Книги в жанре «Драма»
Я медленно шла между рядами из машин. Я не собиралась ничего покупать, просто коротала время дожидаясь подругу.
Я уже прошла половину зала в автосалоне, когда вдруг увидела знакомую фигуру.
Сначала я не поверила глазам.
Но, нет, это точно был мой муж.
А в следующий момент я услышала его голос.
– Ксюша, милая, выбирай любую тачку, – сказал он какой-то девице. – Я тебе куплю ту, которая понравится.
У меня в ушах зазвенело.
– Милый, ты у меня такой щедрый, – засмеялась девушка
– Для такой сладкой кошечки и после того, что ты вытворяла со мной, мне ничего не жалко, – ответил ей мой муж.
Я стояла в нескольких метрах от них и чувствовала, как внутри что-то медленно разламывается. Это была откровенная, жирная, наглая измена.
Я уже прошла половину зала в автосалоне, когда вдруг увидела знакомую фигуру.
Сначала я не поверила глазам.
Но, нет, это точно был мой муж.
А в следующий момент я услышала его голос.
– Ксюша, милая, выбирай любую тачку, – сказал он какой-то девице. – Я тебе куплю ту, которая понравится.
У меня в ушах зазвенело.
– Милый, ты у меня такой щедрый, – засмеялась девушка
– Для такой сладкой кошечки и после того, что ты вытворяла со мной, мне ничего не жалко, – ответил ей мой муж.
Я стояла в нескольких метрах от них и чувствовала, как внутри что-то медленно разламывается. Это была откровенная, жирная, наглая измена.
– Лера! Лера, постой! Дай объясниться!
– А зачем мне твои объяснения? Ты изменил? Изменил. Ты заделал любовнице ребёнка? Заделал. Ты врал мне на протяжении четырёх лет, а то и больше? Врал. Так что здесь объяснять?
– И что, ты собираешься просто сесть в машину и уехать?
– Да, именно это я и собираюсь сделать. Мне же ещё надо будет собрать твои вещи, подумать о разводе и обсудить тебя с подругами и родными. Так что, как видишь, у меня куча дел.
– Развод? Лера, ты же это несерьёзно? Послушай...
– Я не хочу тебя слушать! Отойди с дороги!
Раздражённо толкнув Антона в грудь, я и не заметила, как завелась, с силой ударяя его кулаками по грудной клетке, в то время как внутри меня всё пылало от самых противоречивых, сжигающих меня живьём чувств.
* * *
Я и не догадывалась, насколько болезненным может быть предательство любимого человека, ради которого я была готова сделать абсолютно всё. Его тайны, измены и враньё обесценили мою любовь, дав мне только один выход – развестись с ним.
– А зачем мне твои объяснения? Ты изменил? Изменил. Ты заделал любовнице ребёнка? Заделал. Ты врал мне на протяжении четырёх лет, а то и больше? Врал. Так что здесь объяснять?
– И что, ты собираешься просто сесть в машину и уехать?
– Да, именно это я и собираюсь сделать. Мне же ещё надо будет собрать твои вещи, подумать о разводе и обсудить тебя с подругами и родными. Так что, как видишь, у меня куча дел.
– Развод? Лера, ты же это несерьёзно? Послушай...
– Я не хочу тебя слушать! Отойди с дороги!
Раздражённо толкнув Антона в грудь, я и не заметила, как завелась, с силой ударяя его кулаками по грудной клетке, в то время как внутри меня всё пылало от самых противоречивых, сжигающих меня живьём чувств.
* * *
Я и не догадывалась, насколько болезненным может быть предательство любимого человека, ради которого я была готова сделать абсолютно всё. Его тайны, измены и враньё обесценили мою любовь, дав мне только один выход – развестись с ним.
— Ты много чего не замечаешь, Вера. Ты вообще последние время замечаешь только события в магазине, своих поставщиков, свои квартальные отчеты.
— Не переводи тему.
— Я не перевожу. Я отвечаю на твой вопрос. Полгода, — говорит он просто. — С Ликой полгода. Если тебе так интересно. Но она не единственная, с кем я успел отдохнуть, снять стресс.
— Ты... — я делаю паузу, собираю себя по кусочкам. — Ты говоришь это так спокойно... Как будто это... как будто у тебя есть право.
