Книги в жанре «Драма»

— Значит, так, Таша. Развод мне нужен быстрый и бесшумный. — сухо заявляет муж. — Детей у нас нет, так что разведут без суда при обоюдном желании. Надеюсь, ты не будешь упрямиться? Не порть напрасно нервы ни мне с Катей, ни себе.
— Не переживай, — горько усмехнулась я. — Проблем не доставлю.
— Вот и отлично. — потер руки. — Насчёт раздела имущества даже не помышляй. И эта квартира, и загородный коттедж, и машины — всё оформлено на моих родителей. Так что тебе в любом случае ничего не достанется.
— Елизавета Степановна надоумила, да?
— А что не так? — пожал плечами. —Мама абсолютно права. Жен может быть много, если каждой отстёгивать половину нажитого, можно бомжом остаться.


*********
Оставшись ни с чем после развода, я вернулась в родной поселок. Чтобы залечить душевные раны и отстроить жизнь заново.
Не зря ведь говорят, что родные места лечат душу.
А сердце способна исцелить только настоящая любовь, которая, оказывается, была совсем рядом… Только я не смогла вовремя р

❤️ПОВЕСТЬ ЗАВЕРШЕНА❤️
– Мама в больницу попала. А я к тебе поехал. Ты же не блосишь меня? – Заглядывает в глаза, а у меня в горле вязкий комок встаёт.
И я, как ни силюсь, не могу протолкнуть его обратно.
Поэтому сиплю как утопленник.
– Не брошу. Только…
– Что?
– А что с мамой?
– Мама умилает. Влачи сказали, что ей недолго осталось. А я в детский дом ужас как не хочу.

Я видела, как он целовал другую.
Не просто другую. Мою бывшую подругу.

Он улыбался ей той самой улыбкой, от которой у меня когда-то подкашивались колени. А она смотрела на него так, будто он принадлежал ей.

А я стояла на другой стороне улицы и не могла вдохнуть.

Он предал меня. Растоптал. Уничтожил всё, во что я верила.

Но он ещё не знает, с кем связался.

Я больше не та девочка, которая ждала его до полуночи. Не та, что прощала всё. Не та, что любила без оглядки.

— Ты изменилась.
— Да. И знаешь что? Мне это нравится.

Он хочет вернуть меня. Хочет объяснить. Хочет, чтобы я снова поверила.
Но у меня другие планы.

Предатель. Ты пожалеешь.

– Инна Сергеевна, тяжелое ДТП. Скорая уже подъезжает. Готовим операционную.
– Сколько пострадавших?
– Двое, мужчина и женщина. Мужчина стабилен, а девушка в тяжелом состоянии.
В этот момент со скорой на каталке завезли двух пострадавших. Я обернулась и в мужчине узнала своего мужа. Который должен был быть в командировке.
– Инна Сергеевна! – резко позвала меня Катя. – У поступившей девушки давление падает. УЗИ подтверждает свободную жидкость.
– Срочно в операционную ее. – сказала я, провожая взглядом мужа, пытаясь унять беспокойство и тревогу о нем.
Тогда я еще не знала, что передо мной на операционном столе лежала любовница моего мужа, а я спасала ей жизнь…

Лика застукивает мужа с любовницей в их постели. В ту же ночь уезжает из города с коллегой-волонтёром, ещё не зная, что он — злейший враг её мужа и пришёл за местью

Она — любимица небес. Я — та, кого убили, чтобы освободить ей место.
В прошлой жизни я была той самой «погибшей подружкой», чья смерть делает сюжет интереснее. Скарлетт использовала меня как ступеньку — и получила свою сказку, своего героя, свой хэппи-энд.

Но я вернулась.
И больше не собираюсь быть фоном для чужой истории.

Она думает, что снова станет героиней. Что я смиренно отойду в сторону, как раньше.
Ахаха, нет.

Я помню всё: её фальшивые слёзы, её улыбку на моих похоронах, её уверенность, что мир принадлежит ей.
Но теперь у меня есть то, чего не было раньше — второй шанс. И я намерена использовать его до последней капли.

Она забрала мою жизнь.
Теперь я забираю её сказку.

Я села за руль под ливень. Семнадцать раз набирала его номер. Он сбрасывал. А когда наконец ответил и услышал, что я рожаю на трассе одна, — сказал: «Не выдумывай».
Потом машину развернуло.
Последним, что я услышала перед тем, как тьма сомкнулась надо мной, было не моё имя и не имя нашей умирающей дочери.
Он позвал её.

А через три года я мыла полы в управлении МВД, потому что больше никуда не брали мать больного ребёнка. И на стенде «Руководство» увидела его фотографию. Полковник Соколов. Заместитель начальника. Примерный семьянин.
Он три года считал нашу дочь мёртвой. Потому что так было удобнее.
Теперь он хочет её забрать.

— У тебя есть ребенок от другой женщины? — спрашиваю я. Голос мой дрожит, но я держу его под контролем.
Он откидывается на спинку стула. Смотрит на меня долго, оценивающе. Будто решает, что говорить, как повернуть разговор.
— Да, — говорит он наконец. — У меня есть ещё ребенок. Дочь. Ей год и зовут Маша.
Слова падают, как камни в колодец. Я слышу каждое, но не могу поверить, что это реальность. Что это произносит мой муж. Отец моей дочери. Человек, который клялся мне в верности перед алтарем восемнадцать лет назад.
— И женщина? — Мой голос звучит чужим.
— Её зовут Ева. — Он говорит спокойно, деловито, как будто обсуждаем покупку машины. — Она работала у меня в компании. Юристом. Мы были вместе полгода. Она забеременела.
Они были вместе полгода. Потом девять месяцев беременности, год жизни ребенка. Два с половиной года он живет двойной жизнью, изменяет мне и врет.

– Если ты сейчас же не уберешь свою руку с моей груди, я тебя укушу!
– Кусай, – голос хриплый, сухой. От него бегут мурашки по коже, внутренности скручиваются узлом.
Под одеялом горячее мужское тело, которое прижимается ко мне, явно не с добрыми намерениями. Я пытаюсь отодвинуться на сантиметр, но он приближается на два.
Меня вновь обладает волной жара, и я невольно стону.
– Родная… по-моему, надо повторить все то, что мы вытворяли с тобой этой ночью.

МЫ были женаты, когда-то оооочень давно. Десять лет назад. Все поросло быльем. Мосты уже давно все догорели, не оставив и пепла.
Но на свадьбе подруги, мы встретились вновь и спустя пару часов оказались в одной постели.
Молодой человек, руки уберите от меня! То что было по пьяни, не считается и больше не повторится.

Меня зовут Ада Беккер.
Я умирала девять раз.
И каждый раз — из-за них.
В этой жизни я решила одно: я не буду бороться.
Пусть сестра толкает меня в бассейн.
Пусть родители делают вид, что меня нет.
Пусть брат спасает только потому, что иначе «Агата расстроится».
Я просто хочу закончить эту историю.
Но когда жертва перестаёт бояться — монстры начинают паниковать.

Сколько жизней нужно прожить, чтобы понять: дело никогда не было в тебе?