Книги в жанре «Повседневность»
- Чем обязана таким вниманием? – отвечаю на звонок бывшего мужа, хотя послать хотелось от души.
- Кать, ты же, наверное, не собираешься на встречу выпускников идти? – да, как раз сегодня получила приглашение и уже успела согласие дать и деньги отправить Люське, она организует. – Моя Ляля нервничать будет, понимаешь же бывшая и нынешняя жена вместе на одном мероприятии… да и похвастаться тебе перед нашими нечем: ни фигуры, ни фактуры, ни других достижений! Сиди дома, а?
Трубку бросила и даже отвечать не стала.
На душе противно, неужели после двадцати трёх лет совместной жизни я не заслужила хотя бы уважения.
Твоя ссыкуха нервничать будет? Да мне это только в радость!
Я ни я буду, если не пойду!
Ни фигуры, ни фактуры, ни достижений?
Ну так я тебя сильно удивлю, мой дорогой! Ещё локти кусать будешь, что к своей стиральной доске от меня ушёл!
- Кать, ты же, наверное, не собираешься на встречу выпускников идти? – да, как раз сегодня получила приглашение и уже успела согласие дать и деньги отправить Люське, она организует. – Моя Ляля нервничать будет, понимаешь же бывшая и нынешняя жена вместе на одном мероприятии… да и похвастаться тебе перед нашими нечем: ни фигуры, ни фактуры, ни других достижений! Сиди дома, а?
Трубку бросила и даже отвечать не стала.
На душе противно, неужели после двадцати трёх лет совместной жизни я не заслужила хотя бы уважения.
Твоя ссыкуха нервничать будет? Да мне это только в радость!
Я ни я буду, если не пойду!
Ни фигуры, ни фактуры, ни достижений?
Ну так я тебя сильно удивлю, мой дорогой! Ещё локти кусать будешь, что к своей стиральной доске от меня ушёл!
– Ты не выйдешь за моего сына!
– Не смейте мне приказывать. Это не ваше дело!
– Моё, – властно отвечает. – И ты моя девочка, Ангел.
Отец жениха запихивает меня в черный внедорожник и приказывает водителю ехать.
– Успокойся!
– Вы похищаете меня?! Свадьба через две минуты! Я должна быть там...
– Значит, сын останется без невесты.
– Отпустите!
Мужчина усаживает меня на свои колени.
– Я заберу тебя, Ангел. Он больше не коснётся тебя. Ты всецело будешь принадлежать мне.
🔥 Запретная любовь
🔥 Властный мужчина
🔥 Нежная девушка с характером
🔥 Любовный треугольник
❤️ ХЭ
Возраст героев:
Ей – 23 года.
Ему – 39 лет.
– Не смейте мне приказывать. Это не ваше дело!
– Моё, – властно отвечает. – И ты моя девочка, Ангел.
Отец жениха запихивает меня в черный внедорожник и приказывает водителю ехать.
– Успокойся!
– Вы похищаете меня?! Свадьба через две минуты! Я должна быть там...
– Значит, сын останется без невесты.
– Отпустите!
Мужчина усаживает меня на свои колени.
– Я заберу тебя, Ангел. Он больше не коснётся тебя. Ты всецело будешь принадлежать мне.
🔥 Запретная любовь
🔥 Властный мужчина
🔥 Нежная девушка с характером
🔥 Любовный треугольник
❤️ ХЭ
Возраст героев:
Ей – 23 года.
Ему – 39 лет.
Восемь лет назад Максим бросил меня беременной.
Теперь мой бывший стал моим боссом и увидел семилетнего сына, о котором, как он утверждает, не знал.
Но тогда кто написал письмо, в котором он отказался от нашего ребёнка?
***
Восемь лет должны были изменить его сильнее.
Они только убрали из лица мальчишескую поспешность. Максим больше не оглядывается, проверяя, кто заметил его появление. Не поправляет воротник и не улыбается первым. Он останавливается посреди холла, видит меня за стеклянной перегородкой — и забывает убрать телефон от уха.
Чужой голос продолжает что-то говорить из динамика.
Максим отключает звонок.
Вот теперь боль приходит. Резко, под рёбра, вместе с воздухом, который я всё-таки втягиваю. Я же знала фамилию!