— У меня и есть право, — произносит он. — Я мужчина. Я зарабатываю. Я строю из этого чертового бизнеса настоящую империю. А ты что? Торгуешь кремами и помадами?
Я любила его. Подняла с колен, была с ним самого начала, а он за мою любовь и доброту платит изменой. Я не позволю вытирать об меня ноги. Я отомщу!
Пусть узнает, каково это — предавать ту, кто сделала его успешным.
— Не переводи тему.
— Я не перевожу. Я отвечаю на твой вопрос. Полгода, — говорит он просто. — С Ликой полгода. Если тебе так интересно. Но она не единственная, с кем я успел отдохнуть, снять стресс.
— Ты... — я делаю паузу, собираю себя по кусочкам. — Ты говоришь это так спокойно... Как будто это... как будто у тебя есть право.
— У меня и есть право, — произносит он. — Я мужчина. Я зарабатываю. Я строю из этого чертового бизнеса настоящую империю. А ты что? Торгуешь кремами и помадами?
Я любила его. Подняла с колен, была с ним самого начала, а он за мою любовь и доброту платит изменой. Я не позволю вытирать об меня ноги. Я отомщу!
Пусть узнает, каково это — предавать ту, кто сделала его успешным.
— Карина? Ты… что ты здесь делаешь? — голос моего мужа звучит неестественно высоко.
— Это что ТЫ здесь делаешь? С цветами? В квартире моей подруги? Я эту квартиру продаю, ты это прекрасно знаешь!
Я жду ответа, надеюсь на какое-то логичное, пусть даже бредовое объяснение.
Ну же, скажи, что ты ошибся адресом.
— Давно ты с ней?
— А что я должен сказать? — он огрызается на меня. — Да, мы вместе. Ты же вечно на работе, Карина! У тебя сделки, задатки, выезды, показы… А Ира… она живая. Она меня слушала.
Так, значит? Это вы зря, предатели! Я - профессионал.
Я знаю, как обесценить любой объект. В случае моего мужа, правда, даже стараться не нужно: это объект и так с обременением, от которого я избавлюсь так филигранно, что он сам не поймет, как оказался на обочине жизни с одним чемоданом.
— Это что ТЫ здесь делаешь? С цветами? В квартире моей подруги? Я эту квартиру продаю, ты это прекрасно знаешь!
Я жду ответа, надеюсь на какое-то логичное, пусть даже бредовое объяснение.
Ну же, скажи, что ты ошибся адресом.
— Давно ты с ней?
— А что я должен сказать? — он огрызается на меня. — Да, мы вместе. Ты же вечно на работе, Карина! У тебя сделки, задатки, выезды, показы… А Ира… она живая. Она меня слушала.
Так, значит? Это вы зря, предатели! Я - профессионал.
Я знаю, как обесценить любой объект. В случае моего мужа, правда, даже стараться не нужно: это объект и так с обременением, от которого я избавлюсь так филигранно, что он сам не поймет, как оказался на обочине жизни с одним чемоданом.
— Ну же! Дыши. Дыши, маленькая. Давай. У тебя вся жизнь впереди.
Девочка начинает кашлять, выплёвывая воду, и я наконец выдыхаю.
Успел.
— Ты как ангел, — вдруг шепчет она, дрожа от холода после ледяной воды.
Я смотрю в её голубые глаза и даже сквозь слезы и пережитый ужас вижу в них детское любопытство.
— Нет, мелкая, — пытаюсь улыбнуться. — Я спасатель.
— А это, разве не одно и то же?
Ответить не успеваю, сквозь толпу зевак к нам пробивается её мать. В женских глазах отражается ужас и… шок тот же, что накрывает и меня.
Восемь лет назад я разорвал отношения с этой женщиной, уехав на службу. Я решил, что так будет лучше для нее. И все бы ничего, у каждого своя жизнь, но почему у спасённой девчонки мои глаза?
Девочка начинает кашлять, выплёвывая воду, и я наконец выдыхаю.
Успел.
— Ты как ангел, — вдруг шепчет она, дрожа от холода после ледяной воды.
Я смотрю в её голубые глаза и даже сквозь слезы и пережитый ужас вижу в них детское любопытство.
