Книги в жанре «Эротика»
— Плачу зарплату в обмен на твоё тело. Твой ответ?
— Мне нужны деньги, но я не буду спать с вами.
— А ты упрямая! — В его голосе звучало опасное удовольствие. — Знала бы ты, как это заводит!
Орлов подошёл вплотную, нависая надо мной. Я ощутила его запах — терпкий, мужской, до одури притягательный. Я вдохнула его, и лёгкие будто обожгло.
Он провёл пальцем по моей шее, и по коже побежали мурашки. На секунду я замерла, как кролик перед удавом.
— В какой момент, — выдохнула я, наконец обретая дар речи, — вы разглядели во мне эскортницу?!
Орлов усмехнулся, во взгляде мелькнуло что-то хищное.
— Ты же умная девочка, — произнёс он почти ласково. — Настоящая продажная женщина мне неинтересна. Интересно купить то, что не продаётся.
Я развернулась и пошла к двери, сжимая кулаки. Его насмешливые слова догнали меня уже у порога:
— Не понимаю, почему ты ломаешься. Ты должна мне, Решка. И свой долг ты отработаешь. Так или иначе.
— Мне нужны деньги, но я не буду спать с вами.
— А ты упрямая! — В его голосе звучало опасное удовольствие. — Знала бы ты, как это заводит!
Орлов подошёл вплотную, нависая надо мной. Я ощутила его запах — терпкий, мужской, до одури притягательный. Я вдохнула его, и лёгкие будто обожгло.
Он провёл пальцем по моей шее, и по коже побежали мурашки. На секунду я замерла, как кролик перед удавом.
— В какой момент, — выдохнула я, наконец обретая дар речи, — вы разглядели во мне эскортницу?!
Орлов усмехнулся, во взгляде мелькнуло что-то хищное.
— Ты же умная девочка, — произнёс он почти ласково. — Настоящая продажная женщина мне неинтересна. Интересно купить то, что не продаётся.
Я развернулась и пошла к двери, сжимая кулаки. Его насмешливые слова догнали меня уже у порога:
— Не понимаю, почему ты ломаешься. Ты должна мне, Решка. И свой долг ты отработаешь. Так или иначе.
Тишина в кухне стала густой, осязаемой. Она звенела, как натянутая струна, готовая лопнуть от малейшего прикосновения. Андрей Павлович медленно поднялся из-за стола. Его движения были плавными, хищными, но без тени угрозы. Он обошел стол и остановился позади Лены.
Она не двигалась, лишь вслушивалась в стук собственного сердца, гулкий и учащенный. Она чувствовала его тепло у своей спины, чувствовала, как изменился воздух вокруг нее. Его рука легла ей на плечо. Прикосновение было легким, почти невесомым, но по ее телу пробежал ток, заставив мышцы дернуться.
Она не двигалась, лишь вслушивалась в стук собственного сердца, гулкий и учащенный. Она чувствовала его тепло у своей спины, чувствовала, как изменился воздух вокруг нее. Его рука легла ей на плечо. Прикосновение было легким, почти невесомым, но по ее телу пробежал ток, заставив мышцы дернуться.
Кадир был трофеем. Эльф-воин с отвратительным характером и израненым сердцем - он достался Аннике от другой Госпожи. Сумеет ли она исправить чужие ошибки и исцелить разбитое?
Катя только что потеряла всё, во что верила: отец спит с её лучшей подругой, а парень, с которым она была два с половиной года, в их постели забавляется с другой . Она хлопает дверью и уезжает в ночь – с рюкзаком, злостью и разбитым сердцем.
Кирилл – тот самый мажор, которого она чуть не сбила на трассе. Красивый, богатый, самоуверенный. Девушки перед ним обычно тают, кивают, раздвигают ноги и улыбаются. Катя – нет.
Он начинает охоту. Она – войну.
Возможно ли обрести счастье после предательства?
Кирилл – тот самый мажор, которого она чуть не сбила на трассе. Красивый, богатый, самоуверенный. Девушки перед ним обычно тают, кивают, раздвигают ноги и улыбаются. Катя – нет.
Он начинает охоту. Она – войну.
Возможно ли обрести счастье после предательства?
— Сегодня я твой врач, Амина, — с жаром и властью выдыхает мне в лицо.
Мой гинеколог — это мой свекор!
О Аллах!
— Да вы же папа моего жениха... — паникую и задыхаюсь.
От эмоций. От близости этого мужчины.
— Раздевайся, Амина, — категорично заявляет мой свекор. — Я же вижу, как ты вся дрожишь.
— Это неправильно…
— Неправильно — врать себе, — костяшками пальцев гладит меня по щечке. — Скажи мне, ты хочешь, чтобы я тебя осмотрел?
— Я… — мой шёпот срывается на стон. — Хочу...
Мой гинеколог — это мой свекор!
О Аллах!
— Да вы же папа моего жениха... — паникую и задыхаюсь.
От эмоций. От близости этого мужчины.
