Читать и слушать книги
– Пусти меня! – кричу в истерике.
Бью кулачками в его грудь, но он держит меня крепко прижатой к себе.
– Нет, – цедит жестко и подавляюще. – Ты сделаешь все, что я хочу. Потом, может, и пойдешь, но это не точно.
Толкает меня, и я падаю на край дивана.
Нависает надо мной.
– Я расскажу все своему отчиму… И он… – замолкаю под хищным взглядом парня.
– Тебя никто от меня не спасет, – ухмыляется хищно и стягивает свою футболку через голову. – Мы будем играть, пока мне не надоест.
Это будут очень жестокие игры…
💔💔💔
Арсений Вишняков – плохой парень. Испорченный до мозга костей. Главный краш нашего универа, звезда футбольной команды, красавчик с очень темным прошлым.
Он меня ненавидит. Без причины. Без всякой жалости и пощады. До такой степени, что решил сделать из меня свою игрушку.
Бью кулачками в его грудь, но он держит меня крепко прижатой к себе.
– Нет, – цедит жестко и подавляюще. – Ты сделаешь все, что я хочу. Потом, может, и пойдешь, но это не точно.
Толкает меня, и я падаю на край дивана.
Нависает надо мной.
– Я расскажу все своему отчиму… И он… – замолкаю под хищным взглядом парня.
– Тебя никто от меня не спасет, – ухмыляется хищно и стягивает свою футболку через голову. – Мы будем играть, пока мне не надоест.
Это будут очень жестокие игры…
💔💔💔
Арсений Вишняков – плохой парень. Испорченный до мозга костей. Главный краш нашего универа, звезда футбольной команды, красавчик с очень темным прошлым.
Он меня ненавидит. Без причины. Без всякой жалости и пощады. До такой степени, что решил сделать из меня свою игрушку.
Из-за двери сауны доносился хохот и звон стекла. Я собиралась пройти наверх, чтобы не мешать мужу с приятелями отдыхать. Но что-то заставило замереть. Ноги будто приросли к полу, когда я услышала голос Сергея, громкий, развязный:
— Ну ты ж сам понимаешь, братан! Жена — она как рабочая лошадка. Верная, преданная, пашет без выходных. А Эльмирка... — он захихикал, и у меня похолодело внутри, — чистокровная арабская скаковая!
Меня будто ударили по лицу. Кровь отхлынула от него, потом прилила обратно, обжигая щеки. Я вцепилась в стену, чтобы не упасть.
Будто добивая меня, Сергей продолжал:
— Сейчас Эля с подружкой приедет, сами оцените! А свою клушу я в спа сплавил. Она там до вечера будет кудахтать от счастья. Чем меньше балуешь — тем больше благодарность! Учитесь, мужики!
Звон бокалов. Смех.
А я стояла за дверью, сжав кулаки так, что ногти впились в ладони.
— Ну ты ж сам понимаешь, братан! Жена — она как рабочая лошадка. Верная, преданная, пашет без выходных. А Эльмирка... — он захихикал, и у меня похолодело внутри, — чистокровная арабская скаковая!
Меня будто ударили по лицу. Кровь отхлынула от него, потом прилила обратно, обжигая щеки. Я вцепилась в стену, чтобы не упасть.
Будто добивая меня, Сергей продолжал:
— Сейчас Эля с подружкой приедет, сами оцените! А свою клушу я в спа сплавил. Она там до вечера будет кудахтать от счастья. Чем меньше балуешь — тем больше благодарность! Учитесь, мужики!
Звон бокалов. Смех.
А я стояла за дверью, сжав кулаки так, что ногти впились в ладони.
— Марина?! Ты что тут делаешь?
Муж возмущен тем, что я нежданно-негаданно приехала на его корпоратив.
Я узнала о празднике случайно, когда мне предложили приготовить для сотрудников сладкие пышки и именные капкейки. Приехала и застала мужа с другой. С той, чье имя выводила глазурью на шоколаде!
Что ж, милый, это не единственный сюрприз для тебя!
— А ты как думаешь, что я тут делаю? Может, привезла тебе десерт? Или, может, за тобой слежу? Потому что ты, Антон, не только мне изменяешь, ты еще и компанию свою собираешься подставить, слив информацию!
Мой супруг, который скоро станет бывшим, в шоке, а вот его шеф…
— Марина, ты сама сладкая, как пышка… нет, ты еще слаще…
Боже, я думала, что буду страдать из-за измены любимого, но в объятиях его босса я совсем не страдаю…
Муж возмущен тем, что я нежданно-негаданно приехала на его корпоратив.