— Нет, мелкая, — пытаюсь улыбнуться. — Я спасатель.
— А это, разве не одно и то же?
Ответить не успеваю, сквозь толпу зевак к нам пробивается её мать. В женских глазах отражается ужас и… шок тот же, что накрывает и меня.
Восемь лет назад я разорвал отношения с этой женщиной, уехав на службу. Я решил, что так будет лучше для нее. И все бы ничего, у каждого своя жизнь, но почему у спасённой девчонки мои глаза?
Пять лет брака можно вычеркнуть из жизни за пару недель.
Мой муж сделал это легко.
— Я с тобой развожусь. И давай без истерик.
Пока я лежала в больнице, он продал всё, что у нас было, обнулил счета и сбежал за границу.
Оставил меня без денег, без дома и без будущего.
А когда я вернулась — мой дом оказался чужим.
В нём живёт незнакомец. Холодный. Опасный. Слишком уверенный в себе.
Он предлагает помощь.
Но это не выбор — это безысходность.
Я не знаю, зачем я ему нужна.
Не знаю, что он потребует взамен.
И боюсь узнать, какую цену мне придётся заплатить…
Мой муж сделал это легко.
— Я с тобой развожусь. И давай без истерик.
Пока я лежала в больнице, он продал всё, что у нас было, обнулил счета и сбежал за границу.
Оставил меня без денег, без дома и без будущего.
А когда я вернулась — мой дом оказался чужим.
В нём живёт незнакомец. Холодный. Опасный. Слишком уверенный в себе.
Он предлагает помощь.
Но это не выбор — это безысходность.
Я не знаю, зачем я ему нужна.
Не знаю, что он потребует взамен.
И боюсь узнать, какую цену мне придётся заплатить…
— Это деньги тебе на билет домой и на первое время. Уезжай сегодня, моя помощница посмотрела билеты, они есть на девять вечера.
— Что?..
Это всё какой-то бред. Моя будущая свекровь. Деньги. Я просто… просто ничего уже не понимаю! Перед глазами всё расплывается, горло сдавливает невидимой удавкой.
— Моему сыну такая жена, как ты, не нужна. Я подобрала ему невесту.
Если бы я знала, что, отказавшись, сделаю всё ещё хуже!.. Когда-то моя жизнь пошла под откос. Моя будущая свекровь подставила меня, и я оказалась на улице. Одна. Беременная. Испуганная и одинокая. Я не сдалась, о, нет. Но через семь лет мой бывший жених по воле случая снова возник в моей жизни, и я хочу лишь одного: чтобы он никогда не узнал о нашей дочке.
— Что?..
Это всё какой-то бред. Моя будущая свекровь. Деньги. Я просто… просто ничего уже не понимаю! Перед глазами всё расплывается, горло сдавливает невидимой удавкой.
— Моему сыну такая жена, как ты, не нужна. Я подобрала ему невесту.
Если бы я знала, что, отказавшись, сделаю всё ещё хуже!.. Когда-то моя жизнь пошла под откос. Моя будущая свекровь подставила меня, и я оказалась на улице. Одна. Беременная. Испуганная и одинокая. Я не сдалась, о, нет. Но через семь лет мой бывший жених по воле случая снова возник в моей жизни, и я хочу лишь одного: чтобы он никогда не узнал о нашей дочке.
— Что-то не так?
— Да, Аня. Не так. — Пауза. — Нам нужно расстаться.
Слова повисают в воздухе — тяжёлые, холодные. Я смотрю на Марка. Его будто подменили, ведь еще неделю назад он искренне улыбался и говорил, что я особенная.
— Что?
Марк лезет во внутренний карман пальто, достаёт паспорт и раскрывает. Штамп, Загс, дата, фамилия. Карпова Марина Дмитриевна. Брак зарегистрирован десять лет назад.
— Я должен был сказать тебе в самом начале. Но... не решился. Думал, погуляем, пообщаемся, потом разбежимся… Теперь я не могу молчать. Я женат, Аня… Мы не можем быть вместе.
Он сделал меня любовницей без моего согласия и бросил. Да, я не выдержала, расплакалась, пыталась спросить, о чем он раньше думал, но разве мои вопросы могли что-то изменить? Марк ушел, однако это не самое страшное.
