Читать и слушать книги
— Ты правда думаешь, что я смогу когда-нибудь простить?
— Я не прошу прощения за сына. Я прошу тебя — дай себе шанс.
— Шанс на что? Снова стать чьей-то игрушкой?
— Нет. Стать той, кого никогда не боялись любить по-настоящему.
— А если я не знаю, как это — быть любимой без боли?
— Тогда мы научим. Не словами. Тем, что ты увидишь в наших глазах, когда проснёшься.
— Но ведь вы двое… вы чужие мне.
— Мы — те, кто не предал. И это главное.
— Я не прошу прощения за сына. Я прошу тебя — дай себе шанс.
— Шанс на что? Снова стать чьей-то игрушкой?
— Нет. Стать той, кого никогда не боялись любить по-настоящему.
— А если я не знаю, как это — быть любимой без боли?
— Тогда мы научим. Не словами. Тем, что ты увидишь в наших глазах, когда проснёшься.
— Но ведь вы двое… вы чужие мне.
— Мы — те, кто не предал. И это главное.
Я думала, что знаю своего мужа, но его самая тёмная фантазия открыла мне дверь в мир, где я перестала быть просто женой и стала главной героиней его самых постыдных грёз.
Случайная встреча на курорте, двух мужчин с горящими глазами — и вот я уже не я, а игрушка в руках чужой похоти, дрожащая от каждого прикосновения и молящая о большем.
Случайная встреча на курорте, двух мужчин с горящими глазами — и вот я уже не я, а игрушка в руках чужой похоти, дрожащая от каждого прикосновения и молящая о большем.
— Знаешь, когда я переступила этот порог, я была уверена, что моя жизнь кончена. Что всё, что будет дальше — только боль и унижение.
— А теперь?
— А теперь я не хочу уходить. И это пугает меня больше, чем любой ваш пистолет.
— Почему?
— Потому что вы дали мне то, чего я не искала. Вы сломали все мои стены — не силой, а теплом. Я не знаю, кто я без вас. И я не хочу узнавать.
— Мы не обещаем тебе лёгкой жизни, Аня. Наш мир жесток.
— Я знаю. Но ваш мир стал моим. И я выбираю его. Выбираю вас.
— Тогда оставайся. Навсегда.
— А теперь?
— А теперь я не хочу уходить. И это пугает меня больше, чем любой ваш пистолет.
— Почему?
— Потому что вы дали мне то, чего я не искала. Вы сломали все мои стены — не силой, а теплом. Я не знаю, кто я без вас. И я не хочу узнавать.
— Мы не обещаем тебе лёгкой жизни, Аня. Наш мир жесток.
— Я знаю. Но ваш мир стал моим. И я выбираю его. Выбираю вас.
— Тогда оставайся. Навсегда.
Она хоронит мать — и в тот же день теряет свободу. Три опекуна, три чужих мужчины в особняке за коваными воротами, и завещание, по которому выбирать больше не ей. Но в кабинете отчима есть сейф, а в сейфе — компромат на всех троих.
— Ты не представляешь, во что влезаешь, — говорит Виктор.
— Представляю, — отвечает она. — Я знаю, что вы все сядете.
Она входит в этот дом жертвой. Выходит из-за стола — тем, кого боятся. Три ужина, три исповеди, три мужчины, которые когда-то делили её мать между собой — и теперь один за другим оказываются у её ног. Психологическая эротика без полутонов: власть, ложь длиной в десять лет и правила, которые диктует она.
— Ты не представляешь, во что влезаешь, — говорит Виктор.
— Представляю, — отвечает она. — Я знаю, что вы все сядете.
Она входит в этот дом жертвой. Выходит из-за стола — тем, кого боятся. Три ужина, три исповеди, три мужчины, которые когда-то делили её мать между собой — и теперь один за другим оказываются у её ног. Психологическая эротика без полутонов: власть, ложь длиной в десять лет и правила, которые диктует она.
«Это ошибка. Огромная, непоправимая ошибка». Я повторяю это как мантру.
Связаться с сыном подруги — лучший способ разрушить свою жизнь. Я знала это. Но когда он шепчет мое имя прямо в губы, лишая воли, здравый смысл капитулирует. Коля берет то, что хочет, с уверенностью взрослого мужчины. Я боюсь его чувств и безумно боюсь потерять ту невероятную нежность, которую он дарит мне каждую ночь.
