Читать и слушать книги

— Не спится, — сказал Аслан, когда среди ночи я пришла в его комнату.
— Нет.
— Зачем пришла?
Я не ответила. Прошла в комнату. Остановилась в паре шагов от него. Он не шелохнулся. Только рука, лежавшая на подлокотнике, медленно сжалась.
Я опустилась на колени.

Этот человек меня похитил. А я решила, что должна сбежать. Используя при этом любые способы, чтобы добиться свободы. Любые… способы.

Что делать богатой, успешной стерве, у которой есть всё, а жизнь превратилась в скучный глянцевый рай? Конечно, просить у подруги-психиатра дозу жесткого адреналина, интриг и «любви до соплей»!
Диагноз поставлен: зажралась. Лечение: полная изоляция от платиновых карт, съемная однушка в Капотне и должность администратора в поликлинике №4. Теперь её враги — штурмующие регистратуру пенсионеры и…Анатолий Сергеевич.
Он — бог травматологии: дьявольски красив, умен, эгоистичен до мозга костей и привык позволять себя обожать. У Леры внутри мгновенно щелкает тумблер с командой «Фас!», но этот стервец даже не смотрит в её сторону. Он сам — прирожденный хищник, который привык выбирать жертву, а не подчиняться чужим правилам.
Их война на уничтожение началась с первого взгляда. Но что делать Валерии, когда игра выйдет из-под контроля, а костоправ решит, что она смертельно больна, и пообещает спасти её любой ценой? Ведь главный пипец начнется тогда, когда ему придется узнать её настоящий секрет.

Он привык получать всё. Власть. Деньги. Подчинение. Одного его взгляда достаточно, чтобы люди забывали слово «нет».
Но она — единственная, кто посмела ему отказать.
Для него её сопротивление — вызов. Её холодность — игра. А её «нет» — всего лишь начало охоты.
Он уже решил: она будет его.

Даяна никогда не думала, что однажды станет разменной монетой в чужих руках. После смерти матери её жизнь превратилась в бесконечную борьбу: тяжёлая работа, жестокость мачехи и отец, который ради денег решил выдать дочь за влиятельного Магомеда Мансурова.

Не желая становиться частью этой сделки, Даяна решается на отчаянный побег. Но суровой зимней ночью судьба сталкивает её с человеком, от которого она пыталась скрыться. Не подозревая, кто перед ней, Даяна садится в его машину…

А просыпается уже в его доме.

Магомед не собирается отпускать девушку, за которую заплатил. Для него она — жена, которую он получил по договорённости. Для Даяны — человек, от которого теперь зависит её свобода.

Он навис над ней и холодно произнёс:

— Ты будешь покорной. Будешь ложиться со мной в одну постель, со временем научишься желать меня и станешь матерью моих детей

Я сгорела заживо.
А очнулась в теле девушки, которую привели на отбор для Верховного Альфы.

Здесь женщины — разменная монета.
Здесь сильные пожирают слабых.
Здесь за дерзость убивают сразу.

Но я не сломаюсь.
Даже когда он смотрит так, будто уже решил, что я принадлежу ему.
Даже когда от его голоса дрожит всё внутри.

Он — зверь.
Я — та, кого называют отбросом.
Но у меня есть то, чего нет у него: магия мёртвых.

И этот мир ещё не знает, кого он посадил в клетку.

Вера Строгова — судебный маг-форензик. Ее работа — читать следы магии на телах нелюдей, погибших при странных обстоятельствах. Она привыкла к рутине: холодный морг, ночные смены, формалин. Но однажды на ее стол попадает вампир, чья душа не покинула тело — она была выжжена дотла, а магические каналы забиты пеплом.

Вера понимает: это не убийство. Это стирание.

В поисках исчезнувшей дочери своей клиентки я наткнулась на логово извращенцев.
И теперь, мою невинность продают на аукционе. У меня есть план побега. Я готова ко всему. Только не к тому, что победителем торгов станет ОН.
- Может, снимешь наручники?
- Дай-ка подумать, Мартова! – он поворачивает меня лицом к себе, очерчивает пальцем контур губ.
Я дёргаюсь от электрического разряда.
- Пожалуй, нет! – ухмыляется он, и начинает расстёгивать пуговицы на своей чёрной рубашке.
- Ты совсем сбрендил? Что ты собираешься делать?! – отступаю от него, не веря своим глазам.
Тот Глеб, в которого я была влюблена, никогда не сделал бы со мной такого.
- Собираюсь получить то, за что заплатил. – он бросает рубашку на кресло, и делает ещё один шаг ко мне.
- Ненавижу! – отступаю от него.
Спотыкаюсь о край кровати и заваливаюсь на неё. Края пеньюара приглашающе распахиваются, полностью открывая меня порочному взгляду бывшего.

Вода мерно шумела, разбиваясь о дно металлической раковины. Елена методично водила губкой по тарелке, наблюдая, как мятная пена смывает остатки ужина.

Для неё эти пятнадцать минут у раковины давно стали единственным способом выдохнуть после рабочего дня.

Шум воды глушил мысли, смывал усталость, создавал иллюзию личного пространства. На кухне пахло жареной курицей и мятным средством для мытья посуды. За кухонным столом сидела свекровь, неспешно размешивая сахар в чашке. Ложечка звякала о тонкий фарфор — ритмично, назойливо, словно отсчитывая время.

– Леночка, Виталик обмолвился, у тебя премия в пятницу ожидается? – голос Ольги Николаевны прозвучал вкрадчиво, но с теми самыми хозяйскими нотками, которые появляются у ревизора при проверке чужой кассы.

Елена замерла. Губка остановилась на краю тарелки. Виталий снова проболтался. В очередной раз. Она просила мужа не обсуждать её доходы с матерью, но для него секретов не существовало — мама должна была знать всё.

Меня зовут Алиса, мне сорок лет, я домохозяйка. Мой муж собрал чемодан и ушел к молодой любовнице, узнав о ее беременности. А мне оставил ипотеку и двоих детей. Ну, как оставил, заявил, что если я не отдам ему половину стоимости нашего жилья, он заберет и их. И теперь мне срочно нужна работа с очень большой зарплатой. И не надо мне говорить, что после сорока это невозможно. Ради детей я готова свернуть горы!

Проезжая с подругой по центру города, в окне кафе замечаю знакомый силуэт моего мужа, который сидит посреди рабочего дня, мило держа за руку другую женщину. Это конец… – понимаю я, всматриваясь в когда-то любимые глаза человека, что обещал быть верным. Собрав себя по кусочкам, я решаю начать новую жизнь, в которой больше не будет места предателю. Да и в целом с мужчинами какое-то время я планирую не пересекаться, вот только моим планам постоянно что-то мешает.