Теперь мой бывший стал моим боссом и увидел семилетнего сына, о котором, как он утверждает, не знал.
Но тогда кто написал письмо, в котором он отказался от нашего ребёнка?
***
Восемь лет должны были изменить его сильнее.
Они только убрали из лица мальчишескую поспешность. Максим больше не оглядывается, проверяя, кто заметил его появление. Не поправляет воротник и не улыбается первым. Он останавливается посреди холла, видит меня за стеклянной перегородкой — и забывает убрать телефон от уха.
Чужой голос продолжает что-то говорить из динамика.
Максим отключает звонок.
Вот теперь боль приходит. Резко, под рёбра, вместе с воздухом, который я всё-таки втягиваю. Я же знала фамилию!
— Это все ты, Суровин! Ты! — кричу ему в лицо, а он нагло мне улыбается. От былого ботана и следа не осталось. Я ему доверяла, обсуждала проект со всеми деталями, который теперь красовался в списке победителей конкурса старт-апов нашей бизнес-школы. Но под его фамилией.
— Лисина, какая же ты... невыносимая, — вздыхает он и подходит близко-близко. — Как можно быть такой наивной?! Ты так ничего и не поняла? — смотрит на меня пристально своими серыми глазами. Я молчу. Этого Кира Суровина я не знаю. Чужой совершенно.
Он упирается рукой о стену и наклоняется ко мне, а я краем глаза отмечаю то, что раньше не замечала — его сильные руки, его пристальный и совсем недобрый взгляд, его хищную улыбку.
— Кое-что поняла, Суровин. Вот только что поняла, что ты моим проектом подавишься.
— Лисина, какая же ты... невыносимая, — вздыхает он и подходит близко-близко. — Как можно быть такой наивной?! Ты так ничего и не поняла? — смотрит на меня пристально своими серыми глазами. Я молчу. Этого Кира Суровина я не знаю. Чужой совершенно.
Он упирается рукой о стену и наклоняется ко мне, а я краем глаза отмечаю то, что раньше не замечала — его сильные руки, его пристальный и совсем недобрый взгляд, его хищную улыбку.
— Кое-что поняла, Суровин. Вот только что поняла, что ты моим проектом подавишься.
Нелегко, когда в любви появляется соперница. Но ещё сложнее, если ей становится собственная обожаемая мать, родившая дочь в юном возрасте. Настя жила в тени своей мамы – яркой, эффектной красавицы, которой ничего не стоило завоевать любого мужчину. Поэтому девушка всегда проверяла парней «мамой», и многие, познакомившись с ней, переключали внимание на эту удивительную женщину. Но вот однажды Насте встретился человек, заинтересовавшийся именно ей, а не мамой. Он сделал девушке предложение, и молодые люди поженились. Казалось бы, вот оно, счастье! Но не тут-то было…
Его мир — дисциплина и приказы. Он артиллерист, командир тяжёлый огнемётного взвода «Солнцепёк», убийственной машины: один залп — и земля вздрагивает, будто сама природа на миг замирает в священном ужасе. Он знает цену каждому выстрелу: не в цифрах потерь, а в тяжёлой, звенящей, пропитанной гарью тишине, которая наступает после.
Она живёт в мире фантазий и созидания. Она верит в силу природы и знает: каждое дерево помнит всё. Её поле боя — лес, её противник — огонь, её победа — каждое спасённое дерево.
Сила, что сметает, и сила, что хранит. Казалось бы, они созданы для разных миров. Но между ними есть то, что сильнее противоречий: тихое, упрямое ожидание.
Пока он держит небо над головой, она держит землю под ногами. Пока он отвечает за то, чтобы огонь служил делу, она отвечает за то, чтобы жизнь продолжала расти.
Эта книга о том, как разные ритмы сердец могут звучать в унисон, если одно всегда ждёт, а другое помнит: там, за линией огня, есть берег, где его любят.
Она живёт в мире фантазий и созидания. Она верит в силу природы и знает: каждое дерево помнит всё. Её поле боя — лес, её противник — огонь, её победа — каждое спасённое дерево.
Сила, что сметает, и сила, что хранит. Казалось бы, они созданы для разных миров. Но между ними есть то, что сильнее противоречий: тихое, упрямое ожидание.
