Книги в жанре «Эротика»
— Сабир, ты хочешь жениться на девочке, которая дразнит тебя из-за шапки?
— Да.
— И которая, скорее всего, пошлёт тебя куда подальше с этим предложением?
Я молчу. Потому что он прав. С вероятностью девяносто девять процентов Айша выльет мне на голову чай, когда я заведу этот разговор. Или расхохочется. Или скажет что-то вроде: «Ты чего, дядь Сабир, перегрелся?»
История Амира и Зары https://litmarket.ru/books/kavkazskiy-zver
— Да.
— И которая, скорее всего, пошлёт тебя куда подальше с этим предложением?
Я молчу. Потому что он прав. С вероятностью девяносто девять процентов Айша выльет мне на голову чай, когда я заведу этот разговор. Или расхохочется. Или скажет что-то вроде: «Ты чего, дядь Сабир, перегрелся?»
История Амира и Зары https://litmarket.ru/books/kavkazskiy-zver
Салон встретил её тихим перезвоном колокольчиков и тёплым ароматом эвкалипта. Девушка на ресепшене мягко улыбнулась:
— Вы к Эдуарду Сергеевичу? Проходите, пожалуйста, в третий кабинет. Он вас ждёт.
Комната оказалась небольшой, с приглушённым светом и лёгкой музыкой. Рита неуверенно присела на край массажного стола, когда дверь открылась.
— Рита? — спокойный мужской голос заставил её обернуться.
В дверях стоял он — высокий, с тёмными волосами и внимательными карими глазами. На нём была простая чёрная футболка, обтягивающая рельефные плечи.
— Я Эдик. — Он сделал шаг вперёд. — Ваши подруги очень настойчиво просили о вас позаботиться.
— Они всегда такие, — пробормотала Рита.
— Это хорошо. — Его губы тронула улыбка. — Значит, у вас есть люди, которые переживают.
— Вы к Эдуарду Сергеевичу? Проходите, пожалуйста, в третий кабинет. Он вас ждёт.
Комната оказалась небольшой, с приглушённым светом и лёгкой музыкой. Рита неуверенно присела на край массажного стола, когда дверь открылась.
— Рита? — спокойный мужской голос заставил её обернуться.
В дверях стоял он — высокий, с тёмными волосами и внимательными карими глазами. На нём была простая чёрная футболка, обтягивающая рельефные плечи.
— Я Эдик. — Он сделал шаг вперёд. — Ваши подруги очень настойчиво просили о вас позаботиться.
— Они всегда такие, — пробормотала Рита.
— Это хорошо. — Его губы тронула улыбка. — Значит, у вас есть люди, которые переживают.
– Вы хотите, чтобы я умоляла вас? – смотрю снизу вверх на его безупречное лицо.
– Я хочу тебя. Всецело. Без остатка. Хочу, чтобы ты принадлежала мне.
Город боится его.
Алексея Князева.
Владельца крупнейшего холдинга. Его ненавидят, завидуют. Но никто не смеет перечить.
И так было бы всегда… пока в его жизнь не ворвалась я.
Я пыталась сопротивляться. Но Князев в борьбе за мое тело и душу играл мастерски.
Он давил меня материнским бизнесом, своим влиянием, деньгами.
А потом… начал давить чем-то другим.
Ненормативная лексика! совсем чуть чуть
ОТКРОВЕННО! ГОРЯЧО!
В книге есть:
– жесткий и властный гг, местами будет бесить
– невинная героиня, попавшая «под прицел»
– разница в возрасте (ему 36, ей 21)
– противостояние и борьба
– откровенные сцены без жести и насилия
– от ненависти до любви
– Я хочу тебя. Всецело. Без остатка. Хочу, чтобы ты принадлежала мне.
Город боится его.
Алексея Князева.
Владельца крупнейшего холдинга. Его ненавидят, завидуют. Но никто не смеет перечить.
И так было бы всегда… пока в его жизнь не ворвалась я.
Я пыталась сопротивляться. Но Князев в борьбе за мое тело и душу играл мастерски.