Я узнала о празднике случайно, когда мне предложили приготовить для сотрудников сладкие пышки и именные капкейки. Приехала и застала мужа с другой. С той, чье имя выводила глазурью на шоколаде!
Что ж, милый, это не единственный сюрприз для тебя!
— А ты как думаешь, что я тут делаю? Может, привезла тебе десерт? Или, может, за тобой слежу? Потому что ты, Антон, не только мне изменяешь, ты еще и компанию свою собираешься подставить, слив информацию!
Мой супруг, который скоро станет бывшим, в шоке, а вот его шеф…
— Марина, ты сама сладкая, как пышка… нет, ты еще слаще…
Боже, я думала, что буду страдать из-за измены любимого, но в объятиях его босса я совсем не страдаю…
— Дядь, а ты Простоквашино в детстве смотрел? — спрашивает у меня девчонка в красном сарафане и с хитрым прищуром.
— Смотрел, — киваю я в ответ и складываю руки на груди.
Ну вот с малышками я ещё не воевал!
— Ну тогда ты знаешь, что дальше будет, — её губы растягиваются в слишком довольной улыбке, а дальше следует фраза, которая меняет всё: — Гаврюша, взять!
Из-за угла деревянного сарая выбегает бычок и, быстро осмотрев всё вокруг, замечает меня срывается на бег, с растопыренными ушами и характерным «му-у-у»!
***
Я приехал в деревню, чтобы выкупить землю и построить здесь новый гостиничный комплекс с экофермой, а столкнулся с той, которую когда-то обидел. Но самое паршивое, что не она мне мстит, а её мелкая дочь. И она мне кого-то напоминает.
— Смотрел, — киваю я в ответ и складываю руки на груди.
Ну вот с малышками я ещё не воевал!
— Ну тогда ты знаешь, что дальше будет, — её губы растягиваются в слишком довольной улыбке, а дальше следует фраза, которая меняет всё: — Гаврюша, взять!
Из-за угла деревянного сарая выбегает бычок и, быстро осмотрев всё вокруг, замечает меня срывается на бег, с растопыренными ушами и характерным «му-у-у»!
***
Я приехал в деревню, чтобы выкупить землю и построить здесь новый гостиничный комплекс с экофермой, а столкнулся с той, которую когда-то обидел. Но самое паршивое, что не она мне мстит, а её мелкая дочь. И она мне кого-то напоминает.
- Это мой сын, - говорит Олег без предисловий. Это не вопрос, а утверждение.
- Да, - отвечаю я. Они оба так похожи, что было бы неразумно отрицать очевидное.
- Почему ты не сказала мне? - в его словах слышится упрёк, смешанный с желанием разобраться в прошлом.
- А зачем? Ты был занят своей новой женой.
- Маша! - Олег делает шаг вперёд, на мгновение в его глазах появляется смесь боли и решимости. - Это мой ребенок! Я имел право знать!
***
Это просто удивительно, ново и в то же время ошеломляюще - узнать, что у тебя будет ребенок. Ещё более ошеломляюще узнать об этом в один день с изменой любимого мужа.
Столько новостей сразу! И ведь жизнь не спросит, с какой начать: хорошей или плохой?
Развожусь и ухожу не оглядываясь, но однажды бывший муж врывается в мою жизнь снова.
Надеюсь, что он ни о чём не узнает, потому что мне есть что скрывать, ведь сразу после нашего развода я родила ему сына.
- Да, - отвечаю я. Они оба так похожи, что было бы неразумно отрицать очевидное.
- Почему ты не сказала мне? - в его словах слышится упрёк, смешанный с желанием разобраться в прошлом.
- А зачем? Ты был занят своей новой женой.
- Маша! - Олег делает шаг вперёд, на мгновение в его глазах появляется смесь боли и решимости. - Это мой ребенок! Я имел право знать!
***
Это просто удивительно, ново и в то же время ошеломляюще - узнать, что у тебя будет ребенок. Ещё более ошеломляюще узнать об этом в один день с изменой любимого мужа.
Столько новостей сразу! И ведь жизнь не спросит, с какой начать: хорошей или плохой?
Развожусь и ухожу не оглядываясь, но однажды бывший муж врывается в мою жизнь снова.
Надеюсь, что он ни о чём не узнает, потому что мне есть что скрывать, ведь сразу после нашего развода я родила ему сына.
— Я же приезжал на похороны к Данилову, почему не сказала? Гордая?
— А зачем мне было что-то говорить? — спрашивает серьезно Рита. — Чтобы это изменило? Твое отношение ко мне? Или ты бы резко увидел во мне красивую женщину?
— Да я всегда ее видел! — закричал в отчаянии я. — Ты всегда была слишком красивой.