Связаться с сыном подруги — лучший способ разрушить свою жизнь. Я знала это. Но когда он шепчет мое имя прямо в губы, лишая воли, здравый смысл капитулирует. Коля берет то, что хочет, с уверенностью взрослого мужчины. Я боюсь его чувств и безумно боюсь потерять ту невероятную нежность, которую он дарит мне каждую ночь.
После десяти лет брака и предательства мужа, решила, что наша годовщина в Праге станет либо концом, либо началом новой главы — и я готова рискнуть всем.
Мой муж Денис, сам того не подозревая, привёз меня в клуб «Paradise», где я наконец смогла перестать притворяться и отдаться своим самым тёмным и смелым желаниям.
Мой муж Денис, сам того не подозревая, привёз меня в клуб «Paradise», где я наконец смогла перестать притворяться и отдаться своим самым тёмным и смелым желаниям.
Мой начальник предал меня, отправив в качестве «бонуса» к двум крупным инвесторам.
Я бы никогда не согласилась на подобное. Но меня не спрашивали. Ночь, полная унижения, боли и неожиданных открытий, заставила меня пересмотреть всё, что я знала о себе.
А утром я поняла: возможно, это не конец, а начало чего-то нового.
💙САМЫЕ ГОРЯЧИЕ МУЖЧИНЫ
💙ЖАРКИЕ СЦЕНЫ
💙ОКЕАН СТРАСТИ
Я бы никогда не согласилась на подобное. Но меня не спрашивали. Ночь, полная унижения, боли и неожиданных открытий, заставила меня пересмотреть всё, что я знала о себе.
А утром я поняла: возможно, это не конец, а начало чего-то нового.
💙САМЫЕ ГОРЯЧИЕ МУЖЧИНЫ
💙ЖАРКИЕ СЦЕНЫ
💙ОКЕАН СТРАСТИ
После той ночи я вернулась в свою обычную жизнь, но каждый взгляд в зеркало напоминал мне о том, кем я стала. Внутри меня боролись две женщины: та, что мечтала о чертежах и свободе, и та, что научилась находить странное, пугающее удовольствие в унижении. Теперь мне предстоит решить, готова ли я жить с этим открытием — или навсегда останусь их игрушкой.
💙САМЫЕ ГОРЯЧИЕ МУЖЧИНЫ
💙ЖАРКИЕ СЦЕНЫ
💙ОКЕАН СТРАСТИ
💙САМЫЕ ГОРЯЧИЕ МУЖЧИНЫ
💙ЖАРКИЕ СЦЕНЫ
💙ОКЕАН СТРАСТИ
Поход в поликлинику за справками окончился крайне неожиданно. Их трое, они мои лечащие врачи. Больше, чем просто врачи, и лечат тело они крайне нестандартными путями.
Осмотр в шесть рук плавно переезжает на квартиру. Там от приличий точно не останется и следа.
Осмотр в шесть рук плавно переезжает на квартиру. Там от приличий точно не останется и следа.
Меня похитили за долг отца и бросили в дом, где старший из трёх братьев объявил обычай: три ночи, три испытания — и только потом выбор. Не мой выбор. Их.
— Ты мой жених?
— Нет. Пока нет.
Я поклялась не сломаться. Смотреть в глаза каждому, кто решит, что я вещь, а не человек. Первый брал силой. Второй — грубостью. А третий — единственный из троих — вместо приказа спросил разрешения.
Три брата. Один жестокий обычай. Я должна была стать наградой старшему. Вместо этого стала той, кто выбирает сама — и это выбор, который перевернёт весь дом рода.
— Ты мой жених?
— Нет. Пока нет.
Я поклялась не сломаться. Смотреть в глаза каждому, кто решит, что я вещь, а не человек. Первый брал силой. Второй — грубостью. А третий — единственный из троих — вместо приказа спросил разрешения.
Три брата. Один жестокий обычай. Я должна была стать наградой старшему. Вместо этого стала той, кто выбирает сама — и это выбор, который перевернёт весь дом рода.
Выберите полку для книги