Он давил меня материнским бизнесом, своим влиянием, деньгами.
А потом… начал давить чем-то другим.
Ненормативная лексика! совсем чуть чуть
ОТКРОВЕННО! ГОРЯЧО!
В книге есть:
– жесткий и властный гг, местами будет бесить
– невинная героиня, попавшая «под прицел»
– разница в возрасте (ему 36, ей 21)
– противостояние и борьба
– откровенные сцены без жести и насилия
– от ненависти до любви
Он красив, как бог, и притягателен, словно дьявол.
Губы пухлые и на вид очень мягкие, четко очерчены, что ещё больше выделяет их и примагничивает взгляд. Изгиб идеальных бровей чуть резковат, и это подчеркивает хищность его темного взгляда. Я не железная и вижу его бесспорную, сшибающую с ног нечеловеческую красоту.
Возбудительный мужчина.
_____
События происходят на станции Каверст (упоминается в предыдущей книге “Пара Эрики. Возбужден и прекрасен.”).
Оказалось, в тот вечер не только Нишанту достался бокал с отравой.
Только второй одурманенный красавчик выбрал для себя другой уровень и попал к очаровательной, но очень строгой девушке в медицинской форме.
Губы пухлые и на вид очень мягкие, четко очерчены, что ещё больше выделяет их и примагничивает взгляд. Изгиб идеальных бровей чуть резковат, и это подчеркивает хищность его темного взгляда. Я не железная и вижу его бесспорную, сшибающую с ног нечеловеческую красоту.
Возбудительный мужчина.
_____
События происходят на станции Каверст (упоминается в предыдущей книге “Пара Эрики. Возбужден и прекрасен.”).
Оказалось, в тот вечер не только Нишанту достался бокал с отравой.
Только второй одурманенный красавчик выбрал для себя другой уровень и попал к очаровательной, но очень строгой девушке в медицинской форме.
— Аделина... — мой голос прозвучал хрипло, чуждо.
Я не знал, что сказать. Я никогда не терялся. А сейчас стоял и хлопал глазами как нашкодивший подросток.
Она хмыкнула. Её глаза вспыхнули — в них плясали черти. Сделала шаг ко мне. Потом ещё один. Её каблуки цокали по асфальту, разнося эхо по пустому переулку.
Подошла вплотную. Так близко, что я почувствовал её запах. Тот самый. Цветы, сладость, дождь. И ещё что-то — опасность, адреналин, металл.
Потянулась вверх. Медленно. Гипнотизируя взглядом. Её пальцы коснулись капюшона моей толстовки и стянули его с головы.
В мои белоснежные, отросшие, влажные волосы вплелись её тонкие, изысканные пальцы. Нежно. Осторожно. Она водила ими по коже головы, массировала, гладила. Я словно провалился в это ощущение, как в наркоз.
Стоял под гипнозом. Не мог даже пошевелиться.
А затем её пальцы сжались. Резко. Сильно. Почти до боли. Она схватила меня за волосы на затылке и с силой притянула к себе...
Я не знал, что сказать. Я никогда не терялся. А сейчас стоял и хлопал глазами как нашкодивший подросток.
Она хмыкнула. Её глаза вспыхнули — в них плясали черти. Сделала шаг ко мне. Потом ещё один. Её каблуки цокали по асфальту, разнося эхо по пустому переулку.
Подошла вплотную. Так близко, что я почувствовал её запах. Тот самый. Цветы, сладость, дождь. И ещё что-то — опасность, адреналин, металл.
Потянулась вверх. Медленно. Гипнотизируя взглядом. Её пальцы коснулись капюшона моей толстовки и стянули его с головы.
В мои белоснежные, отросшие, влажные волосы вплелись её тонкие, изысканные пальцы. Нежно. Осторожно. Она водила ими по коже головы, массировала, гладила. Я словно провалился в это ощущение, как в наркоз.
Стоял под гипнозом. Не мог даже пошевелиться.
А затем её пальцы сжались. Резко. Сильно. Почти до боли. Она схватила меня за волосы на затылке и с силой притянула к себе...