— Это тебе дошло до того, как ты о детях узнал, или уже после? Или это озарение случилось в моменте, когда тебе колесо на ногу упало?
— Язва!
***
Он тот, кто украл моё сердце, как только я его впервые увидела. И тот, кто его безжалостно растоптал. Я надеялась, что переболела и больше никогда его не встречу, но всё вышло наоборот. И вот спустя девять лет он снова стоит на том же месте, только взгляд его направлен на моих детей, так похожих на него.
— А зачем мне было что-то говорить? — спрашивает серьезно Рита. — Чтобы это изменило? Твое отношение ко мне? Или ты бы резко увидел во мне красивую женщину?
— Да я всегда ее видел! — закричал в отчаянии я. — Ты всегда была слишком красивой.
— Это тебе дошло до того, как ты о детях узнал, или уже после? Или это озарение случилось в моменте, когда тебе колесо на ногу упало?
— Язва!
***
Он тот, кто украл моё сердце, как только я его впервые увидела. И тот, кто его безжалостно растоптал. Я надеялась, что переболела и больше никогда его не встречу, но всё вышло наоборот. И вот спустя девять лет он снова стоит на том же месте, только взгляд его направлен на моих детей, так похожих на него.
— Ребёнок из пробирки, появившийся из-за ошибки. Этого не должно было случиться! — мужчина с силой бьёт кулаком о стену.
Тяжело дыша, он подходит ко мне и приказывает:
— Собирай свои вещи. Ты поедешь со мной.
— Куда? — не понимаю я.
Незнакомец смотрит на меня со злой усмешкой:
— Куда, куда… Ко мне, разумеется. Этот случайный ребёнок навсегда связал нас — нравится нам это или нет. А значит, ты будешь под моим присмотром до самых родов. Я должен быть уверен, что ты не навредишь моему… наследнику.
— Я не поеду, — пытаюсь возразить я.
— Поедешь, — отрезает он. — У тебя нет выбора. Но запомни главное, — он делает шаг ко мне, его лицо совсем близко. — У меня есть невеста. Так что даже не надейся ни на какую любовь и прочую романтическую чушь. Ты для меня — не более чем живой инкубатор. Всего лишь ошибка, которую я вынужден контролировать. Ты поняла?
Я молча киваю, не в силах вымолвить ни слова. В его тёмных глазах — только холод и презрение.
Тяжело дыша, он подходит ко мне и приказывает:
— Собирай свои вещи. Ты поедешь со мной.
— Куда? — не понимаю я.
Незнакомец смотрит на меня со злой усмешкой:
— Куда, куда… Ко мне, разумеется. Этот случайный ребёнок навсегда связал нас — нравится нам это или нет. А значит, ты будешь под моим присмотром до самых родов. Я должен быть уверен, что ты не навредишь моему… наследнику.
— Я не поеду, — пытаюсь возразить я.
— Поедешь, — отрезает он. — У тебя нет выбора. Но запомни главное, — он делает шаг ко мне, его лицо совсем близко. — У меня есть невеста. Так что даже не надейся ни на какую любовь и прочую романтическую чушь. Ты для меня — не более чем живой инкубатор. Всего лишь ошибка, которую я вынужден контролировать. Ты поняла?
Я молча киваю, не в силах вымолвить ни слова. В его тёмных глазах — только холод и презрение.
– Ксюш, – шёпотом позвала меня медсестра, – ты сейчас просто обалдеешь.
– Лен, давай без загадок, – отмахнулась я заполняя журнал. – Что там?
– Скорая едет. ДТП на трассе. Мужчина и девушка. Состояние… ну, средней тяжести вроде, но это не главное! – Лена уже сияла, как новогодняя гирлянда, явно наслаждаясь моментом.
Я подняла на неё глаза.
– А что главное?
– Ты присядь… – Она выдержала театральную паузу и выдала: – Они влетели в отбойник, потому что девица в этот момент, прости Господи, делала ему… ну… ты поняла в общем.
Я, наверное, минуту просто моргала, пытаясь понять, правильно ли услышала. И в этот самый момент со скоро привезли пострадавших. Тех самых, которые любители экстрима за рулем.
Пострадавшая девушка была вся в слезах, с порванной кофточкой и синяком на ключице. Врачи уже окружили её, а я, передав девушку коллегам, привычно повернулась ко второму пострадавшему. К мужчине.
И в следующую секунду весь мир рухнул.
Это был мой муж.
– Лен, давай без загадок, – отмахнулась я заполняя журнал. – Что там?
– Скорая едет. ДТП на трассе. Мужчина и девушка. Состояние… ну, средней тяжести вроде, но это не главное! – Лена уже сияла, как новогодняя гирлянда, явно наслаждаясь моментом.
