Босс криминальной империи.
Самый жестокий мужчина.
Всемогущий Арес Костровский пересек расстояние в два метра и замер. Тишина. Глаза в глаза.
– Ты то единственное, Виктория, что удерживает меня от объявления войны. Выбирай какой вариант тебе по душе? Отказаться от колечка на безымянном пальце и попрощаться с родными или заткнуть пасть, натянуть довольную улыбку и стать моей женой. У тебя две секунды на размышления.
– Нет...я не хочу...
Арес оскалился и...
Самый жестокий мужчина.
Всемогущий Арес Костровский пересек расстояние в два метра и замер. Тишина. Глаза в глаза.
– Ты то единственное, Виктория, что удерживает меня от объявления войны. Выбирай какой вариант тебе по душе? Отказаться от колечка на безымянном пальце и попрощаться с родными или заткнуть пасть, натянуть довольную улыбку и стать моей женой. У тебя две секунды на размышления.
– Нет...я не хочу...
Арес оскалился и...
— Ты не понимаешь, о чем просишь? — в голосе Влада столько сопротивления, что мне ещё больше хочется. Только с ним!
— Понимаю, — носиком задеваю его сухие губы. — Пожалуйста... — хнычу и трусь об него, как котёночек, нуждающейся в ласке.
— Тогда у меня есть условие, — хрипит от перевозбуждения и смыкает пальцы на моей шее под волосами. Губами касается скул. Так нежно и чувственно, что хочется рыдать.
— Что угодно...
— Будешь меня слушаться, — властно-наставнические нотки в голосе Влада вызывает улыбочку. — И делать всё, что я скажу!
— А чего ты хочешь? — во все глаза смотрю на друга брата и задыхаюсь.
— Всю. Тебя, — и страстно целует, забирая моё дыхание.
— Понимаю, — носиком задеваю его сухие губы. — Пожалуйста... — хнычу и трусь об него, как котёночек, нуждающейся в ласке.
— Тогда у меня есть условие, — хрипит от перевозбуждения и смыкает пальцы на моей шее под волосами. Губами касается скул. Так нежно и чувственно, что хочется рыдать.
— Что угодно...
— Будешь меня слушаться, — властно-наставнические нотки в голосе Влада вызывает улыбочку. — И делать всё, что я скажу!
— А чего ты хочешь? — во все глаза смотрю на друга брата и задыхаюсь.
— Всю. Тебя, — и страстно целует, забирая моё дыхание.
На черном-черном звездолёте. Одной черной-черной ночью. В одной черной-черной комнате…
___
Первая ночь на космическом корабле, куда нас отправили на практику в качестве экспериментальной группы, стала ночью открытий и неожиданных сюрпризов. Местами очень приятных, но с большими такими последствиями.
___
Первая ночь на космическом корабле, куда нас отправили на практику в качестве экспериментальной группы, стала ночью открытий и неожиданных сюрпризов. Местами очень приятных, но с большими такими последствиями.
Вот это я попала!
Пришла к гинекологу с деликатной проблемой, а там он… Мой персональный ад.
— Проходи, садись, — ухмыляется сводный.
Издевался надо мной всю юность.
— Мне нужен другой гинеколог.
— Другого нет. Только я. Давай уже. Не трать мое время, сводная сестрица.
Это худшее, что могло со мной произойти, не считая моей «маленькой» интимной проблемы.
Даже не знаю, что мне дороже: мой цветочек или собственная психика!
Пришла к гинекологу с деликатной проблемой, а там он… Мой персональный ад.
— Проходи, садись, — ухмыляется сводный.
Издевался надо мной всю юность.
— Мне нужен другой гинеколог.
— Другого нет. Только я. Давай уже. Не трать мое время, сводная сестрица.
Это худшее, что могло со мной произойти, не считая моей «маленькой» интимной проблемы.
Даже не знаю, что мне дороже: мой цветочек или собственная психика!
Мир изменился. Сверхспособности теперь не мечты, а реальность. Суровая реальность.
Думаете, они способны возвысить вас? Осчастливить? Бред. Не верите? Спросите у сотен новоиспечённых одарённых, как им живётся с их силами? Например, у детектива, что распутывает самые скверные дела в этом промозглом городе.
Как ей выжить и не свихнуться? Разобрать, кому можно верить, а кто лишь использует её в собственных интересах? И можно ли в этом безумном мире позволить себе искреннюю привязанность к другим?
Герои не идеальны! До ХЭ должны понять себя и решить как с этим жить! 1 из 3х книг.
Думаете, они способны возвысить вас? Осчастливить? Бред. Не верите? Спросите у сотен новоиспечённых одарённых, как им живётся с их силами? Например, у детектива, что распутывает самые скверные дела в этом промозглом городе.
Как ей выжить и не свихнуться? Разобрать, кому можно верить, а кто лишь использует её в собственных интересах? И можно ли в этом безумном мире позволить себе искреннюю привязанность к другим?
Герои не идеальны! До ХЭ должны понять себя и решить как с этим жить! 1 из 3х книг.
Он тот - кого боятся все мужчины дома Нар-Шах. Он Старший муж её темнейшества, он самый близкий друг и любовник госпожи.
