчания.
— Уважать меня, подчиняться и соглашаться со мной во всем. Ты будешь делать все, что я прикажу, любую мою прихоть исполнять, — перечисляет он.
Опешив, я теряю дар речи. Вот мерзавец!
Его хотения за гранью зла.
— Ты мерзкий, — сообщаю ему. — Я не стану твоей рабыней, и не мечтай!
— Не станешь добровольно — я заставлю, — мстительно говорит он. — Мне плевать на тебя, Хана. Но ты носишь мою фамилию и твоя репутация упрямой взбалмошной дурочки вредит моему имиджу. Поэтому с этой минуты ты начнешь вести себя, как саудовская женщина. Или я тебя уничтожу.
— Да пошел ты!
— Будем считать, что мы договорились, — издевательски заключает брат.
— Ты этого не сделаешь!
— Не сделаю, — кивает брат, — если будешь вести себя правильно.
— Правильно — это как? — уточняю спустя минуту задумчивого молчания.
— Уважать меня, подчиняться и соглашаться со мной во всем. Ты будешь делать все, что я прикажу, любую мою прихоть исполнять, — перечисляет он.
Опешив, я теряю дар речи. Вот мерзавец!
Его хотения за гранью зла.
— Ты мерзкий, — сообщаю ему. — Я не стану твоей рабыней, и не мечтай!
— Не станешь добровольно — я заставлю, — мстительно говорит он. — Мне плевать на тебя, Хана. Но ты носишь мою фамилию и твоя репутация упрямой взбалмошной дурочки вредит моему имиджу. Поэтому с этой минуты ты начнешь вести себя, как саудовская женщина. Или я тебя уничтожу.
— Да пошел ты!
— Будем считать, что мы договорились, — издевательски заключает брат.
− Какую ж глупую рабыню я купил.
− Верните меня тогда обратно.
− Закрой рот. Ты ещё смеешь мне указывать?
− Я не указываю, а молю вас помочь моему горю.
− Идиотка. Ты как рабыня не имеешь права просить меня о чём-то, а лишь выполнять мои приказы.
− Тогда избавьтесь от меня, потому что я плохая рабыня. Для меня жизнь без дочери не имеет смысла, я лучше покончу жизнь самоубийством, чем разлучусь с ней.
− Да ты невероятна в своей дерзости. Даже моя жена никогда ничего от меня не требовала.
− Скорее всего, она свободная женщина…, − жгучая оплеуха заставляет меня прикусить язык.
− Верните меня тогда обратно.
− Закрой рот. Ты ещё смеешь мне указывать?
− Я не указываю, а молю вас помочь моему горю.
− Идиотка. Ты как рабыня не имеешь права просить меня о чём-то, а лишь выполнять мои приказы.
− Тогда избавьтесь от меня, потому что я плохая рабыня. Для меня жизнь без дочери не имеет смысла, я лучше покончу жизнь самоубийством, чем разлучусь с ней.
− Да ты невероятна в своей дерзости. Даже моя жена никогда ничего от меня не требовала.
− Скорее всего, она свободная женщина…, − жгучая оплеуха заставляет меня прикусить язык.
— Кого это ты притащил мне, Ахмед? - от звука низкого надменного голоса внутри всё сжимается.
— Подарок, Зейн. Посмотри.
Словно физически чувствую на себе колкий цепкий взгляд. Прозрачные одежды совсем не скрывают моё нагое тело.
— Ну что, Зейн, братец, угодил я тебе подарком? Ты, ведь, хотел новую игрушку?
Игрушку? Боже… это они обо мне?
— Ты ошибся. Она не нужна мне. У меня свадьба на носу, а ты даришь мне такое искушение. Забери её себе, насладись сам этим юным телом. Мне это неинтересно.
Шейх отказывается, но пожирает глазами. Медленно отворачивается, и…
Стоящий позади мужчина резко толкает меня на колени. В ноги тому, кто только что от меня отказался. Хватаюсь за подол его одежд и чуть ли не целую туфли.
У меня просто нет иного выбора.
— Умоляю, господин, возьмите меня…
— Подарок, Зейн. Посмотри.
Словно физически чувствую на себе колкий цепкий взгляд. Прозрачные одежды совсем не скрывают моё нагое тело.
— Ну что, Зейн, братец, угодил я тебе подарком? Ты, ведь, хотел новую игрушку?
Игрушку? Боже… это они обо мне?
— Ты ошибся. Она не нужна мне. У меня свадьба на носу, а ты даришь мне такое искушение. Забери её себе, насладись сам этим юным телом. Мне это неинтересно.
Шейх отказывается, но пожирает глазами. Медленно отворачивается, и…
Стоящий позади мужчина резко толкает меня на колени. В ноги тому, кто только что от меня отказался. Хватаюсь за подол его одежд и чуть ли не целую туфли.
У меня просто нет иного выбора.
— Умоляю, господин, возьмите меня…
Выберите полку для книги