Я привык побеждать на дорожке, где правила просты: есть цель и есть противник. Но в игре с Софой правил не существует.
Свадьба отца Ярослава должна была стать очередным вечером, когда мы будем обмениваться колкостями и делать вид, что не замечаем друг друга. Но потом появилась она. В этом платье, которое облегало её так, словно было второй кожей. Она уверяла себя, что нарядилась не для меня, но я видел этот вызов в её глазах.
— Решила, что мы в Большом театре, Соф? — Процедил я у бара, чувствуя, как внутри всё закипает от её невыносимой красоты.
— А ты, я смотрю, решил, что твое раздутое эго поместится в этот зал? — Парировала она, даже не глядя в мою сторону.
Между нами искрило так, что могли загореться скатерти. Нас тянуло друг к другу вопреки логике, вопреки той ненависти, которую мы бережно выращивали годами.
Свадьба отца Ярослава должна была стать очередным вечером, когда мы будем обмениваться колкостями и делать вид, что не замечаем друг друга. Но потом появилась она. В этом платье, которое облегало её так, словно было второй кожей. Она уверяла себя, что нарядилась не для меня, но я видел этот вызов в её глазах.
— Решила, что мы в Большом театре, Соф? — Процедил я у бара, чувствуя, как внутри всё закипает от её невыносимой красоты.
— А ты, я смотрю, решил, что твое раздутое эго поместится в этот зал? — Парировала она, даже не глядя в мою сторону.
Между нами искрило так, что могли загореться скатерти. Нас тянуло друг к другу вопреки логике, вопреки той ненависти, которую мы бережно выращивали годами.
Васька тиснул по тормозам. Незнакомка буквально упала на капот его «Лады». Он замер, чувствуя, как по спине прокатилась волна страха, лоб мгновенно вспотел. Медленно он приблизился к лобовому стеклу. Девушка подняла голову.
Щелкнув ремнем безопасности, Молотов вышел из машины, рыжая незнакомка кинулась к нему. На дороге показалось двое мужчин, они быстро приближались к его машине по освещённому фарами пути.
- Ты чего творишь? - со злостью рявкнул Василий на девушку. - Пьяная, что ли? – он внимательно оглядел ее с головы до ног.
Еще раз убедился, что у рыжей потрясающая фигура и просто нереально длинные ноги. Та, в свою очередь, рассматривала его. Невысокий, но коренастый, плечистый, с сильными руками и недовольным нахмуренным лицом. На груди его военной формы она увидела нашивку с надписью «Молотов В.В.».
— Помоги мне, Вова, — пристально посмотрела ему в серебристые, тусклые, уставшие глаза.
— Вася, — исправил он ее.
— Помоги, Василёк, — прошептала девушка и обернулась.
Щелкнув ремнем безопасности, Молотов вышел из машины, рыжая незнакомка кинулась к нему. На дороге показалось двое мужчин, они быстро приближались к его машине по освещённому фарами пути.
- Ты чего творишь? - со злостью рявкнул Василий на девушку. - Пьяная, что ли? – он внимательно оглядел ее с головы до ног.
Еще раз убедился, что у рыжей потрясающая фигура и просто нереально длинные ноги. Та, в свою очередь, рассматривала его. Невысокий, но коренастый, плечистый, с сильными руками и недовольным нахмуренным лицом. На груди его военной формы она увидела нашивку с надписью «Молотов В.В.».
— Помоги мне, Вова, — пристально посмотрела ему в серебристые, тусклые, уставшие глаза.
— Вася, — исправил он ее.
— Помоги, Василёк, — прошептала девушка и обернулась.
В зал входит брюнет лет тридцати пяти. Высокий, красивый, темноглазый. Идеально сидящий костюм подчёркивает мощную фигуру атлета.
У него грация сильного, уверенного в себе хищника. Властная аура человека, привыкшего идти по жизни напролом, принимать непростые решения и брать своё, не задумываясь о цене...
Мы встречаемся взглядами.
