Читать и слушать книги
– У тебя три дня, Арина. Либо деньги, либо малая. Ты девочка умная, поймёшь.
После этих слов я собрала вещи за два часа. Теперь моё пристанище – захолустный городок в Сибири, а единственный человек, с которым я здесь общаюсь – хмурый сосед за стеной.
– Я не просила меня спасать.
– А я не спрашиваю.
Он привык решать проблемы силой и законом. Он не даёт обещаний и не умеет любить. Но когда тени из прошлой жизни настигают меня и здесь, он единственный, кто встаёт на мою защиту.
Сможет ли опер, потерявший веру в людей, защитить ту, за которой охотятся настоящие звери? И чьи шрамы окажутся глубже – его на теле или мои на сердце?
После этих слов я собрала вещи за два часа. Теперь моё пристанище – захолустный городок в Сибири, а единственный человек, с которым я здесь общаюсь – хмурый сосед за стеной.
– Я не просила меня спасать.
– А я не спрашиваю.
Он привык решать проблемы силой и законом. Он не даёт обещаний и не умеет любить. Но когда тени из прошлой жизни настигают меня и здесь, он единственный, кто встаёт на мою защиту.
Сможет ли опер, потерявший веру в людей, защитить ту, за которой охотятся настоящие звери? И чьи шрамы окажутся глубже – его на теле или мои на сердце?
— Она подпишет?
— Подпишет. Куда денется.
— А если упрется?
— Не упрется. Прогоним бумаги через банк, выведем машины на новую фирму, и после развода Вера останется гола как сокол.
— Жестоко…
— Зато удобно. Мне нужна другая жизнь. С другой женщиной. И с ребенком.
Так я узнала, что у моего мужа давно не только любовница, но и запасная семья, дом за городом и план, по которому после двадцати одного года брака я должна остаться без мужа, без бизнеса и без копейки. Он был уверен, что я, как всегда, все стерплю, подпишу нужные бумаги и тихо отойду в сторону. Ошибся. Очень сильно ошибся.
Он хотел сделать голой меня. А останется без всего сам. Потому что я заберу у предателя все, что он так старательно прятал за моей спиной.
— Подпишет. Куда денется.
— А если упрется?
— Не упрется. Прогоним бумаги через банк, выведем машины на новую фирму, и после развода Вера останется гола как сокол.
— Жестоко…
— Зато удобно. Мне нужна другая жизнь. С другой женщиной. И с ребенком.
Так я узнала, что у моего мужа давно не только любовница, но и запасная семья, дом за городом и план, по которому после двадцати одного года брака я должна остаться без мужа, без бизнеса и без копейки. Он был уверен, что я, как всегда, все стерплю, подпишу нужные бумаги и тихо отойду в сторону. Ошибся. Очень сильно ошибся.
Он хотел сделать голой меня. А останется без всего сам. Потому что я заберу у предателя все, что он так старательно прятал за моей спиной.
— Мам, а папа вчера почему держал за руку другую девочку?
Я замерла с половником над кастрюлей и сначала даже не поняла, что именно услышала.
— Какую девочку?
— Маленькую. В розовой шапке. И рядом с ним была тётя. Красивая. Он ей улыбался.
Я думала, что страшнее измены ничего нет. Ошибалась. Страшнее — узнать, что у твоего мужа не просто любовница, а целая вторая жизнь. Другая женщина. Чужая девочка, которая зовёт его папой. И ребёнок, которого она носит под сердцем. Пока я варю кашу нашим детям, бегу на работу, проверяю уроки и живу обычной жизнью, мой муж покупает кроватку для малыша от другой и уверен, что я, как всегда, всё стерплю.
Он считал меня удобной. Слишком правильной. Той, которая пошумит и успокоится. Но он жестоко ошибся. Потому что я не собираюсь рыдать в углу и делить его с другой. Я покажу ему, каково это — потерять всё сразу. Дом. Детей. Лицо. Спокойную жизнь. И когда он поймёт, что натворил, будет уже поздно.
Это была моя месть, милый.
Я замерла с половником над кастрюлей и сначала даже не поняла, что именно услышала.
— Какую девочку?
— Маленькую. В розовой шапке. И рядом с ним была тётя. Красивая. Он ей улыбался.
Я думала, что страшнее измены ничего нет. Ошибалась. Страшнее — узнать, что у твоего мужа не просто любовница, а целая вторая жизнь. Другая женщина. Чужая девочка, которая зовёт его папой. И ребёнок, которого она носит под сердцем. Пока я варю кашу нашим детям, бегу на работу, проверяю уроки и живу обычной жизнью, мой муж покупает кроватку для малыша от другой и уверен, что я, как всегда, всё стерплю.
Он считал меня удобной. Слишком правильной. Той, которая пошумит и успокоится. Но он жестоко ошибся. Потому что я не собираюсь рыдать в углу и делить его с другой. Я покажу ему, каково это — потерять всё сразу. Дом. Детей. Лицо. Спокойную жизнь. И когда он поймёт, что натворил, будет уже поздно.