— Раздевайся, Амина, — категорично заявляет мой свекор. — Я же вижу, как ты вся дрожишь.
— Это неправильно…
— Неправильно — врать себе, — костяшками пальцев гладит меня по щечке. — Скажи мне, ты хочешь, чтобы я тебя осмотрел?
— Я… — мой шёпот срывается на стон. — Хочу...
У каждой власти есть своя изнанка. У каждого наслаждения — своя цена.
«EGO» - Провокационный роман о принятии своей тени. История о страсти, стирающей личность, и о женщине, которая спустилась в ад, чтобы стать его королевой.
Она не знала вкуса страсти, пока не продала себя трем незнакомцам за три миллиона долларов.
Судья, Учитель, Врач. Три миллиардера, скрывающие лица за золотыми масками. Они втянули Киру, нелюдимую девушку-хакера, в свой тайный, извращенный культ, где нет морали, а есть лишь эстетика абсолютного доминирования.
Каждая ночь с ними — это шаг в бездну запретных желаний. Они ломают ее психологические барьеры, заставляя умолять о том, чего она раньше стыдилась. Но чем глубже Кира погружается в их пугающий мир роскоши, тем яснее понимает: она — не просто дорогая игрушка, а пешка в жестокой игре за власть над миром.
Когда граница между насилием и любовью стирается, а в спину начинают дышать настоящие убийцы, Кире придется использовать всё, чему они ее научили.
«EGO» - Провокационный роман о принятии своей тени. История о страсти, стирающей личность, и о женщине, которая спустилась в ад, чтобы стать его королевой.
Она не знала вкуса страсти, пока не продала себя трем незнакомцам за три миллиона долларов.
Судья, Учитель, Врач. Три миллиардера, скрывающие лица за золотыми масками. Они втянули Киру, нелюдимую девушку-хакера, в свой тайный, извращенный культ, где нет морали, а есть лишь эстетика абсолютного доминирования.
Каждая ночь с ними — это шаг в бездну запретных желаний. Они ломают ее психологические барьеры, заставляя умолять о том, чего она раньше стыдилась. Но чем глубже Кира погружается в их пугающий мир роскоши, тем яснее понимает: она — не просто дорогая игрушка, а пешка в жестокой игре за власть над миром.
Когда граница между насилием и любовью стирается, а в спину начинают дышать настоящие убийцы, Кире придется использовать всё, чему они ее научили.
Я никогда не планировала становиться чьей-то женой. Но чтобы выжить, иногда приходится соглашаться на опасные сделки. Наш брак — всего лишь договор. По крайней мере, так было написано на бумаге. Вот только мой муж живёт по правилам, где женщина не спорит… и не уходит.
Я заключила простую сделку: титул первой женщины в парламенте в обмен на лояльность лордов моему мужу. Но властный и порочный лорд Кэлхаун плевать хотел на правила. Он меняет мои планы, вторгается в мои мысли, будит страсть в моем теле.
Я пытаюсь думать о делах, но чувствую лишь жар его поцелуев. Мне нужен этот титул, я заплатила за него собой. Но готова ли я расплачиваться не телом, а сердцем?
Я пытаюсь думать о делах, но чувствую лишь жар его поцелуев. Мне нужен этот титул, я заплатила за него собой. Но готова ли я расплачиваться не телом, а сердцем?
После гибели отца, на мне повис его долг - триста тысяч долларов. Коллекторы угрожают расправой. Помочь может только человек, который пять лет назад исчез без объяснений, безжалостно разбив мне сердце.
Глеб Соболев не спрашивает. Он ставит условия: фиктивный брак, год в его доме, полное подчинение. И никаких вопросов.
Я ненавижу его, но выбора нет.
Какой же я была наивной - даже не подозревала, что главный враг - не коллекторы.
Глеб Соболев не спрашивает. Он ставит условия: фиктивный брак, год в его доме, полное подчинение. И никаких вопросов.
Я ненавижу его, но выбора нет.
Какой же я была наивной - даже не подозревала, что главный враг - не коллекторы.
Я принесла заказ в его дом, а он запер меня в снежной ловушке. Алекс — военный, который привык командовать и ничего не чувствовать. А я — курьер, которая не умеет молчать, даже когда страшно.
— Оставайся на ночь или топай двадцать километров, — бросил он холодно.
— Ты издеваешься? — огрызнулась я.
— Решай свои проблемы сама, девочка.
Я решила остаться. А потом он предложил сделку: я бешу его — он платит. Но когда маски пали и я увидела его настоящего — сломленного, боящегося даже собственного сердца, — стало ясно
— Оставайся на ночь или топай двадцать километров, — бросил он холодно.
— Ты издеваешься? — огрызнулась я.
— Решай свои проблемы сама, девочка.
Я решила остаться. А потом он предложил сделку: я бешу его — он платит. Но когда маски пали и я увидела его настоящего — сломленного, боящегося даже собственного сердца, — стало ясно
Выберите полку для книги