Я вмиг забываю про кандалы, про свою наготу, про Эльдара Германовича, который только что собирался избить меня...
- Ты слишком хороша для этого ублюдка, - чеканит незнакомец. - Чистая, юная... И, готов поспорить на что угодно - у тебя ещё никогда не было мужчины.
Закрываю глаза, потому что невозможно выдерживать этот взгляд!
Чувствую дыхание незнакомца возле своего уха. И, спустя секунду в сознание проникает хриплый, уверенный шёпот.
- Тогда я - Равиль Арсланов - буду у тебя первым!
У него грация сильного, уверенного в себе хищника. Властная аура человека, привыкшего идти по жизни напролом, принимать непростые решения и брать своё, не задумываясь о цене...
Мы встречаемся взглядами.
Я вмиг забываю про кандалы, про свою наготу, про Эльдара Германовича, который только что собирался избить меня...
- Ты слишком хороша для этого ублюдка, - чеканит незнакомец. - Чистая, юная... И, готов поспорить на что угодно - у тебя ещё никогда не было мужчины.
Закрываю глаза, потому что невозможно выдерживать этот взгляд!
Чувствую дыхание незнакомца возле своего уха. И, спустя секунду в сознание проникает хриплый, уверенный шёпот.
- Тогда я - Равиль Арсланов - буду у тебя первым!
❤️ ❤️ ❤️ ❤️ ❤️ ❤️ ❤️
Сбежав от жестокого мужа в погонах, я больше всего не хочу снова попасть в ловушку абьюзивных отношений. Но тот, кого я встречаю в маленьком городке в самом сердце Алтая, непохож на других.
Могу ли я доверять ему, когда он обещает, что станет моим самым нежным защитником и единственной настоящей любовью?
Насколько изощренной окажется месть моего бывшего? И что за странные дела творятся вокруг?
Сбежав от жестокого мужа в погонах, я больше всего не хочу снова попасть в ловушку абьюзивных отношений. Но тот, кого я встречаю в маленьком городке в самом сердце Алтая, непохож на других.
Могу ли я доверять ему, когда он обещает, что станет моим самым нежным защитником и единственной настоящей любовью?
Насколько изощренной окажется месть моего бывшего? И что за странные дела творятся вокруг?
― Гена! ― забыв о комфорте соседей начала кричать и бить ногами в дверь. ― Я знаю, что ты дома! Открой!
― Его здесь нет, ― из динамика замка раздался осторожный голос сестры.
Сначала не поверила в происходящее. Как такое возможно? Даже сделала шаг назад, наткнулась на один из боксов и чуть не потеряла равновесие. Чтобы не упасть, схватилась за стену.
― Вика? – я была растерянна, но голос этого не выдал. – Открой дверь! Моя биометрия не проходит!
― Я знаю, ― ответила сестра. ― Мы поменяли коды.
― Что значит «мы поменяли»?
― Мы с Геником. Ты здесь больше не живешь.
— С Геником? – моргнула.
— Да. Уходи! Не смей отбирать его! У тебя и так всё есть! А Геник мой! Слышишь?
Я слышала. И не знала, что сейчас меня поразило больше: то, что моя родная сестра спит с моим мужем, или то, что Гена превратился в Геника.
― Его здесь нет, ― из динамика замка раздался осторожный голос сестры.
Сначала не поверила в происходящее. Как такое возможно? Даже сделала шаг назад, наткнулась на один из боксов и чуть не потеряла равновесие. Чтобы не упасть, схватилась за стену.
― Вика? – я была растерянна, но голос этого не выдал. – Открой дверь! Моя биометрия не проходит!
― Я знаю, ― ответила сестра. ― Мы поменяли коды.
― Что значит «мы поменяли»?
― Мы с Геником. Ты здесь больше не живешь.
— С Геником? – моргнула.
— Да. Уходи! Не смей отбирать его! У тебя и так всё есть! А Геник мой! Слышишь?
Я слышала. И не знала, что сейчас меня поразило больше: то, что моя родная сестра спит с моим мужем, или то, что Гена превратился в Геника.
Выберите полку для книги