Я беременна от него, а он даже не дал возможности сообщить ему это.
— Да, Аня. Не так. — Пауза. — Нам нужно расстаться.
Слова повисают в воздухе — тяжёлые, холодные. Я смотрю на Марка. Его будто подменили, ведь еще неделю назад он искренне улыбался и говорил, что я особенная.
— Что?
Марк лезет во внутренний карман пальто, достаёт паспорт и раскрывает. Штамп, Загс, дата, фамилия. Карпова Марина Дмитриевна. Брак зарегистрирован десять лет назад.
— Я должен был сказать тебе в самом начале. Но... не решился. Думал, погуляем, пообщаемся, потом разбежимся… Теперь я не могу молчать. Я женат, Аня… Мы не можем быть вместе.
Он сделал меня любовницей без моего согласия и бросил. Да, я не выдержала, расплакалась, пыталась спросить, о чем он раньше думал, но разве мои вопросы могли что-то изменить? Марк ушел, однако это не самое страшное.
Я беременна от него, а он даже не дал возможности сообщить ему это.
Меня бросил парень, а потом уволили с работы. Решила отправиться в круиз, надеясь похудеть, да и развеяться. Но судьба вновь сыграла со мной злую шутку: на лайнере встретила того самого хама-олигарха, из-за которого меня уволили...
— Да ты… Ты… что наделала? Корова неповоротливая! — рявкнул олигарх.
Вот же гад! Это всего лишь пюре! Зачем же так орать, ещё и обзываться?! От обиды весь мой страх как рукой сняло.
— Сами виноваты! Не надо было торопить меня под руку! — возмущённо выпалила я.
— Я тебе ещё и виноват? — взревел он, вскакивая с места. — Администратора зови! Быстро!
Но Елена уже спешила к нам на всех парах.
— Михаил Борисович, как же так! Ох, ужас! — запричитала она. — Давайте я вас вытру!
— Сам справлюсь, — буркнул он. — Костюм теперь только выкинуть…
— Примите наши извинения, — заискивала Елена. — Ужин за наш счёт!
— Да-да, вы покушайте, настроение сразу поднимется... - ляпнула я, не зная, что еще сказать...
— Да ты… Ты… что наделала? Корова неповоротливая! — рявкнул олигарх.
Вот же гад! Это всего лишь пюре! Зачем же так орать, ещё и обзываться?! От обиды весь мой страх как рукой сняло.
— Сами виноваты! Не надо было торопить меня под руку! — возмущённо выпалила я.
— Я тебе ещё и виноват? — взревел он, вскакивая с места. — Администратора зови! Быстро!
Но Елена уже спешила к нам на всех парах.
— Михаил Борисович, как же так! Ох, ужас! — запричитала она. — Давайте я вас вытру!
— Сам справлюсь, — буркнул он. — Костюм теперь только выкинуть…
— Примите наши извинения, — заискивала Елена. — Ужин за наш счёт!
— Да-да, вы покушайте, настроение сразу поднимется... - ляпнула я, не зная, что еще сказать...
Майя — успешный дизайнер и женщина, которая больше не верит в сказки о 90-60-90. Она любит свою работу и свой комфорт.
Глеб — щеголь, циник и владелец рекламного агентства, который меняет моделей как перчатки.
Одна случайная встреча в кафе, один глупый спор на билеты в финал — и охота началась. Глеб уверен в своем триумфе, ведь перед его харизмой не устояла ни одна. Но Майя видит его насквозь. Она не собирается становиться очередным трофеем в его коллекции.
Что случится, когда охотник сам попадет в капканы искренности? И как быть, когда любовь расцветает на почве лжи, а правда готова уничтожить всё в одно мгновение?
Глеб — щеголь, циник и владелец рекламного агентства, который меняет моделей как перчатки.
Одна случайная встреча в кафе, один глупый спор на билеты в финал — и охота началась. Глеб уверен в своем триумфе, ведь перед его харизмой не устояла ни одна. Но Майя видит его насквозь. Она не собирается становиться очередным трофеем в его коллекции.
Что случится, когда охотник сам попадет в капканы искренности? И как быть, когда любовь расцветает на почве лжи, а правда готова уничтожить всё в одно мгновение?
Выберите полку для книги