Я подняла на неё глаза.
– А что главное?
– Ты присядь… – Она выдержала театральную паузу и выдала: – Они влетели в отбойник, потому что девица в этот момент, прости Господи, делала ему… ну… ты поняла в общем.
Я, наверное, минуту просто моргала, пытаясь понять, правильно ли услышала. И в этот самый момент со скоро привезли пострадавших. Тех самых, которые любители экстрима за рулем.
Пострадавшая девушка была вся в слезах, с порванной кофточкой и синяком на ключице. Врачи уже окружили её, а я, передав девушку коллегам, привычно повернулась ко второму пострадавшему. К мужчине.
И в следующую секунду весь мир рухнул.
Это был мой муж.
Полтора года назад любимый мужчина сказал мне выбирать: или он, или ребёнок. А теперь снова появился в моей жизни и хочет её разрушить.
— Ребёнка я определяю в дом малютки, — ошарашил меня бывший.
— Нет! Только не это! — запаниковала я, — они мне потом его не отдадут!
Смотрела на мужчину и сама не понимала, что я от него хочу. Ему сын никогда был не нужен, не нужен и сейчас. Как можно вообще было заикнуться про дом малютки для собственного сына?
— Что ты предлагаешь? Мне с ним возиться, пока ты в больнице прохлаждаешься?
— Найми няню. Я возмещу все расходы.
— Меня не интересует возмещение, Лея. Замотивируй меня как-нибудь иначе.
— Иначе?
— Свидание, — подсказал он, — когда выздоровеешь, разумеется. Ты же ходишь на свидания со всякими непонятными мужиками. Ну и со мной сходишь. По старой памяти.
— Свидание — это ужин в ресторане?
— Да, можно ужин. Потом к тебе или ко мне. Всё более чем стандартно.
— Ребёнка я определяю в дом малютки, — ошарашил меня бывший.
— Нет! Только не это! — запаниковала я, — они мне потом его не отдадут!
Смотрела на мужчину и сама не понимала, что я от него хочу. Ему сын никогда был не нужен, не нужен и сейчас. Как можно вообще было заикнуться про дом малютки для собственного сына?
— Что ты предлагаешь? Мне с ним возиться, пока ты в больнице прохлаждаешься?
— Найми няню. Я возмещу все расходы.
— Меня не интересует возмещение, Лея. Замотивируй меня как-нибудь иначе.
— Иначе?
— Свидание, — подсказал он, — когда выздоровеешь, разумеется. Ты же ходишь на свидания со всякими непонятными мужиками. Ну и со мной сходишь. По старой памяти.
— Свидание — это ужин в ресторане?
— Да, можно ужин. Потом к тебе или ко мне. Всё более чем стандартно.
- Тата? – раздаётся надо мной до боли знакомый голос с еле заметным акцентом, который когда-то мне безумно нравился.
Руслан садится за мой столик, не спрашивая разрешения. Он всегда вёл себе по-хозяйски.
- Привет, - стараюсь произнести беззаботно, надеясь, что голос не дрогнет. Я не способна сейчас на длинные фразы. – Неважно.
Я внутренне поёживаюсь под пронзительным взглядом Руслана. Увы, он всегда умел смотреть так, будто препарировал меня и при этом видел насквозь.
- Кого ты здесь ждёшь? – спрашивает так, будто до сих пор имеет право требовать от меня отчёта.
- Ты слишком любопытен для бывшего, - набравшись сил, дерзко смотрю в глаза Руслану. Больше я взгляд не отведу!
- Даже так, - насмешливо хмыкает Руслан.
- И никак иначе! В моём настоящем нет места прошлому.
***
Он разрушил мою жизнь. Напрашивается на ответку? Что ж он об этом пожалеет.
Руслан садится за мой столик, не спрашивая разрешения. Он всегда вёл себе по-хозяйски.
- Привет, - стараюсь произнести беззаботно, надеясь, что голос не дрогнет. Я не способна сейчас на длинные фразы. – Неважно.
Я внутренне поёживаюсь под пронзительным взглядом Руслана. Увы, он всегда умел смотреть так, будто препарировал меня и при этом видел насквозь.
- Кого ты здесь ждёшь? – спрашивает так, будто до сих пор имеет право требовать от меня отчёта.
- Ты слишком любопытен для бывшего, - набравшись сил, дерзко смотрю в глаза Руслану. Больше я взгляд не отведу!
- Даже так, - насмешливо хмыкает Руслан.
- И никак иначе! В моём настоящем нет места прошлому.
***
Он разрушил мою жизнь. Напрашивается на ответку? Что ж он об этом пожалеет.
Выберите полку для книги