Это была моя месть, милый.
— Ты где был ночью?
— Не твое дело.
— Мое. От тебя чужими духами несет.
— Не устраивай сцен, Ира. Да, у меня другая. И я не собираюсь больше это скрывать.
Я прожила с генералом пятнадцать лет. Родила сына, работала в больнице, терпела его жесткий характер и верила, что у нас семья. А потом узнала правду: у мужа любовница, новая квартира для нее и готовый план, как оставить меня без денег, без дома и без сына. Он привык приказывать и быть уверенным, что жена все стерпит. Но в этот раз генерал ошибся. Потому что я не собираюсь молчать. Он хотел тихий развод, а получит войну, в которой за каждую подлость придется платить.
— Не твое дело.
— Мое. От тебя чужими духами несет.
— Не устраивай сцен, Ира. Да, у меня другая. И я не собираюсь больше это скрывать.
Я прожила с генералом пятнадцать лет. Родила сына, работала в больнице, терпела его жесткий характер и верила, что у нас семья. А потом узнала правду: у мужа любовница, новая квартира для нее и готовый план, как оставить меня без денег, без дома и без сына. Он привык приказывать и быть уверенным, что жена все стерпит. Но в этот раз генерал ошибся. Потому что я не собираюсь молчать. Он хотел тихий развод, а получит войну, в которой за каждую подлость придется платить.
— Простите… вы вообще кто?
— Женщина. Не видно?
— Я просил другую.
— А я просила море, отель и десять дней тишины. Но, как видите, у нас обоих сегодня проблемы.
Мужчина медленно окидывает меня взглядом и холодно произносит:
— Сегодня вы останетесь здесь. Выполните всё, что мне захочется. Утром разберемся.
— Нет. Сейчас. Потому что я не девушка по вызову.
— Тогда объясните, кто и зачем прислал мне ваше фото.
У меня леденеют пальцы. Фото? Моё? Из аэропорта?
И в этот момент я понимаю: это не ошибка. Меня кто-то подставил. И, кажется, я знаю, кто именно…
— Женщина. Не видно?
— Я просил другую.
— А я просила море, отель и десять дней тишины. Но, как видите, у нас обоих сегодня проблемы.
Мужчина медленно окидывает меня взглядом и холодно произносит:
— Сегодня вы останетесь здесь. Выполните всё, что мне захочется. Утром разберемся.
— Нет. Сейчас. Потому что я не девушка по вызову.
— Тогда объясните, кто и зачем прислал мне ваше фото.
У меня леденеют пальцы. Фото? Моё? Из аэропорта?
И в этот момент я понимаю: это не ошибка. Меня кто-то подставил. И, кажется, я знаю, кто именно…
Книга о непростом поколении девяностых-нулевых. О тех, чьи детство и юность формировались в условиях постсоветского хаоса. Противоречивый облик молодёжи с окраин, увековеченный в череде коротких рассказов. Обитатели типичного для тех лет «Тёмного района», проходят через суровую школу улиц, пытаясь скрасить свой однообразный досуг сомнительными развлечениями. Атмосфера поселковых будней девяностых-нулевых с предельной точностью оживлена на страницах данного произведения.
— Пап, а свечи мне можно задуть первой? — смеётся незнакомая девочка в сиреневом платье.
— Можно, Вась, — отвечает мой муж так спокойно, будто ничего страшного не происходит.
— Глеб? — только и выдыхаю я, чувствуя, как немеют пальцы.
Он медленно поворачивается ко мне, а рядом с ним встаёт беременная женщина и кладёт руку ему на спину так, будто имеет на это полное право.
В тот вечер мой муж должен был забрать нашего сына с важной сдачи на пояс. Вместо этого я нашла его на чужом детском празднике — с другой женщиной, чужой девочкой, которая зовёт его папой, и ребёнком, которого эта женщина носит под сердцем. Я думала, больнее уже не будет. Но ошиблась. Потому что у предателя всё было продумано заранее: в соседнем квартале он давно устроил вторую жизнь и даже приготовил комнату для наших детей.
— Можно, Вась, — отвечает мой муж так спокойно, будто ничего страшного не происходит.
— Глеб? — только и выдыхаю я, чувствуя, как немеют пальцы.
Он медленно поворачивается ко мне, а рядом с ним встаёт беременная женщина и кладёт руку ему на спину так, будто имеет на это полное право.
В тот вечер мой муж должен был забрать нашего сына с важной сдачи на пояс. Вместо этого я нашла его на чужом детском празднике — с другой женщиной, чужой девочкой, которая зовёт его папой, и ребёнком, которого эта женщина носит под сердцем. Я думала, больнее уже не будет. Но ошиблась. Потому что у предателя всё было продумано заранее: в соседнем квартале он давно устроил вторую жизнь и даже приготовил комнату для наших детей.
— Ты серьёзно думаешь, что я вернусь домой после того, как застала тебя с ней?