Он тот, чья судьба никогда не зависела от него. Тот, кто родился свободным и всю жизнь прожил в плену. Тот, для кого новое рабство стало спасением и проклятьем.
Он - Демон Дома Нар-Шах. И эта история о нём.
Он тот, чья судьба никогда не зависела от него. Тот, кто родился свободным и всю жизнь прожил в плену. Тот, для кого новое рабство стало спасением и проклятьем.
Он - Демон Дома Нар-Шах. И эта история о нём.
— Кирилл ты врач и должен лечить свою пациентку, а я помогу и понаблюдаю. — важно произнес профессор.
— Разумеется. — ответил доктор.
Профессор, задумчиво разглядывая меня добавил:
— Интересный случай…
Я покраснела и отвернулась.
— Раздевайтесь. — требовательно кинул профессор, отходя от кресла.
— Разумеется. — ответил доктор.
Профессор, задумчиво разглядывая меня добавил:
— Интересный случай…
Я покраснела и отвернулась.
— Раздевайтесь. — требовательно кинул профессор, отходя от кресла.
—Тут один богач собрался мой санаторий под снос пустить.
— Да ты что? Ты же буквально с колен его подняла!
Пожимаю плечами.
— Это его земля, он может делать с ней что угодно. И знаешь что? Этот надменный богатый сноб мне райдер прислал. Зачитаю тебе пару пунктов: в номере, где он будет жить несколько дней, туалетная бумага должна быть только определенного производителя, вода — только из тайных источников. Пушистый ковер — из натуральных материалов, чтобы он мог босиком ходить. Шторы блэкаут, а также черная и белужья икра.
— Белужья икра? Шторы блэкаут? — прыскает со смеху подруга. — Да уж. Босс. Инструкция по применению! Ты в сети искала, как он выглядит?
— Нет, и не собираюсь. Неинтересно.
Но лучше бы я выяснила все заранее — не пришлось бы поднимать челюсть с пола.
— Да ты что? Ты же буквально с колен его подняла!
Пожимаю плечами.
— Это его земля, он может делать с ней что угодно. И знаешь что? Этот надменный богатый сноб мне райдер прислал. Зачитаю тебе пару пунктов: в номере, где он будет жить несколько дней, туалетная бумага должна быть только определенного производителя, вода — только из тайных источников. Пушистый ковер — из натуральных материалов, чтобы он мог босиком ходить. Шторы блэкаут, а также черная и белужья икра.
— Белужья икра? Шторы блэкаут? — прыскает со смеху подруга. — Да уж. Босс. Инструкция по применению! Ты в сети искала, как он выглядит?
— Нет, и не собираюсь. Неинтересно.
Но лучше бы я выяснила все заранее — не пришлось бы поднимать челюсть с пола.
Она наследница огненных драконов. Он ледяной змей, чье пробуждение сеет хаос. Их влечение запретно, но их истинная связь — единственное, что может остановить всепоглощающую тьму, что хочет уничтожить мироздание.
ИСТОРИЯ ВЛАДА ВАЛАХА И АДИЛЫ АЛЬ ЭАНИФ.
Финал основного сюжета "Деток в клетке"!
ХЭ
ИСТОРИЯ ВЛАДА ВАЛАХА И АДИЛЫ АЛЬ ЭАНИФ.
Финал основного сюжета "Деток в клетке"!
ХЭ
– Ты слишком молодая для училки. И слишком красивая, – говорит он порочным шёпотом. – Решила докопаться до моего сына, чтобы привлечь моё внимание? Что ж, у тебя получилось.
– Что вы себе позволяете?
– Я себе позволяю всё.
Он вдавливает меня в школьную доску. Внутри меня всё пылает так, что ноги подгибаются.
– Продолжим у меня дома, – хищно скалится Гордей. – И только попробуй в этот раз сбежать.
Я учительница. Он отец ученика.
Мне нельзя его хотеть. Ему нельзя меня трогать.
Но Гордей Усманов всегда нарушает правила первым.
Он загоняет меня в угол, говорит опасным голосом, смотрит так, будто уже знает, как я буду стонать.
Он хочет меня. Грязно. Ненасытно.
И мне всё труднее делать вид, что я к нему равнодушна.
А когда возвращается его бывшая жена, которую все считали умершей, становится ясно: это не любовный роман.
Это война за мужчину, который не знает слова «остановись».
– Что вы себе позволяете?
– Я себе позволяю всё.
Он вдавливает меня в школьную доску. Внутри меня всё пылает так, что ноги подгибаются.
– Продолжим у меня дома, – хищно скалится Гордей. – И только попробуй в этот раз сбежать.
Я учительница. Он отец ученика.
Мне нельзя его хотеть. Ему нельзя меня трогать.
Но Гордей Усманов всегда нарушает правила первым.
Он загоняет меня в угол, говорит опасным голосом, смотрит так, будто уже знает, как я буду стонать.
Он хочет меня. Грязно. Ненасытно.
И мне всё труднее делать вид, что я к нему равнодушна.
А когда возвращается его бывшая жена, которую все считали умершей, становится ясно: это не любовный роман.
Это война за мужчину, который не знает слова «остановись».
Выберите полку для книги