Читать и слушать книги
Я подписала контракт. Я думала, что буду проводить экскурсии, но оказалась в золотой клетке посреди Средиземного моря, где каждый мой шаг контролируют чужие люди.
Я поняла это, когда дверь каюты закрылась, а берег исчез из виду.
Теперь я не гид. Я — их вещь. С каждым их прикосновением я теряла себя по кусочкам: сначала гордость, потом страх, потом способность отличать боль от чего-то другого.
Я больше не знаю, кто я. Но я знаю, что назад дороги нет.
🔥САМЫЕ ГОРЯЧИЕ МУЖЧИНЫ
🔥ЖАРКИЕ СЦЕНЫ
🔥ОКЕАН СТРАСТИ
Я поняла это, когда дверь каюты закрылась, а берег исчез из виду.
Теперь я не гид. Я — их вещь. С каждым их прикосновением я теряла себя по кусочкам: сначала гордость, потом страх, потом способность отличать боль от чего-то другого.
Я больше не знаю, кто я. Но я знаю, что назад дороги нет.
🔥САМЫЕ ГОРЯЧИЕ МУЖЧИНЫ
🔥ЖАРКИЕ СЦЕНЫ
🔥ОКЕАН СТРАСТИ
Муж запросил развод прямо в мой день рождения. Праздник испорчен. Только вот его лучший друг пришел поздравить. И я узнала такое, от чего моя жизнь теперь никогда не будут прежней. 😈😈😈
В тексте есть:
🔥Очень чувственные сцены
🤡 Придурок который напоминает о разводе через гос.услуги
🎁 Лучший друг этого придурка на стороне гг
💦 Способ креативно отпраздновать др
В тексте есть:
🔥Очень чувственные сцены
🤡 Придурок который напоминает о разводе через гос.услуги
🎁 Лучший друг этого придурка на стороне гг
💦 Способ креативно отпраздновать др
Я дизайнер интерьеров, загнанная в долговую яму, и когда три брата-миллиардера предлагают мне сделку, у меня нет выбора: одна ночь полного подчинения в обмен на спасение моей студии. Но то, что начиналось как унизительный контракт, превращается в погружение в мир запретных желаний, где боль и наслаждение переплетаются в неразрывный узел, а моё тело становится инструментом их грубой страсти. Теперь я не знаю, что страшнее — потерять себя в этом аду или вернуться в серую, пустую жизнь, которая ждёт меня за воротами особняка.
Я всегда считала, что у кукол есть душа. Пока не повстречалась с ним. Став его личной игрушкой, я начала постепенно терять всю себя. Он ломал меня по кусочкам, как фарфоровую куклу. Только вот куклу можно склеить заново. А душу?
У меня два босса. Оба те еще чудаки на букву «м», но привлекательные черти!
Однажды я попросилась уйти пораньше, но меня в наказание припахали работать сверхурочно. Не ожидала, что они сделают мне такой интимный сюрприз.
Однажды я попросилась уйти пораньше, но меня в наказание припахали работать сверхурочно. Не ожидала, что они сделают мне такой интимный сюрприз.
Я перестала быть удобной — для бывшего мужа, для работы, для мира, который учил меня молчать и прятаться. В объятиях двоих мужчин, которые видели моё тело не как недостаток, а как храм, я научилась брать своё счастье без стыда — искренне, страстно, до дрожи в коленях. И теперь, когда они спят по обе стороны от меня, я знаю главное: я не тень чужой жизни, я — женщина, которая наконец-то разрешила себе быть собой.
Пять лет назад между нами случилась одна ночь, после которой я просто сбежала.
Я была уверена, что больше никогда не увижу ни Макса, ни Дана.
Ошиблась.
Теперь кто-то следит за мной. Он знает, где я работаю, во сколько выхожу на обед и когда остаюсь одна. После угроз и подожжённой машины отец решает, что мне нужна круглосуточная охрана.
И нанимает их.
Двух мужчин, которых я пять лет пыталась забыть.
Теперь они живут по моему расписанию, сопровождают меня повсюду и обязаны находиться рядом, пока не исчезнет угроза.
Проблема только в том, что рядом с ними опаснее всего становится вовсе не тот человек, который за мной охотится.
А то, что между нами тот огонь так и не перестал гореть…
Я была уверена, что больше никогда не увижу ни Макса, ни Дана.