— Вернёшься, Ника, — холодно отвечает Артём. — Ты моя жена.
— Уже нет. Я подаю на развод.
— Из брака со мной так просто не уходят.
— А изменять мне у тебя просто получилось?
Он молчит. А рядом его любовница улыбается так, будто уже примеряет мою жизнь на себя.
Я снимаю кольцо и кладу его на папку с его грязными договорами.
— Забери. Вместе со своей ложью.
Я думала, что худшее — узнать об измене мужа. Но Артём Горский предал меня глубже: втянул в свои тёмные дела, использовал мою цветочную студию и решил, что я всё стерплю. Он бандит, привыкший владеть всем, что считает своим. Но я выбираю развод. А если он хочет вернуть меня, ему придётся сначала отпустить.
— Вернёшься, Ника, — холодно отвечает Артём. — Ты моя жена.
— Уже нет. Я подаю на развод.
— Из брака со мной так просто не уходят.
— А изменять мне у тебя просто получилось?
Он молчит. А рядом его любовница улыбается так, будто уже примеряет мою жизнь на себя.
Я снимаю кольцо и кладу его на папку с его грязными договорами.
— Забери. Вместе со своей ложью.
Я думала, что худшее — узнать об измене мужа. Но Артём Горский предал меня глубже: втянул в свои тёмные дела, использовал мою цветочную студию и решил, что я всё стерплю. Он бандит, привыкший владеть всем, что считает своим. Но я выбираю развод. А если он хочет вернуть меня, ему придётся сначала отпустить.
💖В ПЕРВЫЙ ДЕНЬ БЕСПЛАТНО.💖
— Ты подпишешь отказ от квартиры, Лера. Без шума.
— А если нет?
— Я генерал. Не забывай, с кем споришь.
— А ты не забывай, кого предал.
Двадцать пять лет я была женой генерала: ждала, терпела, растила детей и верила, что семья для него не пустое слово. А потом узнала о молодой беременной любовнице и бумагах, по которым я должна была уйти из нашей квартиры почти ни с чем.
Он думал, я испугаюсь его звания и промолчу.
Ошибся.
Теперь я найду каждую поддельную подпись, подниму весь гарнизон и заставлю его ответить за измену, ложь и слёзы нашего сына.
***
Все герои и события в этом произведении вымышлены. Любые совпадения с реальными людьми, именами или обстоятельствами случайны. Сюжет является фантазией автора.
— Ты подпишешь отказ от квартиры, Лера. Без шума.
— А если нет?
— Я генерал. Не забывай, с кем споришь.
— А ты не забывай, кого предал.
Двадцать пять лет я была женой генерала: ждала, терпела, растила детей и верила, что семья для него не пустое слово. А потом узнала о молодой беременной любовнице и бумагах, по которым я должна была уйти из нашей квартиры почти ни с чем.
Он думал, я испугаюсь его звания и промолчу.
Ошибся.
Теперь я найду каждую поддельную подпись, подниму весь гарнизон и заставлю его ответить за измену, ложь и слёзы нашего сына.
***
Все герои и события в этом произведении вымышлены. Любые совпадения с реальными людьми, именами или обстоятельствами случайны. Сюжет является фантазией автора.
— Мам, а папа едет в Нижний в командировку? — спрашивает дочка.
— Откуда ты знаешь про командировку?
— Папа утром говорил по телефону в ванной. Я чистила зубы и слышала. Он сказал кому-то, что всё готово и завтра они улетают.
У меня пальцы похолодели.
— Улетают?
— Ну да. Он сказал: не волнуйся, никто ничего не узнает, я сказал про Нижний. Мам, а Нижний далеко? Туда на самолете летят?
В груди что-то оборвалось. А потом я узнала самое главное. Любовница оказалась не молодой красоткой со стороны, а женщиной, которая сидела с нами за одним столом, дарила подарки детям и смотрела мне в глаза. Но они зря решили, что я буду молчать и терпеть. Я не стану держаться за мужчину, который предал меня в собственной семье. Теперь им придётся узнать, какой бывает жена, у которой забрали доверие, но не забрали достоинство.
— Откуда ты знаешь про командировку?
— Папа утром говорил по телефону в ванной. Я чистила зубы и слышала. Он сказал кому-то, что всё готово и завтра они улетают.
У меня пальцы похолодели.
— Улетают?
— Ну да. Он сказал: не волнуйся, никто ничего не узнает, я сказал про Нижний. Мам, а Нижний далеко? Туда на самолете летят?
В груди что-то оборвалось. А потом я узнала самое главное. Любовница оказалась не молодой красоткой со стороны, а женщиной, которая сидела с нами за одним столом, дарила подарки детям и смотрела мне в глаза. Но они зря решили, что я буду молчать и терпеть. Я не стану держаться за мужчину, который предал меня в собственной семье. Теперь им придётся узнать, какой бывает жена, у которой забрали доверие, но не забрали достоинство.
Выберите полку для книги