Читать и слушать книги

Я — серая мышь, бухгалтер с идеальной репутацией и пустой жизнью, но ровно через год после той безумной ночи в гараже я получаю сообщение, которое переворачивает мой размеренный мир. Мой разум кричит об опасности, но тело помнит каждое прикосновение, каждый удар тока и каждое унижение, которые подарили мне ощущение свободы. Я иду обратно — в гараж, к трём мужчинам, чтобы снова стать их вещью, потому что только там я чувствую себя по-настоящему живой.

Наташа приезжает в Москву погостить у матери — и с первого взгляда понимает: муж матери смотрит на неё совсем не как отчим. Игорь — бывший авторитет, который держит район, страх и молчание вокруг себя. Бежать нужно немедленно. Вместо этого она остаётся.

— Что случилось?
— Я получил звонок. Мои проблемы возвращаются.
— Это опасно?
— Для тебя может быть опасно. Если кто-то узнает о нас… они могут использовать тебя.
— Я не боюсь.
— А я боюсь. Я не могу потерять тебя.

Чем глубже она входит в его мир, тем яснее видит: за каждой тайной Игоря стоит цена, которую придётся заплатить им обоим. И когда его прошлое настигнет их обоих, выбирать придётся не между любовью и страхом — а между тем, кем она была, и кем готова стать ради него.

– Если ты попытаешься сбежать, Танюша, – сказал Дамир, и его пальцы сжали моё запястье, – я найду тебя. Где угодно. Когда угодно.

Я думала, он шутит. Но когда я посмотрела в его глаза, я поняла: он не шутит. Он никогда не шутит.

Два брата. Два мужчины, которые не знают слова «нет». Они забрали меня из прошлого, но теперь я принадлежу им. И каждую ночь они доказывают это снова и снова.

Они говорят, что не отпустят меня. И я начинаю верить, что это не угроза. Это обещание.

— Ты плачешь из-за мальчишки, который тебя не заслужил. — Он поднимает моё лицо за подбородок. — Хватит.
— Вы его отец.
Его голос ниже на тон.
— Скажи «нет» — и я уйду.
Я молчу.
— Так я и думал, — выдыхает он мне в губы.

Мой жених изменил мне прямо перед свадьбой. На чужом острове. Без денег, без обратного билета, без единого человека рядом.

Кроме него.

Холодного. Опасного. На двадцать лет старше.

Отца моего жениха.

Он увёз меня с общей виллы, поселил в своём номере и предложил сделку: остаток отпуска — рядом с ним, а он решит все мои проблемы.

Я согласилась, чтобы выжить.

А теперь он не собирается меня отпускать. И самое страшное — я больше не хочу, чтобы отпускал.

— Ты знаешь, зачем мы приехали? — услышала я голос Кирилла.
Он коснулся губами моего уха, я вздрогнула и обернулась.
— Да. Чтобы помочь нам и спасти дом, — мой голос дрожал.
— Мы раздумали. Зачем нам это? Твой отчим думает, что мы помогаем ему. — он ухмыльнулся. — Он так доверился нам, что не читая, подписал бумаги, по которым дом, земля и все, что внутри, переходит к нам.
Я попыталась отодвинуться, но он схватил меня за талию, впиваясь пальцами в складки живота.
— И ты тоже, Наташа, — прошептал он. — Ты тоже перешла к нам.

Мне почти сорок. Муж не замечает меня уже много лет, сын-эгоист, а ещё и свекровь постоянно лезет со своими нравоучениями. Я давно забыла, каково это – чувствовать себя желанной женщиной. Пока в мою жизнь не ворвался он.
Сосед. Молодой, дерзкий, плохой. Красивый до мурашек по коже. Каждый раз, когда его глаза цвета горького шоколада встречаются с моими, внутри меня разгорается огонь.
И кажется, я готова гореть в этом пламени, даже если оно испепелит всё, что у меня есть.

— Ты опять это делаешь, — сказала я. — Отталкиваешь меня. Приказываешь мне уйти. Сдерживаешь себя. Ты думаешь, так правильно?
— Я думаю, так безопаснее.
— Для кого?
Он медленно повернулся. Его лицо было каменным. Ни одна мышца не дрогнула. Но глаза — глаза выдавали его. В них была буря.
— Для тебя, — сказал он. — Ты не понимаешь, Элинор. Ты смотришь на меня и видишь того, кем я стал. Но ты не видишь того, кем я был. И того, кем я могу стать снова...

До возвращения врага — считанные дни. Днём он учит её стрелять, и его ладони поправляют её локти дольше, чем нужно. Ночью она держит его, когда приходят кошмары. А между делом — у печи, на поляне, под старым дубом — случается то, чего он не позволял себе десять лет. То, после чего одиночество становится невозможным.

Её муж мёртв, агентство разорено, банк звонит каждый день. У свёкра, которого она боялась больше всего на свете, есть предложение: месяц в его доме — уборка, готовка, полное подчинение — и долг исчезнет.

— Ты — домработница.
— Я знаю свои долги, Алексей Валентинович.
— Добро пожаловать в мой дом, Золушка.

Она думает, что унижение — это самое страшное, что случится в этом особняке. Она ошибается. У Алексея есть два друга, с которыми он тридцать лет делит всё: деньги, сделки, женщин. Теперь — её.

Три хищника. Одни правила на троих. И выбор, который никто не готов был ей дать: не выживать — а выбирать самой.

Месяцы превратились в год. Франсуаза-Атенаис стала неотъемлемой частью жизни короля. Она сопровождала его на охоте, участвовала в советах (негласно), влияла на назначения. Двор шептался, завидовал, строил интриги, но она оставалась неприступной. Её положение было прочным, потому что оно строилось не только на физическом влечении, но и на глубокой эмоциональной связи.
Однако Людовик был королём, и его обязанности требовали присутствия на публике, участия в церемониях, внимания к королеве. Франсуаза-Атенаис понимала это, но ревность всё же точила её сердце. Она не показывала этого открыто, но внутри кипела буря.
Однажды вечером, после особенно утомительного приёма, Людовик пришёл к ней в покои. Он выглядел уставшим, раздражённым.
— Они требуют, они просят, они давят, — сказал он, сбрасывая камзол. — Я король, но иногда чувствую себя пленником собственной короны.
— Здесь, со мной, вы не король, Людовик, — Здесь вы мужчина.

— На колени, — тихо говорит Дамир. Не просит. Не приказывает даже. Просто знает, что я это сделаю.

— А если откажусь? — мой голос дрожит.

Артём медленно щёлкает замком за моей спиной.

— Тогда мы найдём способ убедить тебя, детка. И тебе понравится.

Одна ошибка — и я едва не сорвала сделку на миллионы. Меня не уволили. Меня забрали. Перевели в их кабинет, под личный надзор двух владельцев компании.

Один контролирует каждый мой шаг. Второй проверяет, насколько хорошо я умею подчиняться.

Холодный и безжалостный. Горячий и опасный. Оба привыкли получать всё, чего хотят.

А теперь они хотят меня.

Договор был про работу. Пока не стал про то, как далеко я готова зайти.