Читать и слушать книги
Перед свадьбой подруги отвели меня на мужской стриптиз, где заказали для меня приватный танец. Какое же было мое удивление, когда на следующий день на свадьбе, я узнала в свекре вчерашнего стриптизера. Но он не стал выдавать нашу тайну, решив купить у моего мужа место в нашей спальне. Как такое возможно? Или я чего-то не понимаю?!
Я сутками пеку торты на заказ и тяну семью на себе, пока муж просиживает диван и вечно всем недоволен. После очередной ссоры он уходит, хлопнув дверью.
А на пороге появляются они — мой властный свёкор и его пугающе притягательный партнёр по бизнесу.
Они пришли к сыну, но застали меня — уставшую и беззащитную. И вместо того чтобы просто уйти, эти двое сильных мужчин решили показать, какова на вкус та самая «вишенка», от которой так глупо отказался мой муж.
И, кажется, я совсем не хочу им сопротивляться...
А на пороге появляются они — мой властный свёкор и его пугающе притягательный партнёр по бизнесу.
Они пришли к сыну, но застали меня — уставшую и беззащитную. И вместо того чтобы просто уйти, эти двое сильных мужчин решили показать, какова на вкус та самая «вишенка», от которой так глупо отказался мой муж.
И, кажется, я совсем не хочу им сопротивляться...
Чемпионка Европы по боксу. Независимая и гордая, терпеть не могу, когда мне указывают. Всю жизнь я делала спортивную карьеру и ни разу не была с мужчиной. Мой мир переворачивается, когда подруга затаскивает меня в БДСМ-клуб. Там я знакомлюсь с Наэлем Валуа — властным, уверенным в себе хозяином заведения, который привык получать всё, что хочет. И теперь он хочет — меня.
Поплатившись за веру в любовь продажей в бордель, дочь часовщика надевает безликую маску и меняет свои разбитые мечты на грязные тайны влиятельных мужчин, выковывая из собственной боли теневую империю и совершенно новое, пугающее милосердие.
Брак с Кириллом превратили Мию в декорацию при богатом муже. Она привыкла к изменам, равнодушию и одиночеству. Но когда супруг проигрывает чужие деньги и сбегает, оставляя её одну перед разъярёнными кредиторами, привычный мир рушится.
Всеволод Андреевич — её свёкор, холодный и властный хозяин жизни, — забирает Мию в свой особняк. Формально — чтобы защитить. Фактически — чтобы использовать как гарантию в сделке. Рядом с ним всегда Марк — его лучший друг и деловой партнёр, циничный хищник, который привык получать желаемое любой ценой.
Мия оказывается в золотой клетке между двумя мужчинами, которые видят в ней лишь разменную монету. Но очень скоро игра выходит из-под контроля. А когда прошлое в лице сбежавшего мужа возвращается, чтобы разрушить всё, Мия понимает: она уже не та безропотная жертва, какой была раньше.
Всеволод Андреевич — её свёкор, холодный и властный хозяин жизни, — забирает Мию в свой особняк. Формально — чтобы защитить. Фактически — чтобы использовать как гарантию в сделке. Рядом с ним всегда Марк — его лучший друг и деловой партнёр, циничный хищник, который привык получать желаемое любой ценой.
Мия оказывается в золотой клетке между двумя мужчинами, которые видят в ней лишь разменную монету. Но очень скоро игра выходит из-под контроля. А когда прошлое в лице сбежавшего мужа возвращается, чтобы разрушить всё, Мия понимает: она уже не та безропотная жертва, какой была раньше.
Подруга отправила мне подарочек, но…
– Вы…?
Дмитрий Егорович замер на миг, а потом слегка прищурился и улыбнулся так, что ёкнуло сердце.
– Если ты про подарок, то он здесь, – качнул он пакетом и букетом, но я глянула на них лишь мельком, потому что…
– Впрочем, я тоже хотел бы поздравить с днём рождения, – многозначительно отозвался он, приближаясь и шепча на ушко: – Скажи, чего ты хочешь… и сегодня я сделаю это.
Зная мой тайный секрет, подруга сделала мне особый подарочек. В день рождения на моём пороге оказался он – отец моей подруги и самый горячий из мужчин! И он утверждает, что сделает этот день незабываемый. Но, кажется, незабываемым он будет для нас двоих.
– Вы…?
Дмитрий Егорович замер на миг, а потом слегка прищурился и улыбнулся так, что ёкнуло сердце.
– Если ты про подарок, то он здесь, – качнул он пакетом и букетом, но я глянула на них лишь мельком, потому что…
– Впрочем, я тоже хотел бы поздравить с днём рождения, – многозначительно отозвался он, приближаясь и шепча на ушко: – Скажи, чего ты хочешь… и сегодня я сделаю это.
Зная мой тайный секрет, подруга сделала мне особый подарочек. В день рождения на моём пороге оказался он – отец моей подруги и самый горячий из мужчин! И он утверждает, что сделает этот день незабываемый. Но, кажется, незабываемым он будет для нас двоих.
Я продала себя, чтобы спасти семью.
Друг отца всегда получает то, что хочет. А хочет он меня. И плевать, что я ненавижу его. Ненависть делает игру острее.
Брачный контракт. Отдельные спальни. Холодная вежливость.
Но однажды ночью он входит в мою комнату и напоминает: — Ты моя.
Я думала, что смогу держать дистанцию. Что смогу ненавидеть его в тишине своей спальни. Но он ломает мои границы одну за другой. Контролирует каждый шаг. Смотрит так, что кожа горит. Касается так, что я забываю, зачем пришла в этот дом.
Я хочу свободы. Но чем дольше я здесь, тем меньше понимаю: свобода — это когда я уйду? Или когда я перестану хотеть уйти?
История выходит в рамках литмоба «Брак с врагом» https://litmarket.ru/selections/brak-s-vragom
Друг отца всегда получает то, что хочет. А хочет он меня. И плевать, что я ненавижу его. Ненависть делает игру острее.
Брачный контракт. Отдельные спальни. Холодная вежливость.
Но однажды ночью он входит в мою комнату и напоминает: — Ты моя.
Я думала, что смогу держать дистанцию. Что смогу ненавидеть его в тишине своей спальни. Но он ломает мои границы одну за другой. Контролирует каждый шаг. Смотрит так, что кожа горит. Касается так, что я забываю, зачем пришла в этот дом.
Я хочу свободы. Но чем дольше я здесь, тем меньше понимаю: свобода — это когда я уйду? Или когда я перестану хотеть уйти?
История выходит в рамках литмоба «Брак с врагом» https://litmarket.ru/selections/brak-s-vragom
Стоун-Харбор живет по своим законам, но принцип Кольта работает здесь лучше всего:
"Бог создал людей разными, а пуля делает их равными."
Я вырос в тени этих улиц, научился не смотреть в глаза и не оставлять следов. А потом встретил её. Такие женщины не должны истекать кровью в грязном переулке, но Город гроз не щадит никого.
Глупо ввязываться в чужую войну ради одного взгляда голубых глаз?
Возможно.
Но кого это волнует, когда на губах кровоточат следы её поцелуев.
"Бог создал людей разными, а пуля делает их равными."
Я вырос в тени этих улиц, научился не смотреть в глаза и не оставлять следов. А потом встретил её. Такие женщины не должны истекать кровью в грязном переулке, но Город гроз не щадит никого.
Глупо ввязываться в чужую войну ради одного взгляда голубых глаз?
Возможно.
Но кого это волнует, когда на губах кровоточат следы её поцелуев.
Аннотация
Я просто спросила мужа, как прошёл его день. В ответ он накричал, наговорил гадостей, отодвинул меня плечом и ушёл ночевать к родителям.
Я осталась одна в пустой квартире, и его взглядом перед глазами — холодным, чужим, уничтожающим.
Я поняла, что больше не хочу жить в страхе, не хочу подбирать слова, не хочу быть мышкой в собственном доме.
Я не знаю, что будет дальше, но я точно знаю одно: возврата к прошлому не будет.
Я просто спросила мужа, как прошёл его день. В ответ он накричал, наговорил гадостей, отодвинул меня плечом и ушёл ночевать к родителям.
Я осталась одна в пустой квартире, и его взглядом перед глазами — холодным, чужим, уничтожающим.
Я поняла, что больше не хочу жить в страхе, не хочу подбирать слова, не хочу быть мышкой в собственном доме.
Я не знаю, что будет дальше, но я точно знаю одно: возврата к прошлому не будет.
— Ты хочешь на операции? — прошептал Гордеев мне прямо в ухо.
Не в силах сдержать дрожь, я выдохнула и кивнула.
— Тогда так, белобрысая. — он наклонился так близко, что его губы почти касались моих. От этого контакта у меня закружилась голова. — Мы сейчас едем ко мне и ты докажешь, как сильно ты хочешь быть там, где я. И как ты готова ради этого трудиться.
Я замерла, до крови прикусила губу и подумала: “Я так и знала, я чувствовала и говорила Лизке, что не хочу, а она...”.
Не в силах сдержать дрожь, я выдохнула и кивнула.
— Тогда так, белобрысая. — он наклонился так близко, что его губы почти касались моих. От этого контакта у меня закружилась голова. — Мы сейчас едем ко мне и ты докажешь, как сильно ты хочешь быть там, где я. И как ты готова ради этого трудиться.
Я замерла, до крови прикусила губу и подумала: “Я так и знала, я чувствовала и говорила Лизке, что не хочу, а она...”.
Выберите полку для книги