Ошиблась.
Теперь кто-то следит за мной. Он знает, где я работаю, во сколько выхожу на обед и когда остаюсь одна. После угроз и подожжённой машины отец решает, что мне нужна круглосуточная охрана.
И нанимает их.
Двух мужчин, которых я пять лет пыталась забыть.
Теперь они живут по моему расписанию, сопровождают меня повсюду и обязаны находиться рядом, пока не исчезнет угроза.
Проблема только в том, что рядом с ними опаснее всего становится вовсе не тот человек, который за мной охотится.
А то, что между нами тот огонь так и не перестал гореть…
Он женился на мне, чтобы сохранить мамино наследство. Он смотрит на меня, а видит её. Мою мать. Ту, которую любил. Я дерзкая, я танцую, я смеюсь ему в лицо, когда он приказывает.
Но его руки помнят её тело, а его голос шепчет мне её имя. Я ненавижу его. Я хочу сбежать.
Но почему, когда он касается меня, я перестаю дышать? Почему я жду его шагов в коридоре? Я боюсь, что однажды перестану его ненавидеть. Но тогда я предам себя...
🍓 СТРОГО 18+ 🍓
Но его руки помнят её тело, а его голос шепчет мне её имя. Я ненавижу его. Я хочу сбежать.
Но почему, когда он касается меня, я перестаю дышать? Почему я жду его шагов в коридоре? Я боюсь, что однажды перестану его ненавидеть. Но тогда я предам себя...
🍓 СТРОГО 18+ 🍓
— Тебе нельзя хотеть нас, — говорит Глеб тихо, почти у самого уха.
— Знаю, — отвечаю я.
— И всё равно хочешь.
Его голос опускается на самое дно. И я молчу. Потому что это не вопрос.
Я бежала от отца. Думала — попала в ловушку. Оказалось — в единственное место, где мне безопасно.
Двое его друзей. Оба старше. Оба опасные. Оба смотрят на меня так, что кожа горит.
Максим — жёсткий, прямой, бывший военный. Его приказы не обсуждают. Его руки не забывают.
Глеб — адвокат с тихой улыбкой и взглядом, от которого хочется сбежать. И остаться.
Между ними одно правило, которое оказалось невозможным: говорить правду обоим.
Потому что правда такая: я хочу их обоих. И они это знают.
— Знаю, — отвечаю я.
— И всё равно хочешь.
Его голос опускается на самое дно. И я молчу. Потому что это не вопрос.
Я бежала от отца. Думала — попала в ловушку. Оказалось — в единственное место, где мне безопасно.
Двое его друзей. Оба старше. Оба опасные. Оба смотрят на меня так, что кожа горит.
Максим — жёсткий, прямой, бывший военный. Его приказы не обсуждают. Его руки не забывают.
Глеб — адвокат с тихой улыбкой и взглядом, от которого хочется сбежать. И остаться.
Между ними одно правило, которое оказалось невозможным: говорить правду обоим.
Потому что правда такая: я хочу их обоих. И они это знают.
— Ты вне игры, – прохрипел он.
Я вывернулась из его рук, едва не упав на кровать, и с силой ударила его по ладоням. Он схватил меня за запястья. Попытавшись вырваться, я резко согнула руки, но дракон даже не дрогнул – мы с ним оказались только ещё ближе друг к другу.
— Какого чёрта?! Что ты себе позволяешь!
Реган резко развернул меня к себе спиной, обхватив руками поверх груди, и его горячий шёпот обжёг мне ухо:
— Может, ты и Богиня, но в постели должна подчиняться.
!ВСЕ ГЕРОИ СОВЕРШЕННОЛЕТНИЕ!
Я вывернулась из его рук, едва не упав на кровать, и с силой ударила его по ладоням. Он схватил меня за запястья. Попытавшись вырваться, я резко согнула руки, но дракон даже не дрогнул – мы с ним оказались только ещё ближе друг к другу.
— Какого чёрта?! Что ты себе позволяешь!
Реган резко развернул меня к себе спиной, обхватив руками поверх груди, и его горячий шёпот обжёг мне ухо:
— Может, ты и Богиня, но в постели должна подчиняться.
!ВСЕ ГЕРОИ СОВЕРШЕННОЛЕТНИЕ!
Выберите полку для книги