Пока он держит небо над головой, она держит землю под ногами. Пока он отвечает за то, чтобы огонь служил делу, она отвечает за то, чтобы жизнь продолжала расти.
Эта книга о том, как разные ритмы сердец могут звучать в унисон, если одно всегда ждёт, а другое помнит: там, за линией огня, есть берег, где его любят.
Угораздило же студентку Юлю потерять голову от звезды университета Кирилла! А тот, ни о чём не догадываясь, снисходительно опекал несчастную серую мышку. И ведь все вокруг твердили, что она ему не пара… Где уж ей, девочке-одуванчику, когда вокруг полно ярких соперниц, сражающихся за сердце этого неординарного парня! Юля и сама понимала – лучше выйти замуж за надёжного и верного друга детства Романа, чем добиваться симпатии Кирилла и конкурировать с его бесчисленными «любовями».
Много лет спустя судьба вновь свела совладельца крупного медиахолдинга Кирилла Крымова и известную писательницу Юлию Малышеву. А у неё был секрет, о котором бывший однокурсник ничего не знал…
Много лет спустя судьба вновь свела совладельца крупного медиахолдинга Кирилла Крымова и известную писательницу Юлию Малышеву. А у неё был секрет, о котором бывший однокурсник ничего не знал…
Артём штурмовик и для него каждый день может стать последним. Алёна студентка и волонтёр. Семь месяцев назад нелепая ссора разделила их, и теперь между ними не просто километры, а пропасть молчания. Артём не знает, что Алёна ждёт ребёнка, а она всё чаще сомневается, будут ли они нужны Артему, ведь от него не пришло ни одной весточки.
Серьёзное ранение возвращает парня с передовой и теперь ему предстоит не только заново учиться жить, но и встретиться с Алёной лицом к лицу, чтобы попытаться собрать из осколков то, что когда то было самым дорогим.
Смогут ли они простить горькие слова, сказанные в порыве эмоций, и услышать друг друга? Хватит ли их любви, чтобы снова стать друг другу опорой?
Серьёзное ранение возвращает парня с передовой и теперь ему предстоит не только заново учиться жить, но и встретиться с Алёной лицом к лицу, чтобы попытаться собрать из осколков то, что когда то было самым дорогим.
Смогут ли они простить горькие слова, сказанные в порыве эмоций, и услышать друг друга? Хватит ли их любви, чтобы снова стать друг другу опорой?
«Она думала, что любовь спасёт всё. Но однажды такси привезло её к деревянному домику у озера, где её ждало жестокое предательство…»
— Твоя Наташа опять звонила, — Катя с насмешкой обвила его шею руками. — Опять ноет?
— Оставь, надоела она мне со своими проблемами, — отмахнулся Сергей, притягивая любовницу ближе. — Ты не ревнуешь к этой серой мышке?
— К той, что вечно пахнет дешёвым борщом? — звонко рассмеялась она. — Да она мне в подмётки не годится!
**Он сделал её сильнее, разбив её сердце. Но что, если новое счастье найдёт её само?**
— Твоя Наташа опять звонила, — Катя с насмешкой обвила его шею руками. — Опять ноет?
— Оставь, надоела она мне со своими проблемами, — отмахнулся Сергей, притягивая любовницу ближе. — Ты не ревнуешь к этой серой мышке?
— К той, что вечно пахнет дешёвым борщом? — звонко рассмеялась она. — Да она мне в подмётки не годится!
**Он сделал её сильнее, разбив её сердце. Но что, если новое счастье найдёт её само?**
Восемнадцать лет я латала чужие костюмы в Мариинке и мастерски зашивала собственные тайны. Пока я в три смены строчила балетные пачки, мой сын рос на сказках об «отце-герое». Мы жили в своем ритме, пока в коридоре училища я не столкнулась нос к носу с Виктором Лебедевым.
Моя главная ошибка молодости теперь носит генеральские погоны и привыкла, что мир строится по его уставу. Но я не собираюсь падать в обморок от его званий. У меня в арсенале сарказм, острые булавки и годы, когда я одна тянула сына… без всяких генералов.
Моя главная ошибка молодости теперь носит генеральские погоны и привыкла, что мир строится по его уставу. Но я не собираюсь падать в обморок от его званий. У меня в арсенале сарказм, острые булавки и годы, когда я одна тянула сына… без всяких генералов.
